Рейтинг темы:
  • 0 Голос(ов) - 0 в среднем
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
А как у них? Тенденции зарубежного образования.
#61
Грядущая революция в образовании.

          [Изображение: i?id=74435620-37-72&n=21]

От  РП: Это исключительно важная тема. Мы стоим на пороге очень крупных  перемен, одной из этих перемен станет перенос образования в сетевую  форму, например, в Интернет. Это очень сильно повлияет на общество в  самых разных аспектах. Например, при желании можно решить проблему  посредственного учителя. Люди обычно любят рассуждать, что "настоящиий  учитель" обязательно заинтересует и научит ученика (скажем так да, во,  многих случаях). Беда в том, что таких "учителей от бога" всегда было и  будет очень мало, как мало блестящих профессионалов во всех остальных  областях. Желание того, чтобы все учителя на свете были блестящими на  уровне детского сада, такого количества блестящих учителей просто нет в  природе. Реальный учитель в большинстве своем будет посредственностью,  увы. Но если перейти к электронному образованию, то всем учащимся будут  доступны курсы и лекции самых лучших преподавателей примерно также как  телевидение дало всем возможность видеть самых лучших актеров, а не  только избранным в столичных театрах. Создать интересный, захватывающий и  эффективный обучающий курса для школьников или студентов можно один раз.  Профессор может уехать куда угодно, умереть, выйти на пенсию - курс  останется доступным всегда и всем. Правда, для того, чтобы использовать  эту технологию для всех, а не для избранных, для обучение  нового человека, а не дебила, нужно справедливое общество нового типа,  например, вроде Советского социализма. Это очевидно.
 
  Мы далеко не со всем согласны со сказанном профессором Хеберле и его  частными выводами, но совершенно согласны в главном: будущее образования  - Сеть.  Читать статью очень рекомендуем для того чтобы понять общее  направление и размышлять.
 
 
 
  [URL=http://"http://expert.ru/expert/2013/48/ostanetsya-desyat-universitetov/media/preview/"] [Изображение: 066_expert_48_jpg_300x200_crop_q70.jpg][/URL] 
Эрвин Хеберле

  Формирование глобальной системы дистанционного получения высшего  образования через интернет только началось, и потому до конца не ясно,  насколько успешной окажется эта модель. Однако понятно, что если модель  окажется жизнеспособной, то доминировать в ней будут американские  университеты
  Экспансия университетского образования в интернет приведет к тотальному  изменению научного мира. В нем останется лишь несколько университетов,  профессора утратят свой статус, а наука сконцентрируется в США, считает  немецкий профессор Эрвин Хеберле, долгие годы преподававший в Берлинском университете имени Гумбольтдта, Университете Женевы и Университете Сан-Франциско.
  Вы говорите о грядущей революции в высшем образовании, которая должна произойти благодаря доступу к вузовским курсам через интернет. О чем вообще идет речь?
  — В развивающихся странах живут миллионы высокомотивированных и очень  умных молодых людей, у которых нет возможности получать научное  образование. У них либо нет рядом университетов и библиотек, либо нет  денег на учебу. Да, немецкие вузы предлагают интернет-курсы. Но  предлагают их только для студентов, которые и так ходят в университет.  Такие студенты получают пароль для доступа к цифровым материалам курса.  Но почему этот пароль дают только студентам? Потому что материалы  защищены копирайтом. Мои дорогие немецкие коллеги часто делают так:  сканируют три-четыре книги, которые им не принадлежат, — и готов курс.  Копирайт разрешает такое копирование для ограниченных групп. Но такие  курсы нельзя распространять широко. Американцы поступают иначе.
  Распространяют их бесплатно?
  — Да. Два года назад известный профессор Себастиан Трун поставил  эксперимент. Он объявил запись на бесплатный курс в интернете,  посвященный искусственному интеллекту. В течение нескольких недель к  нему записались 160 тысяч студентов. Тогда он работал в Стэнфорде, и там  ему сказали: вы можете выписывать для окончивших курс дипломы, но не от  имени Стэнфордского университета, а от своего имени, как частное лицо.  «Отлично!» — сказал профессор. И подготовил с помощью компании Google  курс, разработал механизмы проверки работ, в итоге сертификат о  прохождении этого курса получили 20 тысяч студентов из 160 тысяч. На  основании этого опыта Себастиан Трун сказал: «Дорогой Стэнфорд, вы для  меня слишком медлительны. Я основываю свой университет». И основал его,  назвав Udacity.
  Огромное количество молодежи по всему миру видит: вот здесь доступны  бесплатные курсы. Даже если немногие выдерживают их до конца, это не  играет роли. Пусть диплом от профессора Труна и не очень много значит,  но все же это лучше, чем ничего. Трун — известный специалист, такой  диплом может помочь на собеседовании. Но теперь его диплом не просто  диплом от одного человека, а диплом университета.
  Другой пример. Массачусетский технологический институт (MIT) в Бостоне  уже несколько лет предлагает бесплатные материалы для своих курсов,  распространяя их по сети. Не сами курсы, а материалы к ним. Примерно две  тысячи курсов на шести языках. И президент MIT Сьюзен Хокфилд сказала:  «Для чего мы это делаем? Чтобы обеспечить MIT главенствующее положение в  мире!» В MIT говорят: вот наши материалы, используйте их по всему миру,  нам все равно, каким образом.
  Но вернемся к Труну. Когда он начал реализовывать свой проект, на  интернет-образование обратили внимание и в Гарварде. Там решили  распространять уже не материалы к курсам, а сами курсы. И тоже  бесплатно. Они запустили проект онлайн-университета под названием edX.  Так вот, как только они с этим проектом охватили достаточно студентов,  возник закономерный вопрос: как после этих курсов получить какой-нибудь  диплом или сертификат? В этот момент и начинается процесс зарабатывания  денег. Потому что каждый, кто хочет после бесплатного курса получить  диплом, должен зарегистрироваться и начать платить: регистрационный  взнос, экзаменационный взнос и так далее.
  То есть оплата происходит лишь в том случае, если человек хочет получить подтверждение пройденного курса — диплом с именем?
  — Да, только если он хочет диплом. Профессор Трун в своем университете  Udacity тоже перешел на эту схему. Здесь принципиально то, что такое  огромное количество студентов можно получить только благодаря бесплатным  курсам. Понимаете? У нас в Германии думают совершенно иначе. В немецких  университетах сначала нужно зарегистрироваться. Но так нельзя делать  дело, так ничего не выйдет! Я сказал недавно в интервью газете Die Welt:  лишь тот, кто дарит знания, может в итоге рассчитывать, что заработает  деньги. А немцы этого не понимают.
  Но насколько серьезны дипломы, которые получают дистанционно? Ведь учеба в университете предполагает, что студенты тесно общаются с преподавателями и учебный процесс состоит не только из лекций.
  — Разумеется, я не утверждаю, что эти дипломы равноценны классическим  университетским. Вообще, есть идеальная модель университета, придуманная  еще Вильгельмом фон Гумбольдтом. Этот гумбольдтовский идеал  всестороннего образования в интернет-образовании недостижим. Конечно, не  во всех областях. В медицине, химии, где необходимы большие  лаборатории, такое скорее невозможно. Однако есть неожиданно много  специальностей, где дистанционное образование работает. Кроме того, не  нужно мне рассказывать, что, мол, в немецких поточных университетах так  уж много контакта студентов с профессорами. Это неправда. Я учился в  Гейдельберге больше пятидесяти лет назад. И уже тогда мы сидели на  поточном семинаре — 130 студентов. Двух из трех своих экзаменаторов я  видел на экзамене в первый и последний раз в жизни. То, что раньше якобы  было лучше и был контакт, — оставьте эти сказки! У немецких профессоров  в неделю два приемных «окна» по два часа. Это курам на смех, это  стыдоба! С другой стороны, не забывайте, что по скайпу сегодня вполне  возможно установить личный контакт с профессором. Можно устроить  маленькие группы студентов — один из Бангладеш, другой из Австралии,  третий из Перу.
  Что произойдет в таком случае с национальными университетами?
  — Да, может случиться, что какой-нибудь колледж из Айдахо за три недели  обойдет берлинский Университет имени Гумбольдта. Если немцы этого не  понимают и почивают на лаврах, то конкуренты не спят. Чего немцы не  хотят понять, так это того, что с интернетом наука входит в новую фазу,  становится глобальной.
  Но если конкуренция выходит на глобальный уровень, не получится ли так, что дешевый агрессивный вуз просто убьет своих более серьезных конкурентов?
  — Я убежден: побеждает качество. Но и цена играет свою роль.  Представьте себе, что вы бедный студент из Бангладеш. И вот вам Гарвард  предлагает курс за пять тысяч долларов. И параллельно вы получаете  предложение из Community College в Миссисипи — за половину этой цены. И  каков будет ваш выбор? Пока не ясно. Однако про университеты, которые не  участвуют в этой гонке, вообще можно забыть. Они не будут играть  никакой роли.
  Знаете, что меня все годы раздражало в немецких университетах, при  любых президентах? Они все говорили: ой, да мы тоже в интернете.  Конечно, они в интернете. Но вы зайдите и посмотрите — это же сплошной  рассказ о себе: какие мы замечательные, какой у нас президент,  вице-президент, какие факультеты, институты... Кого это волнует в  Пакистане? Никого! Где ваши учебные материалы, курсы? Никто их не  выкладывает в сеть, тем более на иностранных языках.
  И почему так?
  — Потому что не хотят понять. Потому что, если они начнут понимать, это  будет означать невероятное изменение в распределении бюджетов. Вот  возьмите ситуацию с назначением нового профессора. Я это наблюдал много  раз. Когда коллега получает место профессора, с ним начинают вести  переговоры о том, какие ставки он получит в свое распоряжение. И вот все  сидят за столом переговоров и решают: полставки секретаря или целую  ставку. Ставку ассистента, или полставки, или полторы ставки. Вот о чем  они спорят! И если профессор говорит, что ему нужен программист, они не  понимают. Зачем тебе программист? Он тебе не нужен, пусть студенты в  свободное время что-нибудь напрограммируют. Дать профессору в  распоряжение ставку программиста с окладом 50 тысяч евро в год —  немыслимо. А это значит, что о конкуренции с Гарвардом можно забыть.
  Кстати, сколько программистов у профессоров Гарварда?
  — Когда Трун пришел в Гарвард, ему сказали: мы инвестируем 60 миллионов  долларов в бесплатные курсы. Они сделали именно то, что немцы  отказывались делать годами. Вот еще один пример. Технический университет  Джорджии в Атланте предлагает в этом году курс с дипломом магистра в  области Сomputer Science. Если вы идете учиться в кампус, курс стоит 45  тысяч долларов. Однако тот же самый университет предлагает тот же самый  курс в интернете за семь тысяч.
  Тот же самый? Тогда зачем платить 45 тысяч?
  — Очень хороший вопрос, который задает себе каждый разумный человек.  Дипломы ведь одинаковые. И понятно, что произойдет: гораздо больше  студентов выберут курс за семь тысяч. Технический университет Джорджии  заработает на онлайн-студентах, которые платят лишь по семь тысяч  долларов, куда больше, чем на дорогих, но немногочисленных студентах в  кампусе, платящих по 45 тысяч. Все меньше студентов будут делать выбор в  пользу кампуса, большинство из них будут учиться онлайн за семь тысяч. А  университет в итоге будет зарабатывать больше.
 
 
[URL=http://"http://expert.ru/expert/2013/48/ostanetsya-desyat-universitetov/media/218098/"][Изображение: 068_expert_48_jpg_450x300_crop_q70.jpg][/URL] 
Даже живущие прямо в Атланте молодые люди рано или поздно начнут  задаваться вопросом: зачем мне идти в кампус, если я могу обойтись и не  платить эти 45 тысяч, а заплатить лишь 7 тысяч
  Фото: Thomas Dworzak / Magnum Photos / Grinberg Agency


  Но онлайн-курсы лишь потому пользуются популярностью, что у университета хорошая репутация в обычных образовательных моделях. И если эта репутация умрет, то как убедить студентов учиться онлайн?
  — Это верно. Но даже живущие прямо в Атланте молодые люди рано или  поздно начнут задаваться вопросом: зачем мне идти в кампус, если я могу  обойтись и не платить эти 45 тысяч? Не забывайте, в США образование  часто оплачивается за счет кредита. Его потом нужно отдавать, а работу  после университета могут найти далеко не все выпускники. Так почему бы  не получить тот же самый диплом магистра всего за семь тысяч долларов?  Благодаря увеличению числа студентов университет будет зарабатывать на  дешевых курсах куда больше денег, чем когда-либо в истории.
  Но затем неизбежен следующий шаг. Уже сейчас есть профессора-звезды,  они известны во всем мире, они публикуют свои бесплатные курсы. И когда  MIT и Гарвард полностью завершат разработку своих курсов, то скажут:  вот, курсы готовы. А зачем нам теперь дорогие профессора? Мы лучше  наймем дешевых ассистентов, супервайзеров, которые будут следить за  использованием курсов. Профессор получит свои комиссионные за имя,  какие-то деньги за общий контроль над курсом и за регулярное обновление  его материалов. Зачем нанимать кого-то, да еще на пожизненный  профессорский контракт? Профессорам будут заказывать только разовые  обновления курсов, а работу всю будут делать дешевые ассистенты. Это  революция, к которой вузы еще совершенно не готовы.
  Прежде чем говорить о долгосрочном развитии, я хотел бы понять, как при таком массовом дистанционном образовании проводить экзамены, как осуществлять контроль?
  — Ну эту проблему уже давно решили. Много лет существуют открытые  университеты — в Великобритании, в других странах. Проблемы надежности  экзаменов не существует, она технически решена задолго до появления  бесплатных курсов. Важно другое. В новой схеме, например, преподаватели  внезапно начнут приносить гораздо больше денег. А исследователи нет,  потому что наука требует расходов. Таким образом, исследовательская и  преподавательская функции университета все больше отдаляются друг от  друга. Вся идея Вильгельма фон Гумбольдта базировалась на единстве науки  и преподавания. Студенты учились у профессоров, которые занимались  наукой, студенты участвовали в исследованиях. Теперь эта связка  разрывается. С помощью дешевых преподавателей университеты будут  зарабатывать кучу денег, отказываясь при этом от дорогих профессоров.
  Насколько опасно такое быстрое изменение университетского ландшафта?
  — Я бы не переживал, если бы за дело не взялись Гарвард и MIT. Вот это  переломный момент, когда всем уже надо начинать бояться. Но никто ведь  не боится! Смотрите: MIT уже несколько лет предлагает бесплатные курсы  на шести языках при поддержке американских фондов. По всему миру! Это  инвестиция, на которую немцы никогда бы не решились. Теперь Гарвард  вложил 60 миллионов долларов. И студенты могут выбирать, сразу они  регистрируются и платят или только когда решат получить диплом, как  только поймут, что готовы сдать курс. При этом MIT и Гарвард настолько  умно подошли к делу, что на первых порах предлагают очень низкие цены.  Так что после того, как они закрепят свои лидирующие позиции в мире, они  будут лучшими, самыми быстрыми и самыми глобальными.
  Но если на рынок год за годом будет выплескиваться даже не в десять, а в сто или тысячу раз больше дипломов первоклассных вузов, насколько обесценятся эти дипломы? И не упадут ли зарплаты специалистов, а с ними и спрос на образование?
  — Думаю, в Гарварде и MIT задавали себе тот же вопрос. Видимо, они сознательно и добровольно пошли на такой риск.
  Почему? Там считают, что спрос на специалистов столь огромен?
  — Что произойдет, если каждый год в мире будет выпускаться 100 тысяч  специалистов с дипломом Гарварда, никому не известно. Но это будет  революция.
  Сколько денег можно заработать на рынке дистанционного обучения, где сейчас ведут наступление Гарвард и MIT?
  — Никто пока не знает точных цифр. Гарвард и другие вузы сейчас делают  первые шаги, прицениваются. Смотрят, что произойдет, если поиграть с  ценой.
  Что будет означать длянаучного мира такое господство английского языка и американской университетской модели?
  — Американские университеты имеют в своей основе все ту же  гумбольдтовскую модель. И даже американским профессорам сейчас страшно.  Потому что под угрозой не только немецкие профессора, но и американские —  им больше не дают пожизненных контрактов. У меня был решающий для меня  академический опыт. Это было в 1969 году, я был тогда постдоком из Йеля и  поехал на «рынок рабов» — так в шутку называли ярмарку университетских  вакансий, тогда она была в Денвере. Моей специальностью была  американистика, я защищался по литературе. Наивный, я думал, что раз я  из Йеля, то меня оторвут с руками. Не тут-то было! Первый раз в своей  жизни я услышал выражение «избыточная квалификация». Потом мне его  повторяли во всех университетах — больших и маленьких, известных и не  очень. А что это означает по-немецки? По-немецки это означает: ты  слишком дорогой. Вместо одного человека из Йеля можно взять двух дешевых  преподавателей-ассистентов. Уже тогда это все было! А с новыми курсами  этот путь развития становится совершено неизбежным. Будет профессор,  разработавший курс и получивший гонорар. Его имя стоит на программе, он  обновляет ее, а настоящую работу делают так называемые мониторы, за  очень небольшие деньги. Подумайте теперь, что ждет малоизвестных  профессоров, которые и сегодня-то получают десять студентов в кампусе?
  Знаете, я всегда вспоминаю в связи с этим 14 июля 1789 года. В этот  день Людовик Шестнадцатый вернулся с охоты. Он никого не подстрелил и  написал в дневнике: «Rien», то есть «ничего». А ночью его разбудил  камердинер и сказал, что взята Бастилия. «Это что же такое? Восстание?» —  спросил король. «Нет, сир. Это революция!» С электронной революцией то  же самое. Все говорят о революции, но никто не понимает, что такое  настоящая революция! (Смеется.)
  В чем еще будет выражаться революция?
  — Смотрите. Есть, например, еще один совместный проект дистанционного  обучения в ряде университетов, в том числе американском Беркли и  нескольких немецких вузах. Он называется Coursera. В рамках этого  проекта предлагаются бесплатные онлайн-курсы. Так вот, Фрейбургский  университет в Германии начал признавать некоторые курсы Coursera как  собственные внутренние экзамены. А что это означает? Как только какой-то  немецкий вуз начинает, например, признавать внутренние курсы других  вузов, то рано или поздно руководство университета задумается: а зачем  нам свои преподаватели по этому предмету? Это путь к самокастрации  университета. Происходят и другие вещи, которые, например, вам  подтвердит любой университетский библиотекарь. Когда университет  подписывается на научные журналы, он платит не только за подписку, но и  за использование студентами и преподавателями электронной версии  журнала. Стоимость таких подписок растет, и университеты от них  отказываются. Например, Технический университет Мюнхена отказался от  подписки на математические журналы издательства Elsevier — а это были  лучшие журналы. Но как только вы отказались от подписки, то не можете  пользоваться статьями журнала. А копирайт на статьи сохраняется за  издательством. Получается, что профессора университета писали в черную  дыру! Ситуация настолько абсурдная, что президенты вузов должны об этом  криком кричать, но никто не шевелится. Кроме Принстона, где всё уже  понимают, — и потому руководство Принстона прямо запретило своим  сотрудникам отдавать кому бы то ни было права на распространение  электронных версий своих работ. Это открытое объявление Принстоном войны  издательствам. Это исторический шаг.
  Вам семьдесят семь лет. Как воспринимают ваши призывы более молодые ученые, занимающие посты в немецкой науке?
  — Они не понимают, о чем я говорю: дескать, что с него взять, старик  сам не знает, что несет. Но это самозащита. Они же умные. Если они не в  состоянии понять такие простые вещи, то не от недостатка ума. Это  психологическая защита от неприятной реальности. Профессор Трун в  полемике заявил, что через пятьдесят лет во всем мире останется только  десять университетов. Конечно, это преувеличение. Но даже если его  пророчество сбудется не буквально, в целом развитие идет в этом  направлении.
  Я всем в своей академической карьере обязан Америке. Всем. Но когда я  сейчас вынужден наблюдать, что американцам снова достанется все, — о,  как мне больно на это смотреть! Я благодарен американцам, они давали мне  стипендии, но как же мне больно!
  Немцы все проспали, немецкие фонды такие тупые. Что они делают с  деньгами? Они финансируют какие-то струнные квартеты, выступающие на  развалинах замков! К ним можно приходить с любыми проектами, только не с  инновационными. Америка другая. Там фонды финансируют развитие.  Университет имени Гумбольдта получил миллион от Google для открытия  Института Google. И что они сделали с деньгами? То, что немецкие  профессора всегда делают: начали проводить заседания. В результате  получили только исписанную бумагу.
  [URL=http://"http://expert.ru/expert/2013/48/ostanetsya-desyat-universitetov/"]Эрвин Хеберле[/URL]
[Изображение: 582ce82f775b.gif]

==================
Для просмотра всех статей, новостей, карикатур и видео на Форуме Движения "за Русскую Победу" пользуйтесь функцией "последние сообщения форума", дайджестом всех сообщений форума, либо (после регистрации на форуме и подтверждения аккаунта администратором) опцией "последние непрочитанные сообщения"
Ответ
#62
Высшее образование в Германии стало бесплатным. Для иностранцев тоже.

[Изображение: 20110617144642.jpg]

Прекрасная возможность учиться в Германии появилась у желающих со всего мира. С нового учебного года 2014/2015 высшее образование в Германии стало бесплатным на всей территории страны. Последней из семи федеральных земель об отмене платы за обучение распорядилась Нижняя Саксония в декабре 2013 года. Доротея Штапельфельдт, сенатор Комитета по науке в Гамбурге, назвала платное образование «социальной несправедливостью», пишет «Таймс» (via). Сенатор по науке считает, что ключевой задачей политики является предоставление молодёжи в Германии возможности учиться и получать качественное высшее образование бесплатно.

Впрочем, для нас эту новость делает важным другое. Эти правила распространяются и на иностранных студентов. Собственно, в поле моего зрения эта новость попала потому, что её активно начали обсуждать американцы, стоимость высшего образования для которых давно одна из национальных проблем.

Знакомый бывший немецкий студент поделился парой важных оговорок: во-первых, в большинстве случаев требуется знание языка. Во-вторых — подтверждение доходов (на что есть и жить). Впрочем, есть и варианты обучения на английском — и в этом случае выбор университетов достаточно широк. К тому же, возрастной студент для Германии не новость: средний возраст немецкого выпусника — 28 лет.

Цены на обучение Германии и раньше были невысоки — 600 евро за семестр. Германские университеты вносят заметный вклад в мировую науку, и новости со ссылками на немецких исследователей постоянно проскакивают на Хабре: такие события, как разработка дешёвого способа изготовления сенсорных дисплеев, открытие сложных молекул в межзвёздном пространстве сложно не заметить.
----
комментарии

Отсебятина: Интересно, в чём подъёб?Smile) Во флагмане ТНК вдруг случилось бесплатное высшее образование... Реклама "человеческого облика" капитализма идёт во всю. А куда же - куда вынесен звериный оскал? ДА ВО ВПЕРДУ, под чутким руководством гауляйтера всея Руси и его ОПГ. Это Гордые Владельцы Крыма теперь ползают на карачках, облизывают подвязки "богородиц" и котлы "предстоятеля" и всё никак не влезут хуем в крынку спутником в дырку в небесной тверди, ибо бесплатные вайфаи - образцовым бюргерам, а слесарево - слесарям. Арии, ебать копать... Русский мир... Но путинозомби и их лютые оппоненты "потомки философских пароходов" своими червивыми мозгами осваивают любые виртуальные реальности, кроме одной  единственной реальной. И во всём виноваты укрофошызды, да.
-------------
мозги Германия будет в себя всасывать со всего мира...ну а Россию ведут к безумию!..
----------------
А дарагим рассеянам вроде нормалды... Изумительный механизм адаптации к холопству. Причём чем выше "высшее образование", тем изумительнее механизм. Гены-с, да-с... белая кровь, голубая кость...
--------------
я ваще за самообразование,а не за формализм,но для этого нужно иметь самое главное- врождённое любопытство и тягу к знаниям...в технической области сложнее- там необходима система...а в РФ сейчас тупо торгуют дипломами в рассрочку в учебных заведениях,типа"высшее образование",только ЧСВ раздувают бесполезным в будующем менагерам,юристам и прочим экологам-лингвистам...ну а понтов таким генетическим интеллигентам не занимать конеш!
---------------
Да я вот как раз офигеваю от вполне себе советских выкормышей - от одноклассничков своих, от соседей. Получили полноценное халявное образование, твари слабоумные, иммунитету насосали за три поколения вперёд и на голубом глазу ( буквально! сплошь - арии!) травят про то, как у них есть што сожрать и на чём куда поехать. Все пристроены к каким-то сплошь "интеллигентным" занятиям типа архитектуры или театроведения с вкраплениями бухучёта разной степени вороватости вплоть до федеральной - и все аааапппсалютно уверены, што крымнаш и што "кто на што учился". Как будто мы с ними на разных планетах родились и выросли...
---------------
Да последние советские выкомыши разделились на две половины - одной уже почти нет - спилась или тихо допивает отпущенное и вторая, которая получила в СССР и инерционных 90-х приличное образование, системное мышление и этику интеллектуального труда, даже рада, что образование у молодежи за годы вставания превращено в формальную пустышку - Ура! такие примитивные неглубокие поверхностные некнижные невдумчивые поколения не составят нам конкуренцию, мы в шоколаде интеллектуального преимущества , а после нас - хоть ZOG хоть БП ... (А кто то, типа кунгурова, еще и помогает утилизировать последние робкие ростки).

Будем надеяться , что этим тварям история еще успеет воздать . А германскому стойлу я бы не завидовал - прикормленные образованные педерасты и гомо-экономикусы .. тьфу какая гадость , да и бесплатное германское образование (для плебса) все та же узкоспециальная дрессировка корпоративных придурков и потреблядей.
---------------
Кстати, вот ровно щас, пока свой комментарий перечитывала перед тем, как Ваш прочитать, эта же мысль в голову пришла: много щастья в "образовании", затачивающем под пирамиду. Его избегать надо, как любой системной пирамидальной структуры. И строить свои ходы в пирамиде.

http://mas-smu.livejournal.com/1826325.html#comments

(восстановленный пост от14.10.14)
Ответ
#63
Трансгендерная Норвегия
http://www.youtube.com/watch?v=dtoPM9qQyIM#ws

Как могло случиться, что консервативная Европа, которая дорожила семейными традициями и традиционными ценностями начала принимать и навязывать гомосексуальные извращения и узаконивать растление детей в детсадах и школах?

Дело в том, что, как утверждают аналитики, это случилось потому, что в коридорах европейской власти в настоящее время правят бал гомосексуалисты и педофилы.

Центром социальных экспериментов по гендерному самоопределению детей стала Норвегия. Книжки для детских садов с названиями "Маленький лисенок Джон имеет две мамы" и "У пингвиненка Танго два папы" сейчас издаются под патронажем Министерства Гендерного Равноправия почти в каждой стране Евросоюза и продвигаются в дошкольные образовательные учреждения.В Германии проводят день «смены пола». В этот день все мальчики должны приходить в школу в женской одежде и в макияже. А все девочки надевают мужскую одежду, наклеивают усы и бороду. Не только дети, но даже учителя «сменяют пол» в этот день. В день толерантности учителя труда, которые раньше одевались как мужчины, должны надеть женское платье, каблуки и сделать яркий макияж. А учительница математики должна нацепить фальшивую бороду и усы. И если вы в шоке от того, что сейчас видите на экране, то для Европы вы слишком отсталый человек.
Ответ
#64
С брендом с рождения.

[Изображение: 5_%D0%BD%D0%B5%D0%B9%D1%80%D0%BE%D0%BC%D...%D0%B3.jpg]

Сегодня каждая компания стремится создать глубокую эмоциональную связь между своим брендом и некой соблазнительной личной целью или достойным желанием.

Эмоциональная привязанность к бренду может возникнуть очень рано. Профессор социологии Бостонского колледжа Джульет Шор утверждает, что «современные американские дети и подростки — это самое бренд-ориентированное, потребительски-вовлеченное поколение материалистов в истории». Заметное количество детей в США уверены: их одежда и ее бренды показывают, кто они такие, и определяют их социальный статус. Американские дети демонстрируют более сильную привязанность к брендам, чем дети в любой другой стране мира; эксперты говорят, что они «все больше связаны брендами».

Опрос родителей показал: две трети матерей считают, что их дети знают о брендах с трех лет, одна треть — что с двух. От детской площадки до игрового поля, от классной комнаты до зала заседаний совета директоров бренды все сильнее воспринимаются как внешний и видимый признак личных достижений и социальной интеграции.
Благодаря конструированию эмоций вещи, которыми владеют люди, стали символизировать все, что — особенно для молодежи — олицетворяет концепцию изысканности и финансового успеха. В свою очередь, многие считают, что тот, кто по каким-то причинам не может владеть и гордо размахивать этими брендами, — неудачник, который не входит в их социальный круг.

Ничего удивительного в том, что одним из первых уроков для детей — учитывая все вышесказанное — становятся бренды. Они начинают учить их, как только вырастают достаточно, чтобы следить за изображением на телевизионном экране. Задолго до пубертатного периода они привыкают использовать бренды, чтобы судить о людях. Они знают, какие бренды модные, а с какими уважающего себя ребенка даже не должны видеть рядом. И это происходит не только в Америке.

Изучая британских подростков, психолог Хельга Диттмар выяснила, что они с легкостью используют бренды для деления людей на хорошо обеспеченных и среднеобеспеченных и для вынесения поверхностных суждений на основе этих различий. Они верят, что бренды не только определяют уровень дохода, но и показывают, насколько умен, образован человек, насколько он преуспевает и может контролировать свою жизнь.

Итак, бренды вызывают очень сильные эмоции, а брендинг превратился в гонку, в которой победитель получает все, и приз того, кто первым придет к финишу, будет астрономическим.

источник -  http://mtrpl.ru/the-brain-sell
Ответ
#65
Про толерастию и полит-корректность

Толерантная аргументация)))) Фильм "Современное АбразАвание"

! No longer available

это окно овертона, сейчас вам показывают это - как безумие,
завтра это - будет нормой, а послезавтра - приоритетом..
================================================
вместо окна правильнее тут говорить о лесенке картера.
=================================================
Какая разница как называть, главное то смысл - наличие неких допустимых границ и возможность их подвинуть разными способами.
=================================================
Проснулись! Это "завтра" там уже давно наступило!
=================================================
На выборы в госдуру похоже).
Ответ
#66
СМИ: о том как в закрытых университетских группах "Лиги плюща" готовят высшие кадры для мировой верхушки ...  людям знать  нельзя.


[Изображение: ac02f57b1e7e.jpg]

В сентябре вузы всего света вновь распахивают свои двери. Хорошее образование важно в любой профессии, но для представителей мировой элиты выбор учебного заведения определяет всю дальнейшую карьеру и тут единственный путь — в американские университеты. Даже если в учебе не повезло, , то есть масса других преимуществ. Например, неформальные связи, которые выстраиваются между студентами, в том числе в ходе участия в тайных обществах со зловещими названиями «Череп и кости», «Волчья голова», «Свиток и ключ».

«Московский комсомолец» разобрался, как в престижных университетах мира куется мировая элита.

Объединение самых авторитетных университетов США принято называть «Лигой плюща». В нее входят восемь учебных заведений: Брауновский, Гарвардский, Йельский, Колумбийский, Корнелльский, Пенсильванский, Принстонский университеты и Дартмутский колледж. Почему именно плющ? В XIX веке в американских университетах распространилась традиция высаживания плюща, который оплетал старинные здания учебных корпусов. В начале XX века это растение настолько прочно стало ассоциироваться со старейшими университетами Восточного побережья США, что превратилось в их символ.

Репутация университетов «Лиги плюща» основана не на пустом месте. Учеба в них стоит огромных денег, поэтому их студентами становятся, как правило, представители высшего класса. «Имущественный ценз» начинает работать еще до поступления в вуз.

Выдержать экзамены в престижный университет, проучившись в государственной средней школе, крайне сложно — не тот уровень подготовки.

Внутри престижных американских университетов существуют и суперпрестижные группы — тайные общества. Именно в них состояли самые влиятельные выпускники «Лиги плюща», будущие властители мира. Что обсуждается на собраниях подобных союзов, естественно, тайна
.

Самое известное закрытое университетское общество Америки — «Череп и кости», оно базируется в Йельском университете. В разное время его членами были оба президента Буша, госсекретарь Джон Керри, а также множество будущих министров и крупных бизнесменов.

http://zagolovki.ru/daytheme/education/15Sep2017
Ответ
#67
Куда ведет  система образования в США

[Изображение: 4ae53ae1994d.jpg]

В США самый низкий уровень образованности среди средней школы всех промышленно развитых стран. Лишь 25% выпускников американской школы получают полноценное общее образование. Остальные никогда не изучали алгебры и тригонометрии, географии и иностранного языка, физики и химии, хотя получили необходимые в жизни знания и умения по личной гигиене, косметике, семейному бюджету и т.д. Для подавляющего большинства учащихся Х-ХII классов (75%) определялись лишь три обязательных предмета — родной язык, общественные дисциплины (чаще всего история США и граждановедение) и физкультура.

На выбор школы предлагали до 100-150 учебных курсов, большая часть которых носила чисто прикладной характер (математика потребителя, семейная экономика, вождение машины, уход за больным дома, косметика, консервирование продуктов и т.п.) Лишь немногие американцы говорят на иностранных языках. Журнал "National Geographic" выявил в ходе опроса, что более чем три четверти опрошенных не смогли найти на карте мира Японию. За последние 15-20 лет американские средства массовой информации на 70-80% сократили количество информации о событиях за рубежом. Их аргумент: она все равно неинтересна, поскольку не касается американцев.

Любопытный опрос провели американские социологи. Ученые из Университета Северного Иллинойса и сотрудники телекомпании CBS и газеты New York Times расспрашивали жителей Соединенных Штатов об устройстве мироздания. Результаты опроса шокировали многих: около 55% американцев убеждены, что человек в его нынешнем виде был сотворен Всевышним. 27% поддерживают гипотезу, согласно которой Homo Sapience появился в результате эволюции, однако данный процесс направлялся Богом. И лишь 13% американцев считают, что человек произошел от обезьяны без помощи Провидения. Кроме того, 20% американцев верят, что Солнце вращается вокруг Земли, a 17% опрошенных справедливо полагают, что Земля вращается вокруг Солнца, однако убеждены, что полный оборот нашей планеты вокруг Солнца совершается за сутки, а не за год. 20% взрослых жителей Соединенных Штатов не могут назвать ни одной из стран Европы.

Среди американцев в возрасте от 18 до 24 лет каждый седьмой не может найти на карте собственную страну, каждый четвертый — показать Тихий океан. 95% выпускников колледжей допускают ошибки в написании слов, половина не умеет составить простое предложение. В целом же на сегодня средний уровень грамотности американцев уступает тому, что был в начале XX века.Около 60% американцев вообще не читают книг, а если и читают, то преимущественно детективы или порнографию. Лишь 11% американцев читают газеты полностью, а не только колонки юмористов и объявления. Согласно опросу, за 2004 год только половина американцев прочла хотя бы одну книгу.

С 1982 г. число читателей дешевых романов, коротких рассказов и стихов упало на 10% и сейчас составляет 46,7%. Среди отдемократизированного "поколения пепси" читающих еще меньше — всего 42,8%. В 1982 г. таковых было 60%. Неграмотность в США достигла отметки в 20% населения и продолжает расти быстрыми темпами. Российская молодежь интеллектуальнее американских сверстников. Tесты, проводимые на международных олимпиадах и конкурсах, как правило, оцениваются по 100-балльной системе. Наши молодые люди набирают 96-97 против 82 у американцев. Tакие показатели связаны в первую очередь с преимуществами уничтожаемой советской отечественной системы образования. Она строится на фундаментальном принципе, в то время как западные школы берут за основу прикладной.

Айрат Димиев — преподаватель из США, кандидат химических наук. Примечательно, что Димиев - бывший наш соотечественник (в 2001 году уехал из Татарстана), тем более интересен его взгляд на проблему изнутри.

По его мнению, американские ученики ходят в школу, не для того, чтобы получать знания, а для собственного удовольствия - tо have fun, поэтому учебные программы по всем без исключения предметам носят крайне примитивный игровой характер. Одной из главных целей упрощения образовательного процесса является стремление завуалировать разницу в уровне подготовки и умственных способностях студентов. В действительности разница колоссальна, в связи с чем учитель вынужден давать такие задания, с которыми наверняка справятся все в классе, при этом ученики реальных знаний по изучаемому предмету не получают вовсе. Еще одной отличительной чертой американской образовательной системы можно считать отношение к учителю как к «образовательной обслуге» в отличие от классической советско-российской школы, в которой авторитет Учителя непререкаем и уважение к нему естественно. В Америке teacher — это скорее инструктор, который просто нанят для оказания образовательных услуг, так как в США абсолютно все поставлено на основу товарно-денежных отношений. Чему может научить учитель – инструктор, у которого нет авторитета? Его можно и не слушать, ведь за все уплачено. Именно этим можно объяснить низкий уровень школьного образования в США, который продолжает падать. А ведь еще в 2005 году Национальная Академия наук США пришла к выводу, что научное и технологическое лидерство Соединенных Штатов находится под угрозой.

Низкий уровень образовательных программ можно объяснить еще и тем обстоятельством, что в американском образовании не придается совсем никакого значения методике преподавания конкретных предметов: химии, физики, математики и т. д. Этот вопрос отдан на откуп учителю: чему и как он учит, известно лишь ему одному. По мнению автора книги, этот факт свидетельствует лишь о том, что реальные знания предмета учеником никого не интересуют: важен лишь success (успех) как отдельного ученика, так и образовательного учреждения, а не знания.

Исходя из последнего тезиса, главной задачей учителя становится четкое и беспрекословное выполнение инструкций сверху, и качество его работы оценивается именно по этим критериям. Что касается администрации школы, то о качестве ее работы судят по двум показателям: проценту отчисленных из школы либо добровольно бросивших ее и по результатам государственных экзаменов. Первый показатель приводит к полной профанации процесса оценивания знаний учеников: администрация школы с помощью административных хитростей запрещает учителям выводить за год двойки. По сути двойки не запрещены, но, поставив двойку, учитель сталкивается с такими проблемами, что в следующий раз уже не захочет этого делать. В связи с этим возникают два последствия: проставление заведомо завышенных оценок и максимальное упрощение программы (например, по математике за первые шесть классов в США проходят то, что российские дети — за первые три).

Таким образом, единственной реальной формой контроля знаний учеников остается сдача государственного экзамена. С 2002 года американские школьники кроме тестов по математике, английскому языку и гуманитарным предметам, стали сдавать также Science - объединенный тест по естественным предметам. И хотя тогда же вопросы были несколько усложнены, они остались очень простыми, и, естественно, форма сдачи осталась прежней - Multiple Choice, т.е. студенты должны просто выбрать один ответ из четырех предложенных. При этом содержание вопросов экзамена не соответствует учебной программе, что компенсируется легкостью вопросов. Большинство из них представляют собой, как это называют сами американцы, common sense, что значит «здравый смысл». Вопросы составлены так, что любой более-менее развитый ученик может легко ответить на 70 процентов из них. Сами посудите, нужны ли какие-либо особые знания химии, физики или биологии, чтобы ответить на вопрос «Что станет с рыбой, если в воде сократится содержание кислорода?».

И, наконец, еще одна черта современного школьного образования в США - наличие идеологической составляющей в системе образования. Главной идеологической задачей является пропаганда американских жизненных ценностей и идеи об исключительной роли США в мире. Учащимся навязчиво внушается тезис о том, что их страна – лидер абсолютно во всех областях жизни: в науке, культуре, искусстве, спорте. Все американцы – вне зависимости от возраста - свято в это верят. А знаете почему? Потому что основная масса американцев банально невежественна: в стране 23 миллиона неграмотных; среди семнадцатилетних только одна треть способна выполнять математические операции в несколько действий. Но как бы там ни было, патриотические чувства американцев, не в пример российским, очень высоки и искренни. Хотя общеизвестно, что чем менее общество образованно, тем оно более управляемо, бессловесно, покорно и заглатывает любую пропаганду. А в США, как мы уже говорили, образовательный уровень падает от года к году, происходит ситуация, когда поколения необразованных учителей воспитывают следующие поколения еще менее образованных учеников.

Айрат Димиев ответственно заявляет о том, что декларируемого равенства возможностей в сфере школьного образования в Америке на самом деле нет, а есть одинаковые возможности получить стандартное, очень поверхностное образование и превратиться в исполнительного, законопослушного, неспособного самостоятельно мыслить гражданина. При этом наш бывший соотечественник делает вывод о том, что «нынешнее положение вещей в американском образовании очень мудро срежиссировано и виртуозно поддерживается». Теоретики и идеологи образования придумывают новые оболванивающие методики, которые внедряются директорами школ. Сопротивление же тех немногих учителей, кто действительно хоть чему-то учит своих учеников, жестко пресекается. А так как чиновники обеспечивают законодательное и организационное прикрытие, «система абсурда самовоспроизводится».

Таким образом, не вызывает сомнения то, что в низком уровне образования населения заинтересовано банкирство государство, тем более, что абсолютное большинство американцев не обременено собственным мнением. Во-первых, им регулярно преподносится «правильное» мнение, во-вторых, чтобы иметь собственное мнение, нужно обладать хоть какими-то знаниями. Поэтому они послушно голосуют за все, за что администрация Белого дома им предлагает проголосовать. Они никогда не выйдут на митинги, требуя каких-либо льгот, так как уверены, что правительство делает все верно и в любом случае они не могут ничего изменить.

Было бы несправедливым не назвать сильные стороны американской системы. Сюда можно отнести и расширение спектра преподаваемых предметов, и свободу выбора дополнительных. Безусловно положительной чертой является развитый институт защищенности ученика от произвола учителя. Специалисты также отмечают тот факт, что в американских школах значительное внимание уделяется физической культуре, музыке, искусству.

Вполне закономерно возникает вопрос о том, почему наша образовательная система, вернее, высокие чиновники от образования слепо перенимают чужой опыт, причем, не самый удачный. Сначала ввели всеобщий ЕГЭ, по форме и содержанию близкий к американскому. Следом пошло упрощение учебных программ (мы об этом писали). Одновременно идет разрушение десятилетиями накопленного опыта и наработанной методики преподавания, при этом теряется связь поколений: молодым учителям неинтересны «сказки глубокой древности» (именно так в одном интервью назвала юная преподавательница воспоминания пожилых учителей). И самое главное, падает престиж профессии Учителя, теряется та духовная составляющая ремесла (в высоком понимании этого слова), которая исторически была свойственна русской школе. В немалой степени к такому положению дел привело отношение государства к учителям в виде нищенских зарплат, огромных нагрузок и угроз лишить преподавателей льготного возраста выхода на пенсию.

А, может быть, ответ на вопрос о перенимании далеко не лучшего чужого опыта в области образования кроется в том, что власти выгодно иметь невежественный народ, не выходящий на улицы и не задающий лишних вопросов?

https://aloban75.livejournal.com/3559351.html

==почему наша образовательная система, вернее, высокие чиновники от образования слепо перенимают чужой опыт, причем, не самый удачный ? ==

Опыт как раз удачный , и перенимают его не слепо, а творчески адаптируя к российскому менталитету.

А вопрос "кому нужна эта дебилизация масс ? " как раз и есть тест на уровень интеллекта.
Ответ


Перейти к форуму:


Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)