Рейтинг темы:
  • 0 Голос(ов) - 0 в среднем
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Они выбрали Родину как главную ценность. А что выбрал ты?
#21
Молодцы ребята! Отличная идея - отличный проект! Спасибо всем, кто участвует и будет участвовать!
И я попробую как-то посодействовать.
Ответ
#22
[Изображение: 44aff24f22aa.jpg]
[Изображение: be24c03c8350a83e4c21d4c69611f32c.gif]

Выше Знамя грядущей Победы!
Ответ
#23
Их было восемь

[Изображение: e93f414c7785.jpg]

Большая советская энциклопедия повествует, что в 1939 году, в сентябре, рабочие и крестьяне Скидельщины ( запад Белоруссии)  подняли восстание против польских оккупантов, захватили почту, мост через Неман в местечке Лунно и удерживали его 4 дня, а также железнодорожную станцию, где разоружили военный эшелон. А после прихода Красной Армии партизанские отряды влились в нее.
Однако не все было так радужно: вскоре после начала восстания в Скидель прибыли польские карательные отряды, которые жестоко подавили восстание, и безжалостно расправились с его организаторами, подвергнув их пыткам и истязаниям. Правда, очаги сопротивления тлели в окрестностях Скиделя до подхода Красной Армии.
……………

Их было восемь: Иван Счастный, Алексей Ролик, Иван Севрук, Иван Синица, Николай Деленковский, Анатолий Зеленковский, Федор Макарчук, Владимир Кизевич. Ребята как ребята, разных возрастов, разных профессий... Из трудовых, рабочих семей. Тяжелое детство выпало на их долю – польские власти не считали белорусов за людей. Но в сентябре 1939 года с приходом Советской Власти все изменилось. Теперь Красный Советский флаг гордо реял  над сельсоветом, наполняя души ребят несказанным светом.   Иван Счастный и Алеша Ролик поехали учиться в Гродненское ремесленное училище, Николай Деленковский — в школу ФЗО... Все восемь стали комсомольцами.

Но счастью не суждено было продолжиться - пришли фашистские оккупанты. Заполыхало пламя Сопротивления на Скиделыщше. Еще на заре партизанского движения восемь комсомольцев сплотились в подпольную организацию. Через созданные ими  в  деревнях  Черлены,   Княжеводцы,  Хвойняны, Лавно, - Кошубинцы     молодежные группы ребят распространяли  среди населения листовки с призывами к саботажу   и   сопротивлению. Собирали оружие и боеприпасы для    вооруженной борьбы.

В мае 1942 года приняли деятельное участие в создании партизанского отряда. Постоянно заботились потом о нуждах    этого    отряда — помогали в обеспечении продовольствием, оружием, боеприпасами, сообщали командованию сведения о гитлеровских гарнизонах, принимали личное участие в боях.

Активные  действия    партизан    и  подпольщиков в окрестностях Скиделя и в самом городе приводили в бешенство немцев и их прислужников. Любыми путями они стремились ликвидировать подполье. Участились массовые аресты, облавы, обыски. Полицейские под видом партизан засылали в деревни  своих людей. Всех, кто гостеприимно встречал мнимых партизан, заносили в черные списки, а потом гестапо отправляло их в лагеря и расстреливало целыми семьями.   Тогда  ребята   обошли  ряд  деревень  и   посоветовали крестьянам при появлении подобных «партизан» сообщать в гестапо. Это спасло   жизнь   многим жителям.

Оставаться на своих квартирах подпольщикам становилось все опаснее. Было принято решение в начале сентября уйти в партизанский отряд. Но осуществить это намерение не удалось. Подпольщики стали жертвой предательства.

В скидельском полицейском участке начались кровавые допросы. Полицай Дурневский превзошел всех: избивая парней, он сломал себе руку. А комсомольцы молчали. Ни каленое железо, ни звезды, вырезанные на их спинах, не могли сломить волю ребят. Утром 8 сентября к полицейскому участку подъехали повозки. Избитых, окровавленных, попарносвязанных цепями подпольщиков сажали на подводы: предстоял путь в Гродно. Начальник скидельской полиции Ан Ошурко начал опасаться смерти допрашиваемых, а в Гродненском гестапо имелись специальные хирургические средства и специалисты  умевшие изощренно пытать  не доводя, в то же время, допрашиваемых до смерти или безумия. Пытали там месяцами, иногда подлечивая истязаемых.  В Гродненской тюрьме  гестапо  и  решило продлить допрос.
........
Какое-то время ехали молча. Иван Севрук  задумчиво посматривал на спины шедших с вожжами полицаев. Те, понимая,  что предстоит этим  почти детям, как будто одеревенели и ждали вечера, что бы с помощью самогона  погасить в себе все тяжкие мысли.  Федор Макарчук нашел силы и перевернулся к Ивану.
-Вань.
-Чего ?
- Куда нас везут ?
- Черт его знает, кажись не стрелять.
- Быстрей бы, - сказал со вздохом Федор.
Помолчали…
- Вань. А потом, когда покончат с фашизмом и капиталом , какая жизнь будет на Земле?
-Чего ?
- Я говорю, потом, при коммунизме, когда ни шкур, ни палачей,  ни других гадов не будет, когда и о нас забудут, какими люди будут ? Увидеть бы.
- Не знаю … Может, как товарищ Сталин или Павка Корчагин,- ответил Иван и посмотрел на своих качавшихся на подводах товарищей.
- Не… если они такими будут, то не должны забыть о нас…
Федор задумчиво смотрел на проплывающие мимо, на знакомые до боли  родные места  и на сердце становилось как-то светло и легче.
Мысли понесли его  далеко,  на восток, где дралась его родная Красная Армия. Вот и сейчас, как на утренней зорьке детства ,  оттуда  - из-за горизонта выплывало  солнце.  
……………
Новые пытки ни к чему не привели. Тогда гитлеровцы раскрыли   свой последний козырь. На очную ставку был вызван Горлачев — муж  сестры  Николая Деленковского, бывший младший техник-лейтенант. Спасая свою шкуру, он предал товарищей, стал тайным агентом гестапо. Николай, который прожил с Горлачевым под одной крышей не один месяц  был вызван на свидание с ним.  Когда, наконец,  дошло, что хочет от него Горлачев он  плюнул ему в физиономию. Сгусток крови повис у предателя на подбородке.
Задумка была такая - Горлачев должен был убеждать ребят, что другие их товарищи сломились и приняли сотрудничество с фашистами. Гестаповцы надеялись, что уж эта самая страшная - духовная пытка сломит комсомольцев.   Но и на этот раз расчеты немцев не оправдались.
Отчаявшись выбить из комсомольцев какие-либо связные показания, гестаповцы приняли решение расстрелять допрашиваемых.

13 сентября 1942 года на центральную площадь Скиделя, к виселице, согнали жителей города и окрестных деревень. На крышах ближайших домов и на перекрестках улиц были установлены пулеметы. Подъехала закрытая машина, за ней шесть грузовиков, набитых солдатами - опасались атаки партизан. Из машины стали выталкивать измученных пытками подпольщиков. И тут в тишине на всю площадь прозвенел юношеский голос:
— Да здравствует Красная Армия! Смерть фашистам!

Это Иван Севрук сказал свое последнее слово. За ним, точно эхо, повторили эти слова товарищи.  Иван посмотрел влажным глазом (другой был изуродован пытками)  на своих друзей – сердце его пело от счастья. Палачи не ждали, что у истерзанных людей найдутся силы для прощального слова. Торопясь, они стали выбивать доски из-под ног своих жертв. Веревки не выдержали Федю Макарчука и Колю Деленковского, оборвались. Их тут же отвезли за город и там расстреляли.


Написано по рассказу В. Верхося «Восем со Скидельщины»


http://9e-maya.ru/forum/index.php/topic,...l#msg16689
Ответ
#24
Толик из Дома Павлова

Толик из Дома Павлова Двадцать пятому защитнику тогда было одиннадцать...
«Этот  мальчик, Толик Курышов, с 28 сентября по 24 ноября находился со мной в  торцевом доме № 61 на площади 9 Января. Отражал атаки немцев. Считаю его  бойцом своего гарнизона и прошу содействия в спасении его жизни.  Гвардии сержант 3-го разведбатальона 42-го гв. пол­ка Я.Ф.Павлов».


[Изображение: 4-1.jpg]Авторы  нового документального фильма об обороне Сталинграда (сериал  производства США «Неизвестная война») утверждали, что в живых уже не  осталось ни одного из 24 защитников легендарного Дома Пав­лова, ставшего  осенью 1942 года неприступным бастионом на пути фашистских полчищ,  рвавшихся к Волге. Наш корреспондент разыскал в Комсомольске скромного  старика-коммуниста, который 11-летним пареньком героически сражался  вместе с павловцами. «А я-то жив»! – внес сенсационную поп­равку  78-летний комсомольчанин Анатолий Курышов. Однако ни разу за полвека не  напомнил документалистам о своем «недетском» подвиге.
РОКОВЫЕ КАНИКУЛЫ
...Он  мог бы стать, по сути, уникальным консультантом для создателей  исторических кинолент о Сталинграде, но сегодня Анатолию Николаевичу уже  физически трудно говорить о прошлом. Последствия контузии и осколочного  ранения горла, полученных 67 лет назад на берегу Волги, сдерживают  речь. Да и понятие «сенсация» явно чуждо его мировосприятию. Но память,  опираясь на кипу уцелевших документов, обгоревших записок со следами  крови и пожелтевших писем, постепенно, но четко восстанавливает  хронологию трех окровавленных месяцев в Доме Павлова.
...Летом 42-го  в деревне Тюхменево, что в глубинке Пензенской области, здоровых  мужиков почти не осталось. В первые же дни войны батя ушел добровольцем  на фронт. Толик, младший в большой семье, почти не видел и мать,  работавшую в колхозе от зари до зари. Окончившего 5 классов пацана,  «чтоб не болтался», посадили на проходящий поезд и отправили на каникулы  к тете в Сталинград. Доярка Курышова, ухаживая сутками за коровами,  имела, увы, смутное представление о положении на фронте. ...Позагорать  на песчаных отмелях мальчишке не пришлось. Город на глазах превращался в  единое военное укрепление.
С 20 по 23 августа Сталинград  содрогнулся от первых массированных бомбежек и вспыхнул. Среди мирного  населения, ринувшегося с пожитками к реке в надежде переправиться на  другой берег, оказался и оглохший от взрывов Толик. Только он пошел  против течения многотысячной толпы, чтобы узнать о судьбе семьи тети  Екатерины. На месте жилого дома полыхали руины. С неба продолжали падать  тонны смерти. Переправа через Волгу разрушена.
– Я побежал и юркнул в  уцелевшее здание городской мельницы недалеко от берега, – вспоминает  Анатолий Николаевич. – Кроме меня там укрылась многодетная семья дяди  Гриши и еще 10-летний мальчик Андрей. Вскоре мы убедились: фашисты  рядом. Автоматные очереди и взрывы не утихали. Притаившись в паровом  отсеке мелькомбината, я в течение 5 суток наблюдал, как фрицы выгоняют  на улицу уцелевших жителей, добивают раненых красноармейцев. Григорий,  честно поделив между нами остатки продуктов, предложил пробираться к  берегу. Мы с Андреем, несмотря на голод и жажду, не рискнули покинуть  укрытие. Затем я видел, как трое детей и дядя Гриша с супругой выбежали  из пролома к реке. Через несколько минут их подкосило очередями прямо на  наших глазах, их тела так и остались лежать на камнях. Немецкие  пулеметчики из окон соседнего дома вели перекрестный огонь, из-за  которого не были слышны даже вскрики смертельно раненных. Придавленные  ужасом смерти людей, деливших с нами последний хлеб, мы таились в  укрытии еще 3 дня... На рассвете голод выгнал моего маленького товарища  на улицу. Третьеклассника Андрея тут же убило одиночным выстрелом. Я  остался в здании мелькомбината один, ночью ел крапиву, разросшуюся у  фундамента...
ВСТРЕЧА С ПАВЛОВЫМ
На восьмой день  вторжения фашистов в Сталинград обессилевший мальчик метр за метром  проползал между обломками зданий в надежде встретить советских людей.  Вдруг его подхватила за шиворот чья-то рука и втащила в подвал дома. В  подземелье Толик услышал голос: «Я дед Захарыч. Тебе что, жить надоело?!  Здесь кругом немцы! Сиди тихо». Утром старик увидел на шее пацана  пионерский галстук и потребовал спрятать в груде мусора все «лишнее», не  то «неровен час – немцы сюда нагрянут...». Глаза постепенно привыкали к  темноте. Во мгле Толик рассмотрел еще двух мальчишек, а в дальнем углу  на полу – красноармейца с кровоточащей раной. Так началось существование  по адресу, который останется в истории нашей страны навсегда: площадь 9  Января, торцевая часть дома № 61...
– К беспрерывному грохоту боя  быстро привыкли, – стирает от волнения испарину со лба мой собеседник. –  Но опасения Захарыча были не напрасны. В подвал нагрянули серые  мундиры. К счастью, раненый боец за несколько часов до обыска успел  выбраться из подземелья в сторону наших позиций... Вскоре счет дням был  потерян. Редкие вылазки в соседние развалины за чем-нибудь съедобным не  утоляли хронический голод. Затем, в конце месяца, в проеме показалось  четверо вооруженных солдат. Старший представился: «Сержант Павлов. Мое  разведотделение – Черноголов, Александров и Глущенко. Вы тут тихо  сидите, а мы поработаем».
«Работа» вскоре была закончена. Анатолий  Николаевич запомнил, как за стеной рвались гранаты, молотили автоматы и с  криком вываливались немцы из оконных проемов 4-го этажа. Но вскоре  фрицы очухались и опять открыли по потерянному объекту шквальный огонь.  Именно с 27 сентября официально исчисляется период обороны Дома Павлова,  продолжавшейся 58 суток. До конца ноября перед глазами героических  бойцов и их малолетних соратников стоял кромешный ад. Никогда Толику  Курышову не забыть бесконечный плач ровесника Леши, которого привалило  рухнувшей стеной. Под сплошным градом вражеских пуль и в брызгах  смертельных осколков к умирающему в муках пареньку защитники дома в те  минуты так и не сумели добраться...
Сержант Яков Павлов с первых же  часов обороны начал превращать занятый дом в «крепость людей, не  ведающих страха». Об этом бастионе, который летописцы назвали  «сталинградским волнорезом на пути фашистов к переднему краю нашей  обороны», сказано, казалось бы, уже немало. Одна официальная  историческая статистика чего стоит: в боях за Париж гитлеровцы потеряли  живой силы в десятки раз меньше, чем при штурме здания на сталинградской  площади 9 Января. Но, судя по рассказу «последнего из павловцев» –  комсомольчанина Курышова, еще далеко не все героические эпизоды обороны  Дома Павлова стали достоянием послевоенных поколений и получили  адекватную оценку исследователей.
ПОДВИГ «ПО РАЗМЕРУ»
–  Стены от бесконечных выстрелов трещали по швам, но круговая оборона без  сна и перерыва продолжалась, хотя уже и трофейные боеприпасы были на  исходе, – продолжает Анатолий Николаевич. – По просьбе командира Павлова  я разыскал в доме раненого санинструктора Калинина и передал приказ:  добраться до штаба полка, доложить  полковнику Елину о взятии важного  объекта и передать ему просьбу о срочной поддержке. Но подкрепление  прибыло только через 3 дня беспрерывного боя. Фамилии большинства бойцов  этой легендарной интернациональной группы 42-го гвардейского полка 13-й  дивизии потом стали хорошо известны по фильмам и газетам. Я помню  многих из них. ...Александров, Мосиашвили, Афанасьев, Цумба, Довженко,  Мурзаев, Демченко, Степананошвили. И, конечно, чудом выжившая тогда  тройка героев – кавказец Гаря Хохолов, узбек Камолжан Тургунов и  пулеметчик с орловщины Илья Воронов, об огневом мастерстве которого  писали в своих мемуарах маршал Василий Иванович Чуйков и генерал  Александр Ильич Родимцев.
Увы, в широко известных книгах лишь  мельком упоминается Толик Курышов, заслуживший в 11 лет орден Красной  Звезды. Но достаточно привести в лаконичном газетном формате всего один  эпизод, чтобы осмыслить масштаб его явно недетского подвига. Сержант  Павлов, видя, как энергичный паренек рвется в бой, пытался сдерживать и  беречь ребенка, подносившего почти без сна и отдыха боеприпасы к  смертельным позициям. Но однажды Якову все же пришлось доверить ему  рискованное задание «по размеру» – пробраться через подвальное оконце по  разрушенной траншее к ближнему дому разведать на дистанции обстановку.  «Но в фашистское логово даже не заглядывай»! – предупредил командир.
–  Через канализационный люк я выбрался к соседнему зданию, – рассказывает  Анатолий Николаевич. – Но не удержался и пробрался в подъезд. В одной  из квартир первого этажа я схватил со стола папку с немецкими бумагами.  «Будет на чем после боя рисовать», – прикинул я в первый момент, так как  с малых лет художничал. Тут послышались шаги, чужая речь и я  выскользнул обратно, доставив Павлову трофей. Яков тогда сильно отругал  меня за инициативу, ведь задача была только осмотреться. Заглянув в  папку, Павлов задумался и ночью отправил меня и добытые документы в штаб  полка при сопровождении опытных разведчиков. Сержант давно пытался  обезопасить меня, убрать из-под огня, переправив в тыл. Вскоре я узнал,  какой ценности «листочки» попали мне в руки, а именно – план захвата  немцами одного из районов Сталинграда. Тогда же комполка полковник Елин  распорядился найти способ переправить меня живым через линию фронта.
Маленький  разведчик, подслушав разговоры командования, сбежал из штаба, спрятался  в руинах и на вырванном из старого журнала листке нацарапал огрызком  карандаша командиру письмо: «Дядя Яша! Если со мной что случится,  сообщите в мою деревню Тюхминево маме Елизавете Никитичне. Курышов».  Когда Толик благополучно вернулся до рассвета в дом-крепость на площади 9  Января, переволновавшийся  Павлов в сердцах влепил ему за  самоуправство увесистый подзатыльник. Продолжая вести огонь по  противнику, сержант с мальчишкой несколько часов не разговаривал. А  записка вместе с красным галстуком так и осталась лежать в руинах.
«УМРЕМ, НО ГАДОВ НЕ ПОДПУСТИМ!»
Силы  крошечного гарнизона Павлова к середине октября, казалось бы, иссякали.  Поддержки ждать уже не приходилось. Торцевая стена от обстрела полностью  рухнула, оголив прежнюю позицию. Израненные, изможденные солдаты между  боями пытались сделать в фундаменте подкоп, чтобы продолжать бой из  оконных проемов соседнего подъезда. Но лаз оказался слишком мал. И здесь  опять-таки, как констатировал потом сам Яков Павлов, «все решила  инициатива пионера Курышова». Мальчик, не сказав никому ни слова,  пробрался по узкому тоннелю в затопленный подвал и по пояс в холодной  воде расширял саперной лопаткой спасительное отверстие.
Остатки  группы благодаря Толику смогли сменить огневые позиции и продолжать  ожесточенный бой. В это время о переправе пацана в тыл речи уже не шло.  Павлов смирился с присутствием ребенка на огненном рубеже. Хотя  героический хлопчик, продрогнув в ледяном подземелье, окончательно  простыл. Пылая от внутреннего жара, продолжал сражаться вместе со всеми.  Лечиться было нечем и некогда. Наступила кульминация сталинградского  чистилища.
– Старался скрыть от всех свою болезнь, – признается мой  собеседник. – Ведь мою простуду нельзя было сравнить с состоянием  израненных защитников дома, державшихся за счет каких-то нечеловеческих  усилий воли. Пулеметчика Илью Воронова, как потом сообщили командованию  дивизии госпитальные хирурги, ранило... 30 раз! Как он жил и при этом  вел прицельный огонь, медики так и не могли понять. Форма его, помню,  была вся черно-бурого цвета. Передвигаться он уже не мог, но смотрел в  прицел и давил на гашетку. Я был рядом с ним, когда разрывная пуля  раздробила ему тазобедренную кость. Перед тем как потерять сознание, он,  словно захлебываясь, прорычал: «Тащи боеприпасы...» Но когда я подтянул  к пулемету коробку с патронами, Илья, как мне показалось, уже не дышал.  Используя затишье в одном из секторов обстрела, несколько немцев успели  добраться до подоконника. Вдруг Воронов резко дернулся, выхватил у меня  из рук гранату, вырвал чеку и последним усилием воли бросил лимонку в  проем. Через мгновение рядом за стеной грохнул взрыв. Судя по крикам,  часть фрицев осталась жива, а наш пулеметчик снова сник. Я пытался  выдернуть чеку и прижался к умирающему. Точно помню, как он шептал:  «Погибнем, но гадов не подпустим...» Еще бы мгновение – и мы взорвались  бы вместе с врагами. Но буквально в эту секунду по противнику открыла  огонь прорвавшаяся к нам группа автоматчиков во главе с лейтенантом  Афанасьевым. Перед тем как впасть в забытье, Воронов успел вставить чеку  на место. Отбив натиск немцев, товарищи перетащили пулеметчика в  медсанбат. После ампутации ноги и длительной серии сложных операций Илья  Васильевич прожил в родном селе Шаблыкино на Орловщине до конца 2005  года.
ВСПОМНИТЬ ВСЕ
Жар и распухшее горло не  помешали Толику продолжать защищать вместе с легендарным сержантом  дом-крепость почти до полного разгрома немцев на Волге. В один из  последних дней Сталинградской битвы Курышов пробирался в соседний  подъезд по заданию командира. Вдруг пацаненка пронзила нестерпимая  боль, и время для него будто остановилось. Как вспоминал потом сам  Павлов, «ударной волной мальчишку отбросило от места взрыва. Он  распростерся. Я кричал, кусал руку, но ничего сразу же не мог для него  сделать. Казалось, что озверевшие фашисты напоследок решили вылить на  окрестности весь оставшийся запас свинца».
Под прикрытием всех  огневых средств   11-летнего солдата в бессознательном состоянии все же  удалось втащить в укрытие. Осколок врезался в голову пионера,  отполосовал ухо, тяжелая контузия сковала мышцы лица. Тогда Павлов вслух  подумал, что потерял Курышова навсегда. Но несколько оставшихся в живых  солдат, рискуя жизнями, донесли Толика до палатки фронтового лазарета.  ...Врачи резали вдоль и поперек окаменевший от гари и крови  несоразмерный бушлат, прилипший к изувеченному худенькому тельцу, но  сохранили найденную в кармане записку: «Этот мальчик, Толик Курышов, с  28 сентября по 24 ноября находился со мной в торцевом доме № 61 на  площади 9 Января. Отражал атаки немцев. Считаю его бойцом своего  гарнизона и прошу содействия в спасении его жизни. Гвардии сержант 3-го  разведбатальона 42-го гв. пол­ка Я.Ф.Павлов».
Затем был санитарный  поезд до Пензы. Таких составов мчалось в тыловые госпитали с Волги в те  дни немало. Однако мать Толика Елизавета Никитична, отпрашиваясь у  председателя колхоза после круглосуточных отработок, встречала тогда на  станции Кузнецка все без исключения поезда со стороны Сталинграда,  расспрашивая медсестер о сыне. В одном из вагонов, прибывшем на  платформу морозным утром в конце 42-го, находились сразу три  тяжелораненых мальчика. Лицо одного из них, лежавшего на нижней полке  без сознания, скрывала сплошная повязка. Мать приподняла одеяло и  окаменела. Наколка «Толя», сделанная когда-то по глупости его старшим  братом на руке, вместе с запиской от героя Сталинграда Павлова явилась  прямым доказательством для начальника поезда, которого мать молила  выдать сына для выздоровления в стенах родного дома. Опытный пожилой  офицер, не зараженный бациллой бюрократизма, сделал опасное для здоровья  раненого и собственной карьеры исключение...
Маленький боец через  несколько дней пришел в себя. Детский организм, поддержанный парным  молоком, начал крепнуть. Но все близкие и друзья вскоре поняли: Толик  потерял память. Амнезия на фоне пережитого многодневного шока  прогрессировала. Он называл себя Лешей (имя погибшего на глазах  ровесника). И никто поначалу даже не знал подробностей его подвига в  Сталинграде. Отец, вернувшись в 1945 году с фронта, призадумался, когда  увидел записку, подписанную самим героем Павловым. Но проверить ее  подлинность через высшие военные инстанции в то тяжелое время тюхменевцы  даже не попытались.
Однажды, катаясь на самодельных коньках, «Леша»  с размаху ударился затылком об лед. И в тот же вечер Толик вспомнил  все. Такие подробности, как решили сельские фронтовики, просто не могут  быть вымыслом. Но земляки только подивились, да оставили прошлое в  покое.
Ответ
#25
Марголин – Человек и пистолет

[Изображение: 61.jpg]


Иду по залам Центрального спортивно-стрелкового клуба РОСТО и… делаю для себя открытия. За долгие годы своего существования ЦССК стал местом работы не только лучших тренеров страны, но и знаменитых оружейных мастеров. Надолго задерживаюсь у стенда, посвященного Михаилу Марголину. Почти каждый из нас слышал о нем. Многие знают, что он золотыми буквами вписал свое имя в историю стрелкового спорта СССР и ДОСААФ, создав блестящую серию спортивных пистолетов. Читаю скупые строки о том, что Марголин разработал и воплотил на практике выдающиеся модели по сути в одиночку, будучи слепым.
    ДА, Михаил Владимирович шел к созданию «Марголина» и сконструировал его слепым. Он потерял зрение в середине 1920-х годов после тяжелого ранения при ликвидации одной из бандитских шаек в Абхазии. Тяжелое увечье не отняло у Марголина любви к оружию, умения владеть винтовкой, пистолетом, пулеметом.
    Что имел за плечами восемнадцатилетний чоновец, когда в 1924-м, после ранения, был подчистую списан из армии? Несколько классов гимназии. Опыт работы конюхом, помощником шофера, матросом на шхуне. Прошел Всеобуч. Воевал пулеметчиком, дорос до командира взвода и сам обучал чоновцев стрельбе из ручного пулемета «Льюиса».
    И вот тяжелейший удар. Случайная пуля во время схватки с бандитами, от которой Михаил ослеп полностью на два глаза. Ослеп бесповоротно, и для молодого парня это было хуже смерти. Он считал, что жизнь осталась, но сам-то он вычеркнут из этой жизни. На что она теперь ему, лишенная смысла, ярких тонов и планов? Кому нужно прозябание?
    Друзья пробуют помочь, собирают деньги на лечение. В Москве в самой известной на то время Алексеевской глазной клинике специалисты выносят беспощадный приговор. Потом были инвалидный распределитель и направление в Киев. Комиссия решила «в целях разгрузки Москвы» отправить Марголина по месту рождения. Михаил действительно родился в Киеве в январе 1906 года, но не жил там, если не считать двух лет во время Гражданской войны.
    «В Киеве мне помогли высадиться из вагона, - вспоминал позже Михаил Владимирович. - Поезд, громыхнув буферами, тронулся дальше, а я остался на платформе один, среди чужих людей. Раздумывать было нечего. Киевский вокзал я помнил хорошо, как, впрочем, и сам город, с которым связано много воспоминаний».
    Вскоре он был уже в горисполкоме. Михаил поразился тому, как ловко добрался туда, а еще более восхитился собой, когда самостоятельно нашел инвалидный городок (тот находился в Киево-Печерской лавре), куда его устроили. Летом 1925-го ему предлагают отправиться в Харьков на курсы массажа и врачебной гимнастики при Наркомате социального обеспечения. Михаил соглашается без раздумий, хотя не имел понятия, что это за штука – массаж, медицина его никогда не увлекала. И вот курсы массажистов позади, впереди - работа. Полтора года «новой» жизни снимают мучительные сомнения. Приходит вера в свои силы, Михаил понимает, что и такой, какой есть, он нужен людям. Казалось бы, трудись спокойно и живи в крупном городе. Но неуемной душе будущего конструктора этого оказывается мало. Чувство, что жизнь идет мимо, а ты остаешься на обочине, не проходило.
    В 1926 году Марголин перебирается в Москву, где уже поселилась его семья. И с головой окунается в общественную работу. По его инициативе и при поддержке оргбюро Осоавиахима в Центральном доме комсомола организуется военный кабинет, начальником которого его самого и назначили. Марголин проводит там занятия, военные игры. С открытыми, но незрячими глазами учит разбирать и собирать находившиеся на вооружении Красной Армии средства индивидуальной защиты, стрелковое оружие.
    Вскоре Михаила избирают в состав Замоскворецкого районного оргбюро Осоавиахима в качестве представителя райкома комсомола. С тех пор и началась для будущего оружейника официальная работа в оборонной организации.
    7 ноября 1928 года Михаил Марголин идет во главе комсомольского батальона Замоскворечья по Красной площади, проводит роты, ни разу не сбившись, парадным маршем. Представьте себе такое, уважаемый читатель!
    Вспоминая то время, Михаил Владимирович обмолвился однажды, что не представлял бы себя военным организатором, если бы сам не разбирался в военной технике и оружии. Правомерен вопрос: как же Марголин, слепой, изучал оружие и военную технику? Зрение пропало, но оставалось осязание, которым ему приходилось, насколько возможно, компенсировать утрату. Он не мог похвастаться тонким осязанием, каким обладают люди, ослепшие с детства. Но у него было другое свойство, помогавшее быстро и основательно познавать попадавшее в руки оружие, - сильное зрительное воображение и зрительная память.
    Просто подержать в руках пулемет Дегтярева, конечно, интересно, но это никак не могло удовлетворить его жадного стремления постичь новую систему полностью. И он с помощью друзей разбирает пулемет до последнего винтика, скрупулезно исследует пальцами узлы и механизмы, прослеживает их работу, а затем собирает пулемет. Все это Марголин проделывает до тех пор, пока не запоминает всех тонкостей так, как если бы он рассматривал оружие зрячими глазами.
    «Как удалось справляться с такой нагрузкой? – рассуждал на склоне своих лет Михаил Владимирович. – Иные ищут ответа в какой-то «одаренности». Дело вовсе не в этом. Передо мной была совершенно ясная и отвечающая моим убеждениям, моему мировоззрению цель, и я со всей силой, со всем упорством добивался ее осуществления. Цель была в том, чтобы принести больше пользы Родине на конкретном участке - в оборонной работе.
    Несчастье помешало мне стать красным командиром. Но если не мог быть в рядах славной Красной Армии, то можно принести пользу на работе в комсомоле, в Осоавиахиме, работать и жить в полную мощь человеческих сил, не допуская ни малейшей скидки на инвалидность».
    Однажды при встрече с комбригом Александром Смирнским речь зашла о стрелковом спорте. Михаил говорил, что делу мешает отсутствие спортивного оружия и патронов к нему.
    - Видите ли, друзья, - сказал Смирнский, - у нас доброго наследства в этой области в Отечестве нет. Для массового спорта надо иметь малокалиберное оружие - огнестрельное и духовое. Нужно, правда, и боевое типа снайперской винтовки, но ведь и ее нет.
    - Что же делать?
    - Создавать. Не боги горшки обжигают. И кто сказал, что у нас нет своих талантов? А Федоров, Токарев, Дегтярев, Коровин, Мосин? Наконец, в Туле Дмитрий Михайлович Кочетов над малокалиберной винтовкой колдует, скоро увидите ее. Как знать, кто еще пойдет по тому пути, может быть, вы или ваши товарищи…
    - Что вы, Александр Александрович! Куда нам, малярам, а мне без зрения, - тем более, - отшутился Марголин.
    - Вопрос серьезный, но не зарекайтесь. Вспомните Эйлера, слепой, а какой был математик…
    Слова комбрига Смирнского стали для Михаила пророческими. Конструкторская работа, стрелковое оружие становятся смыслом его жизни, самой жизнью.
    «Много сил и изобретательности уходило на то, чтобы найти способ объясняться с чертежниками и рабочими, - вспоминал Михаил Марголин. - Словами трудно, а иной раз вообще невозможно рассказать об устройстве, о принципе действия задуманного механизма, особенно если техническая идея нова и непривычна. Вначале я пользовался скульптурным способом. Лепил детали, целые узлы, модели и макеты из пластилина, позднее - из воска. Однако этот способ меня не удовлетворял, и я перешел к моделированию из дерева, металла, пластмассы, словом, из таких материалов, которые позволяли и передать изображение, и демонстрировать механизм в действии».
    Михаил Марголин вместе с работником Осоавиахима Захарьевым едет на завод к знаменитому оружейнику Василию Дегтяреву, трудится там несколько месяцев. Рождается новый образец оружия.
    Это была малокалиберная самозарядная винтовка. Получилась она настолько удачной, что, по заключению специалистов полигона, на ней можно было испытывать качество патронов, включая и иностранные. Но судьба ее складывается несчастливо. Хвалили все, а брать никто не хотел. Некоторые эксперты считали, что самозарядная, тем более автоматическая, винтовка для спорта ни к чему, приведет только к излишнему расходу патронов. Так и пролежала она до самой войны среди экспонатов выставки осоавиахимовской испытательной стрелковой станции в Вешняках под Москвой. А тем временем появились более простые и дешевые системы малокалиберных самозарядных винтовок.
    Михаил не отчаивается. Работая в цехах Центральных экспериментальных мастерских Осоавиахима, он создает четыре свои малокалиберные системы: самозарядный малокалиберный пистолет, однозарядный тренировочный пистолет калибра 4,5 мм, малокалиберный образец пулемета Дегтярева для обучения стрельбе без расходования боевых патронов и тировый карабин.
    Современники Михаила Владимировича поражались его мужеству, силе воли, результативности. И еще одним восхищал слепой конструктор. Он научился стрелять на звук.
    «Вспоминая Михаила Владимировича Марголина, - отмечает выдающийся конструктор ХХ века Михаил Калашников, - я думаю, какой же силой воли, страстностью и преданностью делу надо обладать, чтобы переступить через «не могу» и заниматься работой, выполнять такие обязанности, взваливать на себя такой груз ответственности, какой не всякому зрячему по плечу! Марголин почти никогда не рассказывал о том, сколько неудач довелось ему пережить на тернистом пути конструирования, сколько обидного недоверия пришлось перенести от чинуш, отвергавших саму возможность слепого изобретателя творить, созидать».
    В Великую Отечественную заниматься спортивным оружием Михаилу Марголину приходится урывками. Он - начальник ПВО жилого сектора. Воздушные тревоги начались во второй половине июля 1941-го. Однажды к столице прорвались несколько немецких бомбардировщиков. В бомбоубежище собрались 120 человек, в том числе жена Михаила с трехлетним сынишкой Сережей. И вот две фугаски попадают в соседний дом, начинается пожар. Марголин выводит людей в безопасное место и организует тушение пожара. После эвакуации в Сибирь он работает на военной базе, на заводе и, наконец, в конструкторском бюро артиллерийского арсенала. Его главный подвиг был впереди.
    ПОСЛЕ войны Михаил продолжает творить спортивное оружие. Он твердо решает: пора кончать с переделочными конструкциями. И ставит перед собой задачу – создать простой, удобный в обращении пистолет с высокой кучностью боя.
    Опять – напряженная работа. Механизм и ствол, подача патронов и сам выстрел получились, как задумано. А вот прицел?
    Михаила осенило в трамвае, когда он ехал на работу. Вдруг в голове с поразительной ясностью возникла совершенно готовая и собранная система. Все основание и сам прицел с механизмом горизонтальных поправок. Даже размеры, все мельчайшие подробности. Марголин еле дождался остановки. Вдруг схема исчезнет из памяти? Чуть не бегом помчался в экспериментальный цех. Ему повезло. Свободным оказался хороший слесарь – Евгений Федоров. Вскоре пистолет был готов. Прицел был установлен на основание, намертво закреплен на рамке пистолета, по которой свободно двигался затвор. Заводские шутники прозвали это основание прицела «красными воротами», потому что под ним ходит открытый затвор, ни за что не задевая.
    Через несколько дней пистолет был испытан в тире, кучность удовлетворила стреляющих. И он «пошел по рукам». Начальник Главного артиллерийского управления генерал-полковник И.И. Волкотрубенко, держа новую модель в руках, сказал: «Поймал-таки жар-птицу Марголин!» Вот утверждены технические требования к спортивному пистолету, заказ отправлен на завод – в Ижевск.
    Первая опытная партия – пять экземпляров – была готова в самом конце 1947 года и успешно прошла заводские и полигонные испытания. Пистолет получил официальное наименование самозарядного спортивного пистолета калибра 5,6 мм конструкции Марголина. Это произошло осенью 1948 года. Тогда же Михаил Владимирович получил авторское свидетельство. Десятилетия выпускалась выдающаяся модель.
    СПРАВКА. «Марголин МЦ» – самозарядный спортивный пистолет. Общая длина – 310 мм. Ствол – нарезной, 160 мм. Калибр – 5,6 мм. Масса без патронов – 1.180 г. Патрон - 22ЛР. Магазин сменный, коробчатый, на 6 патронов.
    С 1949-го все чаще стали говорить: «Стрелял из Марголина». Самого Михаила Владимировича коробило это выражение, но вскоре он к этому привык. Стало так: Марголин – это человек и пистолет.
    А оружейник продолжает творить. Он конструирует матчевый малокалиберный пистолет. Правда, провозился с моделью долго, и его опережает один из друзей – Ефим Хайдуров, заканчивавший тогда Бауманский институт. Его ТОЗ-35 сегодня широко известен в спортивном мире. Получив под начало небольшое конструкторское бюро в Тушино при научно-исследовательской стрелковой станции ДОСААФ, Михаил осуществляет несколько интересных работ. Создает однозарядный пистолет «Заря» для начинающих. Впрочем, на нем тренировались многие спортсмены-разрядники. А затем из-под его рук выходит духовой пистолет. МГ-60 много лет «работал» в различных тирах.
    Прошло время, и Михаил Владимирович с женой Кирой Ивановной справили в семейном кругу десятилетие спортивного «Марголина». А вскоре славный юбилей отпраздновали еще раз – на первенстве мира по стрельбе, которое проводилось осенью 1958 года в Москве. Марголин впервые присутствовал на столь крупном соревновании, и чувство сопричастности было особенно острым.
    На чемпионат собрались сильнейшие спортсмены планеты. Вот переводчик представляет Марголину чемпиона США Гарольда Беннера. Тот просит оценить пистолет, из которого ему предстоит стрелять.
    - Изготовлен прекрасно, - говорит Михаил Владимирович, - но система, по-моему, не очень хороша, пожалуй, устарела. В сущности это тоже «Кольт», немного модернизированный, и он от этого не выиграл… Мы этого уже давно не делаем… И все же пожелаю вам успеха.
    Стрельбы подтвердили правоту Марголина. Лучших результатов добились советские спортсмены – Александр Крапотин и Александр Забелин.
    ВРЕМЯ неумолимо… Нет в живых легендарного конструктора, но имя его так же популярно, как и при жизни. Впрочем, может ли быть по-другому?!
    Спортивный малокалиберный пистолет Марголина калибра 5,6 мм с 60-х годов является классическим для спортивной работы в секциях как с начинающими, так и для участия во всесоюзных, всероссийских и международных соревнованиях. Модели МЦ-М и МЦ-У предназначены для подготовки и выполнения упражнений на 35 метров по мишеням с черным кругом и по появляющимся мишеням. Ведущие спортсмены СССР и России несколько десятилетий неоднократно успешно защищали честь нашей страны, выполняя упражнения из этих моделей, и устанавливали рекорды РСФСР, СССР, Европы и мира в упражнениях МП-5, МП-8, МП-10.
    - Со временем появлялись многие прекрасные модели – и в нашей стране, и за рубежом, но ни одна из них не могла сравниться с простотой и надежностью конструкции, - говорит представитель ЦССК РОСТО Нина Пытлова. - Даже в наше время нет более простого и надежного пистолета. Он надежен благодаря тому, что состоит из минимального количества деталей. В настоящее время пистолеты Марголина используют в начальной подготовке во всех спортивно-стрелковых клубах РОСТО.
    МАРГОЛИН… Сегодня это слово олицетворяет и выдающегося конструктора, и выдающуюся модель спортивного пистолета. А еще мужество, силу духа, постоянную нацеленность на решение сверхзадач. Когда вы, уважаемый читатель, услышите фразу: «Я стрелял из Марголина», вспомните человека-бойца, вспомните талантливейшего оружейника-подвижника, вспомните Соотечественника с большой буквы.

Анатолий ДОКУЧАЕВ.
(С) http://www.redstar.ru/2003/04/26_04/6_05.html
Ответ
#26
29   МАРТА   1942г.                                                                                     №88   (8859).
П Р А В Д А

[Изображение: _______________149.jpg]

       ЧЕТВЕРО БЕССТРАШНЫХ
       Батальонный комиссар А. ГУСЕВ.
       КАЛИНИНСКИЙ ФРОНТ, 28 марта. (По телеграфу). Ночь темным покрывалом окутала землю. Свирепствовала снежная метель. В нескольких шагах не увидишь человека. На одной из огневых точек боевого охранения подразделения, где командиром тов. Лапшин, в эту ночь находились красноармейцы Егошин, Колиниченко и Белин во главе с сержантом Елькиным. Пользуясь темнотой и пургой, усиленный взвод немцев сумел пробраться в расположение боевого охранения и повел атаку против огневой точки тов. Елькина.
       Фашисты двигались двумя группами: одна шла с левого фланга, ведя интенсивный автоматный и ружейно-пулеметный огонь, другая ползла с правого фланга молча. Второй группе фашистов удалось подобраться вплотную к нашей огневой точке. Немцы пустили в ход гранату. Но тройка непартийных большевиков, славных и отважных сынов нашей родины, возглавляемая коммунистом Елькиным, не дрогнула, не отступила, не отдала свой рубеж. Несмотря на численное превосходство врага, презирая смерть, храбрецы бесстрашно ринулись в штыковую контратаку.
       Они сражались до последнего дыхания, но не пропустили врага, не дали ему закрепиться, сдерживали натиск озверелого врага до подхода подкрепления. Отважно дрался сержант Елькин. Получив штыковую рану, он продолжал сражаться, воодушевляя остальных. Лишь очередь фашистского автомата оборвала жизнь храбреца. Заметив приближающееся подкрепление, фашисты, не приняв штыкового боя, удрали восвояси.
       Об ожесточенности неравного боя четверых против шестидесяти свидетельствуют следы сражения вокруг огневой точки. На большом расстоянии снег утоптан и залит кровью, в направлении к переднему краю вражеской обороны тянутся четыре кровавых тропы, по которым фашисты, отступая, утащили своих убитых и раненых солдат. Четверо бесстрашных советских воинов с честью выполнили свой долг перед родиной. Народ не забудет их имен.
Ответ
#27
Иван Сусанин

[Изображение: p47_shalyapinvroliivanasusanina.jpg]

… Предателя, мнили, во мне вы нашли;

Их нет и не будет на Русской земли!

В ней каждый отчизну с младенчества любит

И душу изменой свою не погубит.

«Злодей! — закричали враги, закипев, —

Умрешь под мечами» — «Не страшен ваш гнев!

Кто русский по сердцу, тот бодро и смело,

И радостно гибнет за правое дело!..
Одна смерть за Идею - гораздо меньший подвиг, чем ежедневная победа над своей ленью и упорный долгий труд ей во благо.
Ответ
#28
"...Это было поздней осенью 1943 года.

[Изображение: ShilinAfanPet.jpg]

Тяжелые холодные волны еще не замерзшего Днепра глухо бились о берег.
На правом берегу реки сидели немцы, левый уже был нашим. Фашисты долго и упорно готовили оборону на Днепре. На весь мир они кричали о неприступности "днепровского вала"..."

Так начинается фронтовая листовка, посвященная боевой доблести Афанасия Петровича Шилина.
Накануне боя гвардии лейтенант Шилин находился на западной окраине Запорожья, близ взорванного фашистами Днепрогэса. С наблюдательного пункта, расположенного на верхнем этаже; большого кирпичного здания, он рассматривал в стереотрубу остров Хортица. Когда-то на этом острове собирались русские войска для похода на половцев, позднее тут стояли полки Богдана Хмельницкого.

Сейчас на острове хозяйничали фашисты - и те, что десять дней назад были вышвырнуты из Запорожья, и те, которые только что прибыли с запада. В стереотрубу отчетливо видны были извилистые линии траншей, доты и дзоты с темными глазницами обращенных к реке амбразур, открытые пулеметные площадки, наблюдательные пункты, позиции минометных батарей. Все это давно уже было нанесено на схему, пристреляно батареями полка, но Шилин еще и еще раз перепроверял достоверность разведывательных данных, заботясь о том, чтобы во время артиллерийской подготовки снаряды нашей артиллерии легли точно по обнаруженным им целям.

Над Днепром опустилась ночь. Ночь на 27 октября 1943 года. Немцы на Хортице нервничали. Десятки ракет взлетали в небо, освещая берег. Время от времени по черной, как смола, поверхности Днепра скользил мощный луч прожектора.

Батальон капитана Колесникова стал форсировать реку первым. Он должен был захватить плацдарм на острове и обеспечить переправу основных сил полка.

Вскоре ударили немецкие батареи. От взрывов снарядов и мин Днепр бурлил. Лодку Шилина взрывной волной бросало из стороны в сторону. От пулевых пробоин в борту появилась течь. Разведчики вычерпывали воду касками, стали грести еще сильнее. Метрах в десяти от берега лодку осветил прожектор. Мины теперь стали падать совсем рядом. К счастью, было неглубоко, и бойцы, выпрыгнув из лодки, благополучно добрались до песчаной косы.
Вместе с пехотинцами Шилин устремился на врага. Автоматным огнем и ручными гранатами он уложил семь фашистов и первым ворвался в траншею.

Через некоторое время немцы оправились от замешательства и предприняли контратаку. Особенно сильный огонь вели крупнокалиберные пулеметы противника. Шилин вызвал огонь своей батареи, а затем и всего дивизиона и одну за другой погасил огневые точки фашистов.

Наступила короткая пауза. Пехотинцы Колесникова окапывались на захваченном плацдарме. Шилин в это время произвел пристрелку рубежей заградительного огня на наиболее вероятных направлениях вражеских контратак.

На рассвете противник открыл по плацдарму яростный огонь из всех видов оружия. Полчаса били артиллерия и минометы, затем сбросили бомбы "юнкерсы". Все вокруг окуталось дымом и пылью. Гитлеровцам казалось, что ничего живого уже не осталось на нашем маленьком клочке заднепровской земли.

Уверенные в этом, фашисты густыми цепями пошли в атаку. Но, как только гитлеровцы вышли на косогор, на них обрушился мощный огонь нашей артиллерии. По команде Шилина батарейные залпы ложились в самую гущу врагов. Гитлеровцы не выдержали массированного огня и побежали обратно. Но и Шилин остался без связи: в самый последний момент разорвавшимся вблизи снарядом была выведена из строя радиостанция.

Пользуясь затишьем, отважный офицер переправился на левый берег реки и вскоре возвратился на плацдарм с новой радиостанцией, протянув через Днепр и телефонную связь. Он прибыл на остров вовремя: гитлеровцы предприняли очередную контратаку. И вновь по командам Шилина гремели залпы наших орудий. Во время десятой контратаки противника телефонная связь с батареями прервалась, и гитлеровцам удалось вплотную подойти к нашим позициям, а затем окружить наблюдательный пункт артиллеристов. Шилин по радио вызвал огонь дивизиона на себя, а затем повел разведчиков, связистов и пехотинцев в решительную контратаку. Ручными гранатами он лично уничтожил два пулемета и четырех гитлеровцев. В короткой рукопашной схватке враг был разгромлен.

В течение дня Шилин отразил тринадцать вражеских контратак. Горстка израненных и контуженых гвардейцев держала плацдарм до подхода наших подкреплений.

После подвига на Днепре Афанасий Шилин продолжал со своим полком путь на запад. Позади остались Ингулец, Южный Буг, Днестр. В конце 1944 года гвардейцев перебросили с юга на другое направление - на Магнушевский плацдарм под Варшаву. В то время Шилин был уже старшим лейтенантом, начальником разведки артиллерийского дивизиона. За его плечами был боевой опыт. На его груди сияла Золотая Звезда Героя Советского Союза. О нем знал весь фронт. О подвигах своего земляка узнали и в с. Петропавловке. Оттуда пришло письмо. Колхозники писали: "Горячо поздравляем тебя, Афанасий Петрович, с высокой наградой. Мы уверены, что ты будешь бить фашистов еще крепче, что твоя слава станет еще громче. Счастливого пути тебе на запад, дорогой земляк!"

В это время полк готовился к Висло-Одерской наступательной операции. Работы у разведчиков было хоть отбавляй. Шилин выбрал передовой наблюдательный пункт на линии переднего края, под самым носом у противника, и оттуда в течение шестнадцати суток вел разведку вражеской обороны. Точные данные, добытые Шилиным, помогли нашей артиллерии в период артиллерийской подготовки разрушить оборонительные сооружения первой позиции и подавить батареи противника. Пехота почти без потерь преодолела главную полосу обороны и начала преследование отступавшего врага. Шилин со своими разведчиками двигался с батальоном майора Мажирина. Он своевременно нацеливал батареи на уничтожение огневых точек, мешавших продвижению нашей пехоты.

Утром 15 января у села Дуцка Воля гитлеровцы бросили в контратаку свежий батальон пехоты с шестью самоходками. Шилин вызвал огонь дивизиона и умело корректировал его до тех пор, пока контратака фашистов не была отражена.

В этот день передовые отряды 5-й ударной армии вышли к Пилице. Батальону Мажирина путь к реке преградили гитлеровцы, засевшие в селе Буды Брантковске. Враг превратил это село в мощный узел сопротивления. Шилин вместе с пехотой пошел в атаку. В это время по нашим цепям из хорошо замаскированного дзота ударил вражеский пулемет. Шилин пополз к дзоту и бросил в амбразуру связку гранат. Раздался глухой взрыв, и дзот замолчал. Пехота ворвалась в село и на плечах разгромленного противника форсировала Пилицу. Но Афанасий Шилин не видел смелой гвардейской атаки, не слышал громкого русского "ура!". Он лежал перед взорванным им дзотом без сознания.

Через несколько месяцев, оправившись от тяжелой раны, Шилин вернулся в строй.
Ответ
#29
Есть женщины в русских селеньях...

[Изображение: 24767.jpg]

История подвига Зои Космодемьянской еще с военной поры является по сути дела хрестоматийной. Как говорится, об этом писано-переписано. Тем не менее в прессе, а в последнее время и в Интернете, нет-нет да и появится какое-нибудь «откровение» современного историка: Зоя Космодемьянская была не защитницей Отечества, а поджигательницей, которая уничтожала подмосковные деревни, обрекая местное население на гибель в лютые морозы. Поэтому, мол, жители Петрищево её сами схватили и предали в руки оккупационных властей. А когда девушку привели на казнь, крестьяне якобы даже проклинали её.

«Секретная» миссия

Ложь редко возникает на пустом месте, её питательная среда — всяческие «секреты» и недомолвки официальных трактовок событий. Некоторые обстоятельства подвига Зои были засекречены, а из-за этого и несколько искажены с самого начала. До недавних пор в официальных версиях не было даже чётко определено, кем она была, что конкретно делала в Петрищево. Зою называли то московской комсомолкой, отправившейся в тыл врага мстить, то партизанкой-разведчицей, схваченной в Перищево при выполнении боевого задания.

Нет так давно я познакомился ветераном фронтовой разведки Александрой Потаповной Федулиной, которая хорошо знала Зою. Старая разведчица рассказала:

- Зоя Космодемьянская никакой партизанкой не была. Она являлась красноармейцем диверсионной бригады, которой руководил легендарный Артур Карлович Спрогис. В июне 1941 года он сформировал особую воинскую часть № 9903 для проведения диверсионных действий в тылу вражеских войск. Её основу составили добровольцы из комсомольских организаций Москвы и Подмосковья, а командный состав набран из слушателей Военной академии имени Фрунзе. Во время битвы под Москвой в этой воинской части разведотдела Западного фронта было подготовлено 50 боевых групп и отрядов.

Всего за сентябрь 1941- февраль 1942 года ими было совершено 89 проникновений в тыл противника, уничтожено 3500 немецких солдат и офицеров, ликвидировано 36 предателей, взорвано 13 цистерн с горючим, 14 танков. В октябре 1941 года мы учились в одной группе с Зоей Космодемьянской в разведшколе бригады. Потом вместе ходили в тыл врага на спецзадания. В ноябре 1941 года я была ранена, а когда вернулась из госпиталя, узнала трагическую весть о мученической смерти Зои.

«СП»: - Почему же о том, что Зоя являлась бойцом действующей армии, долгое время умалчивалось? - поинтересовался я у Федулиной.

- Потому что были засекречены документы, определявшие поле деятельности, в частности, бригады Спрогиса.

Позже мне довелось ознакомиться с не так давно рассекреченным приказом Ставки ВГК № 0428 от 17 ноября 1941 года, подписанным Сталиным. Цитирую: Необходимо «лишить германскую армию возможности располагаться в сёлах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населённых пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и тёплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом.

Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40—60 км в глубину от переднего края и на 20—30 км вправо и влево от дорог. Для уничтожения населённых пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами. При вынужденном отходе наших частей... уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населённые пункты, чтобы противник не мог их использовать».

Что произошло в Петрищево

В ночь с 21 на 22 ноября 1941 года Зоя Космодемьянская перешла линию фронта в составе специальной диверсионно-разведывательной группы из 10 человек. Уже на оккупированной территории бойцы в глубине леса напоролись на вражеский патруль. Кто-то погиб, кто-то, проявив малодушие, повернул назад и лишь трое – командир группы Борис Крайнов, Зоя Космодемьянская и комсорг разведшколы Василий Клубков продолжили движение по ранее определённому маршруту. В ночь с 27 на 28 ноября они достигли деревни Петрищево, где, помимо других военных объектов гитлеровцев, предстояло уничтожить тщательно замаскированный под конюшню полевой пункт радио- и радиотехнической разведки.

Старший, Борис Крайнов, распределил роли: Зоя Космодемьянская проникает в южную часть деревни и бутылками с зажигательной смесью уничтожает дома, где квартируют немцы, сам Борис Крайнов – в центральную часть, где разместился штаб, а Василий Клубков – в северную. Зоя Космодемьянская успешно выполнила боевое задание - бутылками «КС» уничтожила два дома и вражеский автомобиль. Однако при возвращении обратно в лес, когда она уже была далеко от места диверсии, её заметил местный староста Свиридов. Он вызвал фашистов. И Зоя была арестована. Свиридову благодарные оккупанты налили стакан водки, как об этом рассказали после освобождения Петрищево местные жители.

Зою долго и зверски пытали, но она не выдала никакой информации ни о бригаде, ни о том, где должны ждать её товарищи.

Однако вскоре фашисты захватили Василия Клубкова. Он проявил малодушие и всё, что знал, рассказал. Борис Крайнов чудом успел уйти в лес.

Предатели

Впроследствии Клубкова фашистские разведчики перевербовали и с «легендой» о побеге из плена отправили назад в бригаду Спрогиса. Но его быстро разоблачили. На допросе Клубков рассказал о подвиге Зои.

Из протокола допроса от 11 - 12 марта 1942 года:

«- Уточните обстоятельства, при которых вы попали в плен?

- Подойдя к определённому мне дому, я разбил бутылку с «КС» и бросил ее, но она не загорелась. В это время я увидел невдалеке от себя двух немецких часовых и, проявив трусость, убежал в лес, расположенный в метрах 300 от деревни. Как я только прибежал в лес, на меня навалились два немецких солдата, отобрали у меня наган с патронами, сумки с пятью бутылками «КС» и сумку с продзапасами, среди которых также был литр водки.

- Какие показания вы дали офицеру немецкой армии?

- Как меня только сдали офицеру, я проявил трусость и рассказал, что нас всего пришло трое, назвав имена Крайнова и Космодемьянской. Офицер отдал на немецком языке какое-то приказание немецким солдатам, они быстро вышли из дома и через несколько минут привели Зою Космодемьянскую. Задержали ли они Крайнова, я не знаю.

- Вы присутствовали при допросе Космодемьянской?

- Да, присутствовал. Офицер у неё спросил, как она поджигала деревню. Она ответила, что она деревню не поджигала. После этого офицер начал избивать Зою и требовал показаний, но она дать таковые категорически отказалась. Я в её присутствии показал офицеру, что это действительно Космодемьянская Зоя, которая вместе со мной прибыла в деревню для выполнения диверсионных актов, и что она подожгла южную окраину деревни. Космодемьянская и после этого на вопросы офицера не отвечала. Видя, что Зоя молчит, несколько офицеров раздели её догола и в течение 2 - 3 часов сильно избивали резиновыми палками, добиваясь показаний. Космодемьянская заявила офицерам: «Убейте меня, я вам ничего не расскажу». После чего её увели, и я её больше не видел».

Из протокола допроса А.В. Смирновой от 12 мая 1942 года:

«На другой день после пожара я находилась у своего сожженного дома, ко мне подошла гражданка Солина и сказала: «Пойдем, я тебе покажу, кто тебя сжёг». После этих сказанных ею слов мы вместе направились в дом Куликов, куда перевели штаб. Войдя в дом, увидели находившуюся под охраной немецких солдат Зою Космодемьянскую. Я и Солина стали её ругать, кроме ругани я на Космодемьянскую два раза замахнулась варежкой, а Солина ударила её рукой. Дальше нам над партизанкой не дала издеваться Валентина Кулик, которая нас выгнала из своего дома.

Во время казни Космодемьянской, когда немцы привели её к виселице, я взяла деревянную палку, подошла к девушке и на глазах у всех присутствующих ударила её по ногам. Это было в тот момент, когда партизанка стояла под виселицей, что я при этом говорила, не помню».

Казнь

Из показаний жителя деревни Петрищево В.А.Кулика: «...Ей повесили на грудь табличку, на которой было написано по-русски и по-немецки: «Поджигатель». До самой виселицы вели её под руки, поскольку из-за пыток она уже не могла идти самостоятельно. Вокруг виселицы было много немцев и гражданских. Подвели к виселице и стали её фотографировать.

Она крикнула: «Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать армии воевать! Моя смерть за Родину — это моё достижение в жизни». Затем она сказала: «Товарищи, победа будет за нами. Немецкие солдаты, пока не поздно, сдавайтесь в плен. Советский Союз непобедим и не будет побеждён». Все это она говорила в момент, когда её фотографировали.

Потом подставили ящик. Она без всякой команды, набравшись откуда-то сил, встала сама на ящик. Подошел немец и стал надевать петлю. Она в это время крикнула: «Сколько нас ни вешайте, всех не перевешаете, нас 170 миллионов! Но за меня вам наши товарищи отомстят». Это она сказала уже с петлёй на шее. Она хотела ещё что-то сказать, но в этот момент ящик убрали из-под ног, и она повисла. Она инстинктивно ухватилась за веревку рукой, но немец ударил её по руке. После этого все разошлись».

Целый месяц провисело в центре Петрищево тело девушки. Лишь 1 января 1942 года немцы позволили жителям похоронить Зою.

Каждому — своё

Январской ночью 1942 года во время боев за Можайск несколько журналистов оказались в уцелевшей от пожара деревенской избе в районе Пушкино. Корреспондент «Правды» Петр Лидов разговорился с пожилым крестьянином, который рассказал, что оккупация настигла его в деревне Петрищево, где он видел казнь какой-то девушки-москвички: «Её вешали, а она речь говорила. Её вешали, а она всё грозила им...»

Рассказ старика потряс Лидова, и той же ночью он ушёл в Петрищево. Корреспондент не успокоился до тех пор, пока не переговорил со всеми жителями села, не разузнал все подробности гибели нашей русской Жанны д'Арк — так называл он казнённую, как он считал, партизанку. Вскоре он вернулся в Петрищево вместе с фотокорреспондентом «Правды» Сергеем Струнниковым. Вскрыли могилу, сделали фото, показали партизанам.

Один из партизан Верейского отряда узнал в казнённой девушку, встреченную им в лесу накануне разыгравшейся в Петрищево трагедии. Та назвала себя Таней. Под этим именем и вошла героиня в статью Лидова. И лишь позже открылось, что это псевдоним, которым Зоя воспользовалась в целях конспирации.

Настоящее же имя казнённой в Петрищево в начале февраля 1942 года установила комиссия Московского городского комитета ВЛКСМ. В акте от 4 февраля констатировалось:

«1. Граждане села Петрищево (следуют фамилии) по предъявленным разведотделом штаба Западного фронта фотографиям опознали, что повешенной была комсомолка Космодемьянская З.А.

2. Комиссия произвела раскопку могилы, где похоронена Космодемьянская Зоя Анатольевна. Осмотр трупа... еще раз подтвердил, что повешенной является тов. Космодемьянская З.А.».

5 февраля 1942 года комиссия МГК ВЛКСМ подготовила записку в Московский городской комитет ВКП(б) с предложением представить Зою Космодемьянскую к присвоению звания Героя Советского Союза (посмертно). А уже 16 февраля 1942 года увидел свет соответствующий Указ Президиума Верховного Совета СССР. В результате красноармеец З.А. Космодемьянская стала первой в Великой Отечественной войне женщиной-кавалером Золотой Звезды Героя.

Староста Свиридов, предатель Клубков, пособники фашистов Солина и Смирнова были приговорены к высшей мере наказания.
Ответ
#30
(12-02-2010, 05:22 PM)Sofocla link Написал: Позже мне довелось ознакомиться с не так давно рассекреченным приказом Ставки ВГК № 0428 от 17 ноября 1941 года, подписанным Сталиным. Цитирую:
Необходимо «лишить германскую армию возможности располагаться в сёлах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населённых пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и тёплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом.

Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40—60 км в глубину от переднего края и на 20—30 км вправо и влево от дорог. Для уничтожения населённых пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами. При вынужденном отходе наших частей... уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населённые пункты, чтобы противник не мог их использовать».


....


Зоя Космодемьянская проникает в южную часть деревни и бутылками с зажигательной смесью уничтожает дома, где квартируют немцы...

... Зоя Космодемьянская успешно выполнила боевое задание - бутылками «КС» уничтожила два дома и вражеский автомобиль.
Однако при возвращении обратно в лес, когда она уже была далеко от места диверсии, её заметил местный староста Свиридов. Он вызвал фашистов. И Зоя была арестована. Свиридову благодарные оккупанты налили стакан водки.


.... Из протокола допроса А.В. Смирновой от 12 мая 1942 года:

«На другой день после пожара я находилась у своего сожженного дома, ко мне подошла гражданка Солина и сказала: «Пойдем, я тебе покажу, кто тебя сжёг». После этих сказанных ею слов мы вместе направились в дом Куликов, куда перевели штаб. Войдя в дом, увидели находившуюся под охраной немецких солдат Зою Космодемьянскую. Я и Солина стали её ругать, кроме ругани я на Космодемьянскую два раза замахнулась варежкой, а Солина ударила её рукой... Во время казни Космодемьянской, когда немцы привели её к виселице, я взяла деревянную палку, подошла к девушке и на глазах у всех присутствующих ударила её по ногам.


... Она крикнула: «Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать армии воевать!


... 5 февраля 1942 года комиссия МГК ВЛКСМ подготовила записку в Московский городской комитет ВКП(б) с предложением представить Зою Космодемьянскую к присвоению звания Героя Советского Союза (посмертно). А уже 16 февраля 1942 года увидел свет соответствующий Указ Президиума Верховного Совета СССР. В результате красноармеец З.А. Космодемьянская стала первой в Великой Отечественной войне женщиной-кавалером Золотой Звезды Героя.

Староста Свиридов, предатель Клубков, пособники фашистов Солина и Смирнова были приговорены к высшей мере наказания.
Ну, вот - нормальная тактика "выжженной земли" и тотальной войны. И Показано КАК надо вести себя на оккупированной территории. И поставлена точка в нашем споре с S.U. об обывателе на оккупированной территории.
Ответ


Перейти к форуму:


Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)