Рейтинг темы:
  • 0 Голос(ов) - 0 в среднем
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Россия! Помни своих героев!
#11
«Мы должны были арестовать президента»

[Изображение: rep_206_pics_rep_206_022_jpg_625x625_q85.jpg]

20 июля 1998 года Бориса Ельцина должны были арестовать — власть в стране перешла бы к военным. За две недели до этого организатора заговора генерала Льва Рохлина нашли убитым на собственной даче. Через 13 лет после несостоявшегося переворота «РР» поговорил с участниками и свидетелями заговора и воссоздал картину предполагавшейся смены власти

Я особо и не конспирировался, если честно. Думал, все «за». А кто мог быть против-то? В Кремлевский полк, блин, прямо через Спасскую башню с двумя чемоданами, полными затворов, перся, еле-еле закрывались — во-от такие чемоданы! — Отставной полковник Николай Баталов вскакивает со стула, разводит в стороны свои ручищи, и понимаешь: чемоданы действительно были огромные, и затворов в них действительно было много. А Кремлевскому полку они понадобились потому, что карабины у них без затворов, не боевые.

Сейчас Баталов работает директором «по общим вопросам» одного из химических заводов Волгоградской области. А в то время был сначала заместителем командира 8-го армейского корпуса, а потом возглавлял региональное отделение Движения в поддержку армии. И был допущен почти ко всем подробностям плана захвата власти. Говорить об этом он может совершенно свободно, потому что никакого уголовного дела по тем событиям не заведено, официально заговора как бы и не было. И что именно он проносил в своих чемоданах через Спасскую башню, уже никакому следователю не интересно.

И вот, у меня эти чемоданы затворов, а у другого товарища куча патронов, — продолжает Баталов. — Прошли, оставили. Готовились… А оказались мы лохами кончеными! Конспираторы мы были никакие. На этом и погорели.

— К тому моменту за Рохлиным и его ближайшим окружением были установлены тотальная слежка и прослушивание — это вне всякого сомнения. То есть все знали, что он готовит… — рассказывал «РР» бывший командующий ВДВ генерал Владислав Ачалов, интервью с которым мы записали буквально за несколько недель до его неожиданной смерти.
Мятежный генерал

Лев Рохлин действительно готовил военный переворот. Это был, пожалуй, единственный за всю постсоветскую историю прецедент того, что можно было бы назвать «настоящим военным заговором». А если брать шире, то и за всю российскую историю после восстания декаб­ристов. Ведь за прошедшие с тех пор два века во всех революциях, переворотах, мятежах армия если и играла какую-то роль, то это была роль статиста.

Генерал-лейтенант и депутат Госдумы Лев Рохлин, отказавшийся в свое время от звания Героя России за «гражданскую войну в Чечне», развил в 1997–1998 годах настолько бурную оппозиционную деятельность, что испугал этим и Кремль, и других оппозиционеров. «Мы сметем этих Рохлиных!» — бросил в сердцах Борис Ельцин, а депутаты от КПРФ поспособствовали смещению мятежника с поста главы парламентского комитета по обороне.

В Госдуму боевой генерал, штурмовавший Грозный в первую чеченскую кампанию, попал по спискам вполне официозного движения «Наш дом — Россия». Но быстро разошелся со слабой партией власти во взглядах (главу НДР Черномырдина Рохлин в кругу своих соратников называл не иначе как «пауком»), покинул фракцию и создал Движение в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки (ДПА).

В оргкомитет движения вошли бывший министр обороны Игорь Родионов, бывший командующий ВДВ Владислав Ачалов, экс-глава КГБ Владимир Крючков и еще ряд не менее примечательных отставников, обладающих заметным влиянием и связями в среде силовиков.

Потом были поездки по регионам, персональный самолет, услужливо предоставленный кем-то из руководителей военно-промышленного комплекса, встречи с губернаторами, забитые до отказа залы в крупных городах и самых отдаленных воинских гарнизонах.

Я с Рохлиным был в нескольких командировках — в Казани, других местах, — вспоминал генерал Ачалов, — слышал выступления, видел, как его воспринимают. Выражался он предельно жестко. Услышать такое сегодня от федерального депутата немыслимо. И все его тогда испугались — не только Кремль, но и КПРФ, ЛДПР…

Бывали моменты, что мы очень узким кругом собирались у него на даче, нас было буквально пять-шесть человек, — продолжал Ачалов. — Конечно, первоначально не было планов вооруженного захвата власти, вооруженного восстания. Но потом жизненная обстановка к этому подтолкнула. Потому что чехарда в государстве набирала темпы, росла просто катастрофически быстро. Вы же помните 1998 год? С весны премьером был мальчик Кириенко, а в августе случился дефолт. Вот и представьте себе, что случилось бы, если б Рохлина не убили в июле. Вариант привлечения армии был вовсе не исключен.

О каких-то дополнительных подробностях Ачалов рассказывать не стал. Обронив, однако, что Рохлин «в любых вопросах мог опереться на волгоградский 8-й корпус». Этим корпусом Рохлин командовал с 1993 года. С ним он прошел «первую чеченскую». И даже когда стал депутатом, уделял ему совершенно особое внимание: регулярно встречался с офицерами, лично курировал вопросы перевооружения и оснащения корпуса, превратив его в одно из наиболее боеспособных соединений.

— Года через два после смерти Рохлина я разговаривал с офицерами этого волгоградского корпуса, они мне кое-что рассказывали, и, исходя из этих рассказов, там дейст­вительно могло что-то получиться, — уверяет нас и глава «Союза офицеров» Станислав Терехов, тоже одно время входивший в окружение Рохлина.


План переворота: армия

— Деталей, значит, хочешь, — задумчиво глядит на меня полковник Баталов.

Раннее утро, мы сидим в баре волгоградской гостиницы. Я напираю на то, что прошло почти полтора десятка лет, все сроки давности вышли, и о многом можно рассказывать открыто. Наконец полковник соглашается:

Хорошо. Как вообще это мероприятие планировалось? Хотели силовой захват власти. Силовой! Вот даже разговора не было о каких-то там «протестных мероприя­тиях». Это так, несерьезно. Вот сюда, в центр Волгограда, на площадь Павших Борцов и площадь Возрождения, планировалось вывести силы корпуса.

— Буквально как декабристы на Сенатскую? — уточняю я.

Верно. Но Ельцин здесь не имел тех сил, которые были в Санкт-Петербурге у Николая I, расстрелявшего восставших картечью. Кроме корпуса здесь вообще никаких сил не было. Ну, бригада внутренних войск в Калаче. Еще конвойный батальон. И остановить нас, если бы мы действительно вышли, было бы некому.

— А что дальше?

После выступления корпуса происходит оповещение по другим армейским частям. Нас поддержали бы в самых разных местах. Всю схему я не знаю. Говорю за то, что знаю. Вот Кремлевский полк, полк охраны, он был пополам: часть командования за Рохлина, часть — за президента. Этот полк не смог бы нам помешать, хотя бы мы прямо в Кремль пришли. Главный запасной командный пункт вооруженных сил был просто куплен — дали деньги кому надо, хорошие бабки, и он говорит: «Все, в это время будет снята охрана. Я уйду, и вот вам связь со всем миром». А уж со страной — там и говорить не­чего, со всеми армейскими структурами. У нас два самолета транспортных, допустим, на Тихоокеанском флоте стояли, морпехи, два батальона, двое или трое суток на аэродроме прожили.

— Зачем? Чтобы лететь в Москву?

— Да! И то же самое на Черноморском флоте. В Севастополе стояла в готовности бригада морских пехотинцев. Естественно, Рязанское высшее училище ВДВ. Курсантам стажировку отменили. Они где-то на полигонах были, но к определенному моменту их вернули в Рязань. Потому что Рязань — это двести километров от Москвы. Училище было на сто процентов за нас. И договоренность была с руководством Таманской и Кантемировской дивизий, что они как минимум не выступают против нас.

План переворота: гражданка

Это был добротный системный проект, отвечающий всем требованиям того, что в науке называется «системная инженерия проектов», — подводит научный базис под несостоявшийся переворот бывший советник Рохлина Петр Хомяков. — Есть классические работы на этот счет. Того же Дженкинса. Ядро проекта в данном случае — это силовые акции армии. А среда осуществления — массовые протестные акции, информационные акции, политическая поддержка на местах, экономическая поддержка. И даже внешняя поддержка. Исходя из этого, мы проанализировали товарные потоки в столице. И наличие мощных, активных стачкомов в населенных пунктах вдоль этих маршрутов. Планировалось, что накануне выступления армии стачечники якобы стихийно перекрывают трассы, по которым в Москву доставлялись некоторые товары, отсутствие которых вызвало бы социальную напряженность. Например, сигареты. Отсутствие курева накалило бы обстановку в Москве, шел бы рост негативных настроений.

— А откуда вам были известны все эти маршруты?

Да из московской мэрии! Лужков был непосредственным участником проекта Рохлина. Кстати, в день убийства генерала на 11 часов утра была запланирована встреча Рохлина и Лужкова для уточнения некоторых деталей. Московские СМИ по команде Лужкова обвинили бы в табачном кризисе Кремль.

В команде Рохлина Хомяков отвечал за разработку механизмов социально-экономической поддержки армейских выступлений. Одновременно был политическим обозревателем РИА «Новости», а еще доктором технических наук, профессором Института системного анализа РАН. «РР» нашел его в Грузии: в 2006 году он присоединился к российской карликовой ультранационалистической организации «Северное братство», а после того как руководителя «Братства» Антона Мухачева арестовали, бежал на Украину, где просил политического убежища, а оттуда — в Грузию.

Параллельно с созданием товарного дефицита планировались массовые выступления.

Все было расписано. Кто из какого региона за что отвечает после прибытия в Москву. Мосты, вокзалы, телеграфы. Парализовать работу аппарата несложно, — рассуждает Николай Баталов. — Пришли десять человек и выключили подстанцию — вот и все, нет связи. И остальное так же. Пришли, по телевизору объявили: «Ельцин низвергнут, отправлен на пенсию — вот его отречение». А чего? Ему паяльник в ж… — он бы точно подписал отречение. А ГКЧП — придурки, прости за выражение, которые тряслись и не знали, чего хотят. Мы-то четко знали, чего мы хотим и что надо делать. Тысяч пятнадцать — двадцать человек в один день в Москву бы приехали только из Волгограда. Этого было бы достаточно, чтобы парализовать деятельность всех властных институтов. Лично я должен был привезти полторы тысячи. У меня уже было расписано: кто поездами, кто автобусами.

— А откуда на это были деньги?

Рохлин давал. Вот однажды говорит: «На 24 тысячи долларов — это на расходы, связанные с выдвижением народа». Хотя многие помогали от чистого сердца. Например, начальник железнодорожного депо, когда я к нему пришел просить помощи — переправить людей в Москву, — говорит: «Пару вагонов подцепим к пассажирскому поезду, набьешь туда народу». Автобусы стояли, рефрижераторы с продуктами. Директор одного из заводов мне говорил: «Вот стоит подключенный рефрижератор, забит полностью тушенкой. Это все от моего завода, все куплено. Второй рефрижератор — еда разная вам». А, допустим, мэр Волжского говорил: «Дам сорок автобусов». Ну, сорок не получилось — где-то штук пятнадцать автобусов он должен был дать. Евгений Ищенко у нас одно время мэром был, потом его посадили под надуманным предлогом. Я в 1998 году с ним встретился, говорю: «Надо немножко помочь — людей переодеть одинаково». Он на свои деньги купил, не знаю, тысяч пять комплектов обмундирования. Я ездил на машине — у меня восьмерка, жигуль — рекогносцировку маршрута проводил: где стоять, где заправляться. По дороге смотрел, где заправки, нефтебазы. Даже заготовил специальные расписки — что когда власть возьмем, деньги вернем — столько, на сколько солярки налили…

Откуда была финансовая поддержка у Льва Рохлина? Судя по всему, действительно от близких ему предприятий военно-промышленного комплекса, которые страдали тогда от сворачивания гособоронзаказа.

— Рохлин имел очень четкую программу поддержки производственного бизнеса, в разработке которой принимали участие я и мои коллеги из Института системного анализа РАН — я с ними активно консультировался, — рассказывает Петр Хомяков. — Так что бизнесмены-производственники поддерживали генерала и всячески тайно ему содействовали. Так, большинство забастовок того периода организовывали они сами, разумеется, не афишируя это, и согласовывали с генералом время и место этих забастовок. На майские праздники 1998 года прошла серия выступлений под флагами Движения в поддержку армии. Это был еще и зондаж армейской среды — как поддерживают мероприятия действующие офицеры разных частей, как относится к этому командование этих частей. Все было проверено. В итоге марш армейских частей на Москву был бы политически триумфальным. И каждый выдвинувшийся полк у Москвы развернулся бы в дивизию при поддержке колонн буквально сотен тысяч стачечников.


Внешняя поддержка должна была прийти с Запада. Конечно, не от НАТО, а от Александра Лукашенко.

Я сам не участвовал в организации этого мероприятия, но от других членов команды знаю, что была тайная встреча генерала Рохлина и Лукашенко в лесу на границе с Белоруссией, — говорит Хомяков. — Знаете, интересно: когда Лукашенко давал пресс-конференцию в РИА «Новости» и шел в зал, Рохлин стоял в проходе, пропуская Александра Григорьевича. Они не поздоровались. Но обменялись такими многозначительными взглядами! Это было понятно только для них самих и для тех, кто был в теме и стоял рядом. Потом, когда некоторые настырные журналисты говорили, что они поздоровались, генерал улыбался и отвечал: «Что вы?! Мы же не знакомы. Мы в двух метрах стояли друг от друга и ни слова друг другу не сказали».

Неудачная репетиция


Первая попытка выступления была назначена на два­дцатые числа июня. Лев Рохлин тогда в очередной раз приехал в Волгоград.

После баньки мы это все дело обсудили, утром командиры разъехались, а в четыре утра все здесь загудело: нас блокировала бригада внутренних войск. Та самая, из Калача, — вспоминает Николай Баталов. — Я ко Льву Яковлевичу мчусь, говорю: «Так и так, что делать? Нас накрыли». Но они не знали, где командный пункт. КП уже вышел в поле, машин двадцать, связь и все остальное. Рохлин говорит: «Давай все в исходное возвращать. А я еду в Москву. Ничего не получится — повяжут всех». Мероприятие пришлось отложить. Две недели он не прожил… Я на восьмерке — посадил Льва Яковлевича и погнал в Москву, прямо до Госдумы. Он успел на заседание и там говорит: «Ничего, мол, не знаю». Пока был жив, нас прикрывал. А потом меня в ФСБ вызывали. Но я с должности замкомандира корпуса к тому времени ушел и только отделение ДПА возглавлял. А офицеров пошугали. Кого-то сразу уволили, кого-то перевели. Мне давали слушать весь наш разговор в этой бане.

— Вас писали?

— Да. Все они, в общем, знали. Вот когда Рохлин в парилке непосредственно с кем-то разговаривал — этих записей у них не было. Мы по одному туда ходили. Жарко — аппаратура, видимо, и не работала. А в зале они все слышали…

После случившегося прославленный корпус расформировали. Так же демонстративно, как его офицеры собирались угрожать столице. В музее Сталинградской битвы мы не смогли найти знамя корпуса, первоначально там выставленное. Оказалось, что его запросили в Москву, в Центральный музей Вооруженных сил, и сдали в знаменный архив. Чтобы уже ничего в Волгограде о корпусе не напоминало.

Мне Казанцев (Виктор Казанцев, в то время командующий войсками Северо-Кавказского военного округа. — «РР») тогда лично сказал: «Путчист, ты у меня служить не будешь, езжай в Забайкалье», — вспоминает бывший начальник связи 8-го корпуса Виктор Никифоров.

Он один из тех, кого подозревали в причастности к подготовке мятежа. Хотя сам Никифоров это и сейчас отрицает.

Прилетал как-то Лев Яковлевич сюда, устроили они, как обычно, офицерские посиделки, — рассказывает он. — Выпили. Я там не был, к сожалению. А потом горячие головы начали: «Да что там Москва, мы ее раздавим, народ поднимется!» Настроение боевое после Чечни. И было там неосторожное заявление Рохлина, что «дивизии все с нами, и авиация поддержит». Люди просто за столом сидели на кухне, выпивали. А ребята из КГБ-ФСБ их слушали. И Рохлин тогда обронил: «У Никифорова все есть, у него склады, оборудование». А у меня действительно хорошее зональное оборудование, мастерская, склад. Не для того чтобы Москву брать, а чтобы родину защищать. Меня на той встрече не было! И все равно в ФСБ таскали, а через год из армии вытурили. Только потому, что мою фамилию один раз Рохлин произнес.

Слова Виктора Никифорова можно интерпретировать по-разному. Можно посчитать, что он все-таки участвовал в заговоре, но даже сейчас, по прошествии 13 лет, боится в этом признаться. А можно поверить ему, и тогда окажется, что генерал Рохлин не до конца понимал, чьей поддержкой он располагает, а чьей — нет, и стал заложником собственного ближайшего окружения, которое уверяло его в том, что армия его действия поддерживает безоговорочно. В любом случае шансы заговорщиков уже не представляются такими очевидными.

— К сожалению, Рохлин подставился сам — как неопытный политик. Будем прямо говорить, несколько прямолинейный, — вспоминает лидер «Союза офицеров» Станислав Терехов. — Я тоже прямолинейный, но я чувствую, где есть предатель, вот нутром чувствую. Рохлин то ли чувствовал, то ли нет, но [i]вокруг него было слишком много чужих людей.[/i]

После провала первой попытки переворота второе, решающее выступление наметили на 20 июля. А 3 июля Льва Рохлина застрелили.

Комитет спасения России

Был ли у заговорщиков реальный план действий в случае победы? И да и нет. Но первые организационные шаги они себе представляли.

С точки зрения политических реалий предполагался некий переходный период. Военно-революционная диктатура! — предельно откровенен Петр Хомяков. — Но Лев Яковлевич совершенно не хотел этот период затягивать. Планировался немедленный созыв Учредительного собрания. И потом полноценные конкурентные выборы. В том, что он и его команда совершенно честно эти выборы выиграли бы, сомнений не было и нет.

В переходном правительстве должно было быть пять человек, — утверждает Николай Баталов. — Я военный, и для меня это сверхдемократично. Но кто эти пятеро — не знаю.

— Ну, Рохлин-то среди них должен был быть?

— Нет, нет, сто процентов! Он не хотел быть в верховной власти. Ни диктатором, ни правителем. Никем. Он инструмент, выполняет задачу — низвергает Ельцина и его клику.

А у власти становятся пять человек — Комитет спасения России. Все равны. Председателя нет. В регионах же через структуры ДПА создаются институты «смотрящих за властью». На них замыкаются и исполнительная власть, и законодательная, и армия, и милиция, и все остальное. Вот, допустим, я должен был быть таким «смотрящим» в Волгоградской области. Сразу же генерал-лейтенанта получил бы: своя власть! Захотел бы — генерал-полковника себе повесил. Так что было за что биться. Но это я так, образно.

Если верить Баталову, заговорщики были обеспокоены даже таким, казалось бы, второстепенным вопросом, как воспрепятствование анархии и хаосу уже после переворота:

— Мы думали даже, как бы беспорядков не было — как нам этого не допустить. Мало ли что? Ты где-то чего-то разгромил, а толпа пойдет громить дальше. Кому это надо? Мы этого ничего не хотели.
Выстрел в заговор


3 июля 1998 года Рохлин был убит на собственной даче в деревне Клоково Московской области. Прокуратура утверждала, что в спящего генерала из наградного пистолета стреляла его супруга Тамара. Причина — семейная ссора.

Сторонники генерала уверены: это месть Кремля и попытка предотвратитить армейские выступления. Влади­слав Ачалов прямо называет убийство «политическим», рассказывает, что после смерти Рохлина в лесу нашли «обгоревшие трупы» — так были «ликвидированы ликвидаторы или те люди, которые участвовали в этой операции». О том же самом свидетельствует и Петр Хомяков:

— Охрана была подкуплена. На чердаке спрятались трое убийц. Они убили генерала и покинули дачу. Потом их самих ликвидировали тут же в находящейся в 800 метрах лесопосадке. Трупы облили бензином и подожгли. На улице стояла 29-градусная жара. Потом на полном серьезе говорили, что трупы лежали там две недели.Версия для идиотов!


Полковник Баталов — он был на даче накануне убийства и вернулся туда утром после него — более сдержан и уверен, что «Тамара Павловна, скорее всего, и убила», но при этом оговаривается, что «она не убийца, просто орудие убийства. Она три месяца в больнице лежала зомбированная. Ей могли что-то вколоть, обработать, вот она и выстрелила в мужа».

В конце концов дело Рохлиной спустили на тормозах. В 2005 году Европейский суд по правам человека удовлетворил жалобу вдовы генерала на долгое рассмотрение дела в суде, отметив, что протяженность судебного процесса, составляющая более шести лет, представляет собой нарушение Европейской конвенции по правам человека в части «права на справедливый процесс в разумные сроки». После этого Наро-Фоминский суд приговорил Рохлину к четырем годам заключения, но зачел в этот срок содержание в следственном изоляторе. Рохлина оказалась на свободе и приговор не оспаривала. Таким образом, был зафиксирован удобный для всех и сохраняющийся поныне статус-кво. Вдову генерала правоохранители больше не преследуют, но и других убийц не ищут.

— Для меня главное, что Тамара Павловна на свободе, — объясняет «РР» адвокат Рохлиной Анатолий Кучерена. — Все остальное теперь не так уж и важно…

Следствие по делу о несостоявшемся перевороте тоже ничем не закончилось. Обвинения никому предъявлены не были. Все ограничилось чисткой в офицерских рядах и расформированием 8-го армейского корпуса.

Список городов, которые посетил Рохлин летом-осенью 1997 года

Владимир. 21.07.1997

Нижний Новгород.  24.07.1997

Рязань.  28.07.1997

Псков. 31.07.1997

Тула. 03.08.1997

«Нашей ближайшей задачей ставится смена политического курса государства»

Майкоп. 08.08.1997

Волгоград. 15.08.1997

Киров. 22.08.1997

Ижевск. 23.08.1997

Мурманск. 25.08.1997

Пермь. 25.08.1997

Челябинск. 27.08.1997

Саранск. 31.08.1997

«Нужна бархатная революция, мы должны подготовить народ к тому, чтобы не было крови»

Брянск. 31.08.1997

Йошкар-Ола. 01.09.1997

«В этой стране ничего поправить нельзя при тех людях, которые сейчас у власти, которые разворовывают страну»

Чебоксары. 01.09.1997

Пенза. 02.09.1997

Уфа. 04.09.1997

«Я намерен действовать строго в рамках Конституции, но до тех пор, пока она не будет нарушена с той стороны»

Казань. 06.09.1997

Ярославль. 08.09.1997

Иваново. 08.09.1997

Самара. 10.09.1997

Санкт-Петербург.  13.09.1997

Ростов-на-Дону. 15.09.1997

http://expert.ru/russian_reporter/2011/2...rezidenta/
Ответ
#12
Эхо великой эпохи - СМЕРШ.



[Изображение: 215cbd1b723b.jpg]


[shadow=red,left]Ребятам из Смерш, не дожившим до Победы[/shadow]


Верховный секретным приказом в столице
Создал эту службу в защиту страны
Нас лично знавали немногие в лица
И звали 'героями тайной войны'

Мы прыгали в море фронтов ошалевших
И сотни иголок искали в стогах
Квадрат за квадратом болотных проплешин
На брюхе исползав в сырых сапогах

Километры войны, безымянные тропы
Прошли мы их честно, как ада круги
Вот только не все добрались до Европы,
Сровнявшись навечно с землею могил

Солдатскую кашу мы ели по праву,
Десятки чертей обезвредив в тылах
И пятой колонны большую ораву
Смели будто крошки рукой со стола

Бойцы контрразведки; не много нас было,
Но стоил один больше роты солдат
И Родина-Мать подвиг наш не забыла,
В Историю СМЕРШ записав навсегда

Километры войны, безымянные тропы
Прошли мы их честно, как ада круги
Вот только не все добрались до Европы,
Сровнявшись навечно с землею могил

********

[Изображение: 2443.jpg]
Служба оперов ГУКР СМЕРШ была крайне опасной - в среднем оперативник служил 3 месяца, после чего выбывал по смерти или ранению. Только во время боев за освобождение Белоруссии погибли 236 и пропали без вести 136 военных контрразведчиков.Именно из офицеров СМЕРШ позже были сформированы и ГРУ и ГУВР - самые эффективные в мире органы безопасности.
Сурвайверство - навыки выживания
http://chinaairboy.narod.ru
Ответ
#13
Умерла партизанка, участвовавшая в ликвидации гауляйтера Белоруссии

[Изображение: a7b50eac6adb.jpg]

Скончалась Надежда Троян - участник Великой Отечественной войны, партизанка, участвовавшая в операции по уничтожению гауляйтера Белоруссии рейхскомиссара Вильгельма фон Кубе

С началом Великой Отечественной войны, находясь на территории, временно оккупированной фашистскими войсками, Надежда Троян вступила в ряды подпольной организации Минской области. Одной из блестяще проведенных операций, в подготовке которых она участвовала, была ликвидация гауляйтера Белоруссии рейхскомиссара Вильгельма фон Кубе в 1943 году. За образцовое выполнение этого боевого задания, проявленные при этом самоотверженность и отвагу, она была удостоена звания Героя Советского Союза.

После окончания войны Надежда Викторовна посвятила себя медицине. Работала директором НИИ санитарного просвещения министерства здравоохранения СССР, доцентом кафедры госпитальной хирургии 1-го Московского медицинского института, проректором 1 -го Московского медицинского института имени И.М.Сеченова. Являлась председателем Исполкома союза обществ Красного креста и Красного полумесяца СССР, была избрана вице-президентом Международного комитета Красного креста.

Свою профессиональную деятельность Надежда Троян успешно совмещала с общественной работой. Являясь активным участником ветеранского движения страны, она все свои силы отдавала военно-патриотическому воспитанию молодежи.

Боевые и трудовые заслуги Надежды Троян отмечены высокими государственными наградами, среди которых орден Ленина, 2 ордена Трудового Красного знамени, орден Отечественной войны 1-й степени, Красной звезды, Дружбы народов.
Жизненный путь Троян Надежды Викторовны является примером беззаветного служения своей стране и народу


Источник

Люди уходят, их место занимают бляди...
Сейчас вон гауляйтеров "на временно оккупированной Советской земле" развелось как болезнетворных бактерий там где не моют, а отстреливать их некому, кто чавкает, кто ссыт.
Ответ
#14
100 - летие со дня рождения достойного человека - ликвидатора Троцкого

[Изображение: 1360220900_trocmerk.jpg]

Рамон Меркадер никогда не жалел о содеянном

Он родился 100 лет назад, 7 февраля 1913 года, в Барселоне, а умер в 1978-м на Кубе. Теперь его прах лежит на Кунцевском кладбище в Москве. На могиле написано: «Лопес Рамон Иванович». Казалось бы, всё быльём поросло... Но недавно на могиле появился венок с надписью: «От благодарных казаков», что вызвало, мягко говоря, неоднозначную реакцию

- Он убил великую сволочь, палача казачества и всего русского народа, - обосновывали казаки свою позицию.

- На каждого ненавистника России найдётся свой Меркадер, - говорят многие.


В общем, история оказалась ближе, чем представлялось...

Обаятельный киллер

20 августа 1940 года агент НКВД Меркадер приехал на виллу Троцкого в Мехико под предлогом, что хочет показать ему свою статью. Когда Троцкий начал читать, Меркадер ударил его ледорубом по голове. Троцкий умер не сразу - успел позвать на помощь. Ворвалась охрана, Меркадера скрутили, отняв у него кроме орудия убийства пистолет. Почему он сразу не пустил его в ход?

Павел Судоплатов, один из организаторов убийства (другим был Наум Эйтингон), писал об этом в мемуарах: «Пришли к выводу, что лучше всего использовать нож или малый ледоруб альпиниста: во-первых, их легче скрыть от охранника, а во-вторых, эти орудия убийства бесшумны».

В окружение Троцкого Меркадер проник до смешного просто - соблазнил сестру его секретаря Сильвию Агелофф. Гораздо любопытнее то, каким образом он усыпил бдительность охраны.

Меркадер представлялся канадским бизнесменом Фрэнком Джексоном, реальным человеком, погибшим во время гражданской войны в Испании. Объектом его интересов были не политика, а коммерция, спорт и, конечно, Сильвия. Явное подозрение могло бы возникнуть, если бы он при первом же знакомстве с охраной выражал свои симпатии к Троцкому и его соратникам. Но он как бы и не замечал существования в этом мире великого Льва Давидовича.
Несколько месяцев он держался в тени и не искал знакомства с обитателями этого укреплённого дома. В итоге после сухих приветствий охранники стали радушно встречать Фрэнка, когда он привозил Сильвию к дому. Успешный коммерсант начал угощать охрану дорогими сигарами.

Его, наконец, пригласили в дом, познакомили с Троцким, который видел в нём умного, но равнодушного к политике типичного молодого дельца - и не более. В ответ Фрэнк начал проявлять интерес к личности Троцкого и его деятельности, стал читать его публицистику, а потом и писать собственную. Именно на этом Меркадер поймал Троцкого, склонного после нескольких покушений к маниакальной подозрительности.

Высокий брюнет

По воспоминаниям всех знавших его, Рамон Меркадер имел обаятельную внешность и благородные манеры, недаром в одном кинофильме его играет Ален Делон. Он обладал мощной физической силой, при росте 185 сантиметров мог тремя пальцами согнуть медную монету. В тюрьме его подвергли не только пыткам, но и длительному психологическому тестированию. Оно показало, что Меркадер обладал необычайно быстрой реакцией, почти фотографической памятью, способностью ориентироваться в темноте, умением быстро усваивать и запоминать сложные инструкции. В темноте он мог разобрать и собрать винтовку «Маузер» за 3 минуты 45 секунд. Меркадер не признался, что он агент советской разведки. После 20 лет тюрьмы он вышел на свободу и стал секретным Героем Советского Союза.

В 1961-1974 годах он работал в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС (ИМЛ).

Я беседовал с ветеранами - сотрудниками архива бывшего ИМЛ, которые встречались с Меркадером. Он запомнился как элегантный мужчина с красивыми глазами. В нём сразу угадывался иностранец. Они не замечали самодовольства на лице Лопеса (так его звали официально) и постоянного присутствия у него звезды Героя. Он был скромным и обаятельным, но немногословным собеседником. Говорил, что Героя ему дали за боевые заслуги, звезду надевал на официальные мероприятия или чтобы оказать помощь друзьям в приобретении билетов в театр или на концерт.

А ещё он решительно просил главного советского идеолога Михаила Суслова освободить из заключения боевых товарищей Судоплатова и Эйтингона. При Хрущёве их осудили как людей Берии. Суслов возмутился и грубо ответил: «Не суйте свой нос не в свои дела». Меркадер был человеком крепкой выдержки, но всё же обиделся.

В середине 70-х по приглашению Фиделя Кастро он уехал на Кубу. Работал советником МИД, умер от рака в 1978 г. По завещанию был похоронен в СССР. Незадолго до смерти Рамон Меркадер сказал: «Если бы мне пришлось заново прожить сороковые годы, я сделал бы всё, что сделал».



Сергей Петрович Тюляков



[Изображение: image005kl.jpg]

[Изображение: i-515.jpg]

Источник: http://aloban75.livejournal.com/142375.html
Ответ
#15
День Победы:
http://youtu.be/Iqix68fYbKc
Ответ
#16
http://www.youtube.com/watch?v=KSx_CRtEpbQ#
Ответ
#17
Мой комментарий о Суворове (который Александр Васильевич)
Как ответ троцкистско-либеральному идиотизму про русскую историю

[Изображение: 15Kukryniksy_1941.jpg]

Суворов заложил основу воспитания личного состава в российской армии, на его положениях из "науки побеждать" строились все последующие уставы, в том числе и уставы РККА.

Его теория о качестве рядовой единицы как основе боеспособности, развитая М.В.Фрунзе в теорию классовой армии, легла в основу устава РККА. РККА была гораздо ближе к суворовской армии, чем к наполеоновской, например, хотя Суворов отстаивал интересы феодализма, а Наполеон - буржуазии, и вроде бы должен быть прогрессивней. Почему?
Потому что в вопросе организации армии и места и роли солдата в бою Суворов шагнул далеко вперед. Кроме того, типично феодальную армию РИ Суворов превратил в НАЦИОНАЛЬНУЮ АРМИЮ, подняв на высоту вопрос о политико-моральном воспитании. Именно система политико-воспитательной работы, созданная Суворовым и перенесенная Драгомировым в последние дореволюционные уставы создала предпосылки для успешной работы большевиков в войсках - российская армия худо-бедно, но пыталась воспитывать солдата, а не тупо муштровать, и постольку поскольку монархическая пропаганда (и реальная  пропаразитическая политика!) проигрывала революционной, то результат становился предсказуем.

Кстати, Суворов же заложил и базу для декабризма - все декабристы были представителями суворовской военной школы, и полностью разделяли его взгляды на роль армии и солдата, Суворов, например, выступал против сословных различий в армии, выдвигал идею демократизации (народной армии) армии - и декабристы эти идеи творчески развили до идеи революционной армии.

Относительно того, что Суворов не защищал "родную землю" - подавление польских восстаний (которые были примерно столь же феодальными, как и противостоящий им царизм, причем уровень эксплуатации в шляхетской Ржечи Посполитой был на уровень выше, чем в РИ - шляхту центральная власть просто не ограничивала) решило, как показала практика, национальные интересы украинского и белорусского народов, ограничив польскую колонизацию украинско-белорусских земель территорией этнической Польши.

Войны с Турцией решали проблемы обеспечения безопасности южных земель (по итогам двух войн с активным участием Суворова Крымское ханство, которое мешало освоению южных черноземов и экономическому развитию южных земель, перестало существовать). Про то, что Суворов активными операциями против Турции сорвал очередной геноцид Закавказья (Армении и Грузии) - это тоже, наверное, реакционная акция? Конечно, Суворов понимал национальные задачи в рамках сословной феодальной монархии, но все ж таки, его задачи не сводились к узко-феодальным."


http://bortnik.livejournal.com/261956.ht...dd_comment

Скажем короче. Он был ярым противником "передовой" прусской муштровой школы, превращающей солдата в био-робота- по-просту - в скота (Смотреть фильм "Михайло Ломоносов"),  он был подвижник русской военной школы, когда солдат ведет осмысленную службу, знает за что воюет, уважает командира и имеет возможность двигаться вверх, благодаоря своим способностям и умениям. На тот момент - это было просто революционно для загнивающей дворянской среды, и эта тенденция боролась на протяжении всего века антирусского загнивания РИ, пока не пробила себе дорогу в РККА, вершиной чего и стал триумф мая 1945 года.
Ответ
#18
Персидский поход полковника Корягина

http://www.youtube.com/watch?v=BNrNINkSatI#ws
Ответ
#19
Альберт Андиев.
Альберт Андиев родился в Осетии, долгое время выступал в команде борцов киевского "Динамо". Сейчас каждый свободный вечер проводит в стрелковом клубе. Альберт хорошо разбирается в оружии и очень быстро определяет его достоинства и недостатки. Точно так же во время Косовской войны он мог безошибочно оценить каждого из своих 28 бойцов добровольцев.

Группа Альберта выполняла самые опасные задания, среди которых - поиск и уничтожение командиров боевиков. В Сербии Андиева считают героем. В Косово - врагом номер один. Герой потерял на войне глаз и не приобрел ничего, кроме наградного оружия и любимой жены - медика. Теперь Альберт снимает с ней небольшую квартиру в Белграде.

Альберт Андиев, командир специальной группы добровольцев:

- Нам говорят, что нас использовали. Все, что мы должны были сделать, мы сделали.

Когда Альберт получил приказ уходить из Косово, сначала он не поверил этому. Несмотря на бомбардировки НАТО, сопротивление албанских боевиков было подавлено, боевые задачи решены. И все же сербская армия покидала край, без боя уступая его войскам НАТО. И тогда Альберт в одиночку решил остановить войска НАТО под Призвином.

Для Андиева война не закончена. Он считает, что сербам придется возвращать Косово силой. Альберт готов собрать своих бойцов и снова отправиться в мятежный край. Нужен только приказ.

Альберт Андиев, командир специальной группы добровольцев:

- Мне собираться не надо, я вот так бы встал и пошел. И точно так же и мои ребята - они бы сразу приехали

Но сербы, несмотря на воинственную риторику в большинстве своем смирились с потерей Косово. Поэтому для местных политиков Альберт и его группа - очень неудобные люди. Люди, которые всегда держат палец на спусковом крючке.

http://www.youtube.com/watch?v=QV0GCQngVMc#
Ответ
#20
Солдат революционно-просветительского фронта России

[Изображение: e68c89a8e137.jpg]
  Николай  Александрович  Морозов
Фото перв. Пол. 70-х гг


Братья! Труден наш путь! Надрывается грудь
В этой битве с бездушною силой.
Но сомнения прочь!  Не всегда  будет  ночь,
Свет блеснет хоть над нашей могилой.
И, докончив борьбу, вспомнив нашу судьбу,
Обвинять нас потомки не станут
И в свободной стране  оправдают вполне,
Добрым словом погибших помянут.


Николай  Александрович  Морозов  родился  25  июня  1854  года в дворянской семье  в имении Борок  Ярославской  губернии. Матерью его была крепостная крестьянка А. В. Морозова;  отец  - молодой богатый помещик Щепочкин, который влюбился в свою крепостную,  дал  ей  вольную  и  женился  на  ней.  Сын  от этого брака (не освященного церковью) получил фамилию матери.

    Николай  Морозов  воспитывался в доме отца, отличаясь с детства большой любознательностью  и  особым  пристрастием к естественным наукам: он собирал гербарии и коллекции минералов, читал книги из домашней библиотеки, по ночам забирался на крышу дома и часами изучал звездное небо. Пребывание Морозова в московской  классической  гимназии,  куда  он  поступил  в  1869  году, было непродолжительным.  За  активное  участие  в  организации  "тайного общества естествоиспытателей-гимназистов"    и   издание   рукописного   нелегального гимназического  журнала,  в  котором наряду с научными статьями помещались и заметки на политические темы, Морозов был исключен из 6-го класса.

    В    начале    1870-х    годов    Морозов    знакомится    с    видными революционерами-народниками  С.  М. Кравчинским, Д. А. Клеменцем и другими и вскоре   принимает   участие   в   пропаганде   социалистических  идей  среди крестьянства.  В  этой работе, переодеваясь и выдавая себя то за кузнеца, то за  сапожника,  Морозов  проводит  лето  1874  года,  переходя  из деревни в деревню,  ведя  беседы  с  крестьянами,  читая  и  распространяя  среди  них запрещенную  литературу.  Когда  начались  массовые аресты среди народников, Морозов возвращается в Москву, где подвергается преследованию полиции.

    Вскоре, в том же 1874 году, он вынужден был уехать за границу. В Женеве Морозов  устанавливает  связи  с русскими эмигрантами, становится редактором бакунинского журнала "Работник", сотрудничает в лондонской газете "Вперед!", издаваемой  П.  Л.  Лавровым. Здесь же он был принят в члены Интернационала.

В  1875  году  он  пытается вернуться в Россию нелегально, но на границе его задерживают  жандармы,  как  одного из "самых опасных русских заговорщиков". {Под  этим  определением фамилия Морозова значится в списке лиц, который был тайно  разослан  правительством  по всем полицейским учреждениям империи для усиленного розыска и препровождения в тюрьму.}

    С 1875 по 1878 год Морозов провел в Петербургской тюрьме  предварительного заключения.  Не  теряя  времени  даром,  пытаясь, по возможности, заниматься математикой,  физикой,  астрономией,  он  в тюрьме изучал иностранные языки, готовился  к деятельности профессионального революционера. Там были написаны и  первые  его стихотворения. Во время заключения Морозов привлекался к суду по  "процессу  193-х",  который длился почти три месяца. В результате он был вновь приговорен к тюремному заключению, но ему был зачтен трехгодичный срок его пребывания в следственной  тюрьме.

    По  выходе  из  тюрьмы  Морозов,  узнав,  что приговор над ним подлежит пересмотру,  как  "слишком  мягкий",  тотчас  же  переходит  на  нелегальное положение.   К   этому   времени  относится  его  вступление  в  организацию  революционных  народников  "Земля а воля", где он вскоре становится одной из руководящих  фигур. Вместе с Г. В. Плехановым он редактирует журнал "Земля и воля".    Ввиду    наметившихся   разногласий   с   Плехановым,   отрицавшим индивидуальный  террор как метод политической борьбы, Морозов создает особый  орган - "Листок "Земли и воли"", посвященный пропаганде террора, и, наконец, в  1879  году входит в состав террористической группы с девизом "Свобода или смерть", тайно возникшей внутри "Земли и воли".

После окончательного раскола  "Земли  и  волн" Морозов был членом Исполнительного комитета "Народной воли"  (в  него входили  такие  великие  русские революционеры-социалисты , как  А. И. Желябов, С. Л. Перовская, А. Д. Михайлов, Н.И Кибальчич,  В. Н. Фигнер, Н. В. Клеточников  и другие) и редактором ее печатного органа.

    Следуют одно за другим покушения на Александра II, в подготовке которых непримиримый  Морозов  принимает  активное  участие.  В  1880  ему  вновь приходится эмигрировать  за  границу.  Во  время своей поездки в Лондон он знакомится и беседует с К. Марксом.

    Извещенный  письмом  Софьи Перовской о необходимости его возвращения на  Родину для помощи  организации, теряющей одного человека за другим  , Морозов в 1881 году делает вторичную попытку перейти русскую границу  и  тут  попадает в руки романовских  спецслужб.

1 (13) марта 1881 последняя уцелевшая группа  "Земли и воли" убивает  Александа II .

В 1882 году по знаменитому "процессу 20-ти народовольцев"  Морозов был   присужден   к   пожизненному  заключению,  которое  отбывал  сначала в Алексеевской  равелине  Петропавловской  крепости  (4 года), а затем, с 1834 года,  - в Шлиссельбургской крепости (21 год).

За первые два года заключения  из  тех 15 осуждённых народовольцев, кто не был казнен,   умерли от голода и болезней 11 человек.  Н.А. Морозов содержался в камере №10. Он  так же , как и все   заболел туберкулёзом и цингой. В 1883 году тюремный врач Вильямс доложил Александру III, что Морозов  умрёт через трое суток, но он выжил благодаря  придуманной им  системе тюремной гимнастики.

Морозов был освобожден по амнистии только осенью 1905 года, после 25-ти лет одиночного заключения.
В этот период он отошел от активной политической деятельности,  всецело углубившись в науку.  

    Все  годы  пребывания  в  Шлиссельбургской  крепости  Морозов  посвятил разработке  занимавших его научных вопросов, главным образом в области химии и  астрономии.  Невероятным усилием воли он заставлял себя работать, писать, делать вычисления, составлять таблицы. В заключении Н.А.Морозов изучил французский, английский, немецкий, итальянский, испанский, латинский, греческий, древнееврейский, древнеславянский, украинский и польский языки. Им было написано 26 томов различных рукописей.

Это позволило ему тотчас после выхода из  тюрьмы  опубликовать  одну за другой свои работы: "Периодические системы строения  вещества"  (1907),  "Д.  И. Менделеев и значение его периодической системы  для  химии  будущего"  (1908).  Тогда же, во время заточения, было создано  и  большинство его стихотворений, напечатанных им в книге "Звездные песни".  Выход  этой книги в 1910 году вызвал судебное преследование и новое годичное  заключение,  которое  Морозов  отбывал  в  Двинской  крепости. Год
пребывания  в  тюрьме  Морозов  использовал  для  написания  своих мемуаров.
{"Повести  моей  жизни",  тт.  1-4,  Пг., 1916-1918 (изд. 3-е - тт. 1-2, М.,
1965).}

После выхода из тюрьмы Морозов пользовался колоссальным уважением  у всех революционных партий и групп России, как один из  немногих оставшихся  в   живых народовольцев.  Многие политические организации  обхаживали веретена  русской революции , пытались склонить выжившего народовольца на свою сторону.

 В  мае 1908 года по приглашению князя Д.О. Бебутова Н.А. Морозов,  вступил в санкт–петербургскую масонскую ложу «Полярная звезда». Масонам Н.А. Морозов был нужен в качестве весьма популярной фигуры для привлечения новых членов, а он интересовался масонскими документами, в частности — революционно–политического характера, которыми они обладали. После  ознакомления  с движением     в 1910 году  Морозов  выходит   из ложи,    навсегда  потеряв интерес к массонству .

Вместе с Плехановым  и другими ветеранами  социалистического движения  был обласкан Временным Правительством.  

По политическим взглядам был ближе к большевикам, но в вопросе о социалистической революции выступил оппонентом Ленину. Несмотря на свою проплехановскую позицию, на формальную связь с партией кадетов и лично с  В.И. Вернадским , так как от этой партии избирался в Учредительное собрание, он пользовался огромным уважением у большевиков.

    После    Великой Октябрьской Социалистической    революции   Морозов   целиком   посвятил   себя научно-педагогической  и общественной деятельности. Он был избран директором Естественно-научного   института  имени  П.  Ф.  Лесгафта,  почетным  членом Академии наук СССР. Именно в этом институте по инициативе учёного начиналась разработка ряда проблем, связанных с освоением космоса.

    Перу  Морозова  принадлежат  книги "Откровения в грозе и буре" (1907) и "Христос"  (семитомный  труд 1924-1932 годов), в которых он на основе данных астрономии   и  геофизики  пытался  обосновать  совершенно  новую  концепцию всемирной   истории,   не  представляющую  научной  ценности,  но  по-своему примечательную. (На базе этой  концепции современные «последователи» создали «Новую хронологию», используемую для  разрушения исторического знания.)  

    Последние  годы  Морозов  жил  на  родине,  в  имении Борок Ярославской области, которое было пожизненно закреплено за ним по личному указанию В. И. Ленина.

29 марта 1932 года Н.А. Морозов избирается почётным членом АН СССР, как «химик, астроном, историк культуры, писатель, деятель русского революционного движения». Почётный академик — редкое звание, которое до революции присваивалось лишь членам императорской фамилии и их вернейшим слугам (Бенкендорфу А.Х., Победоносцеву К.П. и т.п.).   За все годы  советской власти оно присваивалось  лишь 10 раз.

В 1944 году в честь Н.А. Морозовабыли учреждены 7 стипендий по астрономии, химии и физике в Московском университете, в Академии наук и в институте Лесгафта.

По объему научно-популярной и просветительской работы в 20-30 гг Морозову  не было равных.

В 1939 году Н.А. Морозов в возрасте 85 лет окончил снайперские курсы Осоавиахима и , несмотря на свой  возраст,   через три года на Волховском фронте добровольцем  участвовал в военных действиях против немецко-фашистских захватчиков.  

Награждён двумя орденами Ленина(1944, 1945) и орденом Трудового Красного Знамени (1939).

Дожил член исполнительного комитета «Народной Воли»  и до  великого Дня Победы.

[Изображение: cfcdb803fe80.jpg]
Н.А. Морозов и И.В. Сталин. Фото. 1945


Письмо Н.А. Морозова – И.В. Сталину. После 9 мая 1945.
Копия. Автограф

Дорогой Иосиф Виссарионович,
Я счастлив, что дожил до дня победы над германским фашизмом, принесшим столько горя нашей Родине и всему культурному человечеству и поставленным на колени исключительно благодаря Вашей мудрой твердости и гениальной прозорливости, проявившихся от начала и до конца Отечественной воны.
Присоединяюсь от души к приветствию моих сотрудников по Ленинградскому Гос(дарственному) Естественно-Научному Институту, как его дирек (Л. 6)
тор, я прилагаю к нему также и свое восхищение привет и поздравления.
День 9 мая останется навсегда для России днем незабываемой славы, связанной с Вашим именем, как именем замечательного вождя.(Л. 6 об)
Почетный академик Николай Морозов
(бывший шлиссельбуржец)

Архив Российской Академии наук. Ф. 543 (фонд Н.А. Морозова). Оп. 2. Д. 62. Л. 6 – 6 об.


    Умер Морозов на 93-м году жизни, 30 июля 1946 года.

    ======================
  Узнать о жизни   русского   революционера- просветителя можно из книг

«Николай Александрович Морозов. Учёный–энциклопедист»,— М.: Наука, 1982.
«Нетерпение» повесть об  Андрее Желябове Юрия Трифонова.  

-------------------

После Октябрьской революции  был  издан  почти  исчерпывающий  свод  поэтических  произведений Морозова:  "Звездные песни". Первое полное издание всех стихотворений до 1919 г." (кн. 1-2, М., 1920-1921). Интересно, что издание стихов Морозова получило резко отрицательный отзыв Николая Гумилева, который советовал не соваться «поэтической бездарности» в российское «поэтическое сообщество».  

из стихов  Николая Александровича

Некуда деться от муки и боли!..
                     Порча какая случилася, что ли,
                     Желчь ли во мне разлилась в эту ночь, -
                     Право, не знаю! Но только невмочь!
                     Против любимой недавно отчизны
                     Льются из сердца слова укоризны...
                     Русская жизнь! Средь густой темноты
                     Как неуклюже сложилася ты!..

                     Родина-мать! Нет ни счету, ни сметы
                     Змеям, что были тобою пригреты, -
                     Дедов вина и беспечность отцов
                     Создали целое племя рабов!..
                     Всюду душил тебя льстивый сенатор,
                     Хищный чиновник, жандарм, император,
                     Поп и помещик, судья и купец;
                     Грабил последний судейский писец...
                     Ты же - ты только терпела, страдала,
                     Вечно трудилась и вечно молчала;
                     И средь громадной родимой земли
                     Вечно валялся народ твой в пыли...

                     Нет! Разойдись ты, тоска гробовая!
                     Злу не поможешь, лениво страдая;
                     Некогда плакать, не время стонать,
                     Надобно делу все силы отдать!..
                     Родина-мать! Разверни свои силы,
                     Жизнь пробуди средь молчанья могилы!
                     Встань! Угнетенье и тьму прекрати
                     И за погибших детей отомсти!

=======================
ТЮРЕМНЫЕ ВИДЕНИЯ

                                    1

                    Однажды я в башне тюремной лежал,
                       Тоска мою грудь надрывала,
                    В окошко порывистый ветер стучал,
                       И лампочка слабо мерцала.
                    В каморку сквозь тучи светила луна,
                       Решетку ее озаряя;
                    Болезненно, бледно глядела она,
                       Как смотрит дитя, умирая.
                    Той темною ночью всё виделись мне
                   Унылые жизни картины:
                    Я думал о воле, родной стороне,
                       Мне грезились нивы, равнины
                    И бедные хижины с бедной землей,
                       Покрытые кровью народной...
                    И много картин тех прошло предо мной
                       В тот вечер сырой и холодный.

                                    2

                    Казалось, иду я тернистым путем
                       Один по кургану крутому;
                    Терновник мне в платье вцепился кругом,
                   И трудно идти мне, больному.
                    Везде непроглядною, черною мглой
                       Степная равнина одета,
                    И мрачно и душно в пустыне глухой,
                       И нет в ней ни жизни, ни света.
                    Там только, как смутные тени, стоят
                       Какие-то робкие люди:
                    Глаза их потухшие в землю глядят,
                       И впали иссохшие груди.
                    Темно, неприветно в глухой стороне,
              Молчит всё в природе глубоко;
                    И только, я слышу, в ночной тишине
                       Их песня звучит одиноко:
                    "Таится болезненно в бедном уме
                       Сознанье тяжелой неволи,
                    Весь век свой мы прожили в рабстве и тьме,
                       Не видев ни счастья, ни воли.
                    Под вечным трудом мы клонились без сил,
                       Без хлеба и крова мы жили,
                    Нас ветер зимой в непогоду знобил,
                  Оковы и цепи давили.
                    Мы жили в бесплодных и диких степях,
                       В безвестной глуши умирали,
                    И часто в подземных, сырых рудниках
                       Напрасно мы смерть призывали.
                    Вся жизнь наша долгой отравой была,
                       Ряд бедствий, страданий и муки;
                    Ничтожные против гнетущего зла,
                       Без сил опускаются руки!..
                    И песня, тоски бесконечной полна,
                   Звучит и вдали замирает...
                    Но всё безучастно. Кругом тишина,
                       И мрак свой покров не снимает;
                    Не выглянет небо меж туч полосой,
                       Блеснувши светил хороводом,
                    И ветер не дунет живящей струей
                       Над темным, забитым народом.

                                    3

                    Мой путь зарастает сильней и сильней...
                       Туман, точно саван, ложится...
                    Усталый иду я по грудам камней,
                   И ум мой болит и мутится...
                    Я вижу: Царь-колокол правит землей,
                       Пред ним всё живущее гнется,
                    Он громко гудит над густою толпой,
                       Тот гул далеко раздается:
                    "Проклятый навеки всевышним отцом
                       И с сердцем, грехом омраченным,
                    Ты должен быть бедным, покорным рабом,
                       Служить для других осужденным.
                    Ты должен смириться душой навсегда,
                   Обиды сносить молчаливо,
                    Страдать под ярмом векового труда
                       И крест свой нести терпеливо.
                    Люби свои цепи, неволю люби,
                       Томись безотрадной заботой,
                    Смиряй свою душу и тело губи,
                       Работай, работай, работай!
                    Гони наслажденья, трудись в тишине,
                       Ты темным родился и грешным!..
                    Иль будешь ты проклят и в адском огне
                   Погибнешь во мраке кромешном!"
                    И тучею черной на гул тот идут
                       Попы и монахи тупые,
                    Высоко хоругви и чаши несут
                       Служители мрака слепые.
                    И тихо проходят они по лугам,
                       По нивам, полям - с образами,
                    По хижинам бедным, большим городам,
                       По дальним дорогам - с крестами;
                    И где ни пройдут - всюду мрак над страной
                     Ложится как саван суровый,
                    И давит он мысль человека собой,
                       Как крышкою гроба свинцовой...

                                    4

                    Всё камни, овраги... Как долог мой путь!
                       Всё дальше и дальше он вьется...
                    И негде пристать, и нельзя отдохнуть...
                       Чу!.. Грохот навстречу несется...
                    Я вижу: Царь-пушка во мраке густом
                       Грохочет, губя что ни встретит,
                    И светом багровым на небе ночном
                    Кровавое зарево светит.
                    Над лужами крови, над мерзлой землей,
                       Над грудами ядер разбитых
                    Томится народ, и с томящей мольбой,
                       Упав над телами убитых,
                    Он просит пощады за то, что искал
                       От грозной неправды спасенья
                    И, вставши, бесправных рабов призывал
                       На бой против зла угнетенья,
                    Но Пушка грохочет: "Клонись предо мной,
                   Ты, подлое, рабское племя!
                    Пока существует земля под тобой
                       И в вечность бегущее время
                    Еще не угасло, - нигде не найдешь
                       Свободы и правды на свете!
                    Рабом родился ты, рабом и умрешь,
                       И будут рабы твои дети!"
                    Напрасны мольбы перед силою злой...
                       И клонятся темные люди
                    Над мокрой от крови погибших землей,
                   Пред силой ревущих орудий.
                    И роем пчелиным, несметным идут
                       Служители грозного бога:
                    Оковы и пыток орудья несут,
                       И всюду лежит им дорога.
                    И блеском железным, щетинясь, блестят
                       Штыки их, средь дыма сверкая;
                    И медные каски во мраке горят,
                       Пожар и огонь отражая.
                    И едут, и мчатся народа бичи:
                    И грубый жандарм, и сенатор,
                    И судьи - несчастной страны палачи, -
                       И с ними палач-император.
                    То старое рабство привычной стезей
                       Идет, всё губя и терзая,
                    И зарево ярче горит над страной,
                       Мученья людей освещая...

                                    5

                    Мой путь пропадает... Трудней и трудней
                       Идти по пустыне холмистой...
                    Как жарко средь этих песков и полей,
                    На этой дороге тернистой!
                    Темно - как в гробу; на земле, в небесах
                       Природа как будто застыла...
                    На западе дальнем, крутясь в облаках,
                       Свистя, непогода завыла...
                    И вздрогнул весь мир от конца до конца,
                       Лик прежних царей помрачился,
                    И образ царя, Золотого Тельца,
                       Средь мрака и дыма явился.
                    Всё стихло. Лишь воронов стая снует,
                  Навстречу тирану слетаясь,
                    Да полчище слуг на колени встает,
                       Пред новым царем преклоняясь...
                    Ревет он к народу: "Незыблем закон
                       Борьбы за богатство и силу;
                    Страдать терпеливо ты им осужден,
                       Трудиться весь век до могилы;
                    Напрасны о равенстве, братстве слова,
                       Где слабого сильный терзает.
                    Успех или гибель! Вот глас божества,
                    Что миром века управляет!"
                    И вижу я: движутся массой густой,
                       Как стаи голодных вампиров,
                    И золота слитки проносят с собой
                       Толпы фабрикантов, банкиров;
                    Фабричные трубы весь воздух коптят,
                       Поднявшись средь каменных сводов;
                    Как адские пасти, в долинах стоят
                       Высокие группы заводов;
                    Там злятся машины, гремят и ревут,
                   Шипят, точно змеи, насосы,
                    И тело, и кости рабочего рвут,
                       Мелькая, как в вихре, колеса...
                    И алчное войско всё больше растет,
                       Всю землю собой наполняет,
                    И копотью, гарью кругом отдает,
                       И всё перед ним погибает...

                                    6

                    Мой путь прекратился. В тумане и мгле
                       Всё скрылось под ночью глубокой,
                    И вот я стою на высокой скале
                 Без сил, весь в крови, одинокий...
                    Отсюда я вижу средь тьмы облаков,
                       Что скрыто от взоров другого, -
                    Я вижу теченье могучих веков
                       И долю народа родного.
                    Мертва и спокойна лежит предо мной
                       Страна векового застоя.
                    Орел безобразный, с двойной головой,
                       Парит средь ночного покоя.
                    Там гады и черви повсюду кишат
                    И хищные птицы летают;
                    Как будто могилы, там тюрьмы стоят,
                       И стоны рабов не смолкают.
                    В ней здание рабства, средь вьющихся змей,
                       Стоит широко и громадно;
                    И трое безумных, жестоких царей
                       Терзают народ беспощадно.
                    И вдруг в этой тьме гробовой разлились
                       Могучая жизнь и волненье,
                    Какие-то люди во тьме поднялись,
                    И слышу я гимн пробужденья:
                    "О родина! Долго ль ты будешь страдать
                       Под бременем горькой невзгоды?
                    И долго ль позорно ты будешь молчать
                       На голос призывный свободы?
                    Встань, бедный народ! Подымитесь, рабы,
                       И в битву идите скорее!
                    Довольно вы гнулись под игом судьбы!
                       Разбейте оковы! Смелее!"
                    И гордый призыв по полям пролетел,
                   И массы на троны восстали,
                    И мрак застонал, загудел, зашипел,
                       И в страхе цари задрожали.
                    Задвигались гады, цепляясь кругом,
                       И с громом земля расступилась,
                    И здание рабства с двуглавым орлом,
                       Сломившись, треща, провалилось.
                    И много людей под собой в влубине
                       В паденьи своем раздавило;
                    Но с ними пропала и тьма в той стране,
                    И рабства губящая сила.
                    И тучи исчезли с туманом густым,
                       Разбились оковы народа,
                    И вся ожила под лучом золотым
                       Весеннего солнца природа...
                    Но тут я проснулся... В каморке глухой
                       Всё было темно, безучастно;
                    И месяц сиял над моей головой
                       Так бледно, бездушно, бесстрастно...

                    1876 или 1877

***

                 Когда овладеет душою печаль,
                  Ты вспомни, что скрыта грядущего даль
                     В тумане от нашего взора,
                  Что жизнь наша часто страдании полна,
                  Но вдруг озаряется счастьем она,
                     Как полночь огнем метеора.

                  Не надобно в жизни излишних вериг!
                  Ведь каждый мучительно прожитый миг
                     На близких тебе отзовется!
                  Всецело должны мы для ближнего жить,
                  Должны для него мы себя сохранить
                     И бодро с невзгодой бороться!

                  В тяжелые дни испытаний и бед
                  Дает нам Вселенная вечный завет,
                     Который гласит всем скорбящим:
                  "Во имя надежды, во имя любви,
                  В несчастье грядущим и прошлым живи,
                     А в счастье живи настоящим!"
1870-гг

                 Искал он к правде путь далекий
                      В юдоли лжи и пошлых дел.
                      Его окутал мрак глубокий,
                      А с неба светоч не горел.

                      Но в мире гнета и стяжанья,
                      Где трудно к истине идти,
                      Он видел в трепетном сияньи
                      Могилы павших на пути...

                      И с них любви нетленный пламень
                      Ему дорогу осветил,
                      И не споткнулся он о камень
                      В хаосе зла и темных сил...

                     1889

                   Я к правде шел в глубоком мраке,
                     Ничей огонь мне не светил,
                     И я молил судьбу о знаке,
                     Который путь бы мне открыл.

                     И был мне знак: свершилось чудо!
                     Когда на верный путь я стал,
                     "Изменник!" - крикнул мне Иуда,
                     "Убийца!" - Каин мне сказал.

                     <1910>

***
Когда для большего порядка
На бедной родине моей
Я от полиции украдкой
Переселюся в мир теней,

Друзья! Мой прах похороните
Без погребальных громких слов,
На гроб цветов мне не кладите
И не носите мне венков, —

Но вройте жердь в сырую глину
Надгробной насыпи моей
И, свив веревку, на вершину
Жандарма вздерните на ней!

Пусть будет вихрь, в полях играя,
Его одежду развевать,
Пусть будет буря, завывая,
Холодный труп его качать!

Лишь только скрипнет шест высокий —
Могилы скромный мавзолей,
Я каждый раз в земле глубокой
Благословлю моих друзей!

<1880>
Ответ


Перейти к форуму:


Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)