Рейтинг темы:
  • 0 Голос(ов) - 0 в среднем
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
ВЛАСОВЦЫ - Тогда и Сегодня
#21
Всё правильно, Ashar1! Я примерно тоже самое всем всегда объясняю!
И не для таких как этот урод - любитель "локотской Республики" таким "от головы" только её ампутация и помогает...
Но для тех кто всё же хочет ДУМАТЬ САМ и искать Истину...
Ответ
#22
АЛЕКСАНДР МОРОЗОВ, «ГЕРОИ РОА»

История «Спасения власовцами Праги» начинается в ноябре 1944 года, когда под Ульмом формировалась единственная собственно власовская боевая часть — 1 я дивизия РОА. Второй полноценной дивизии в этой армии появиться было не суждено, судьба ее недоформированного зачатка, закончившаяся где то в Австрии, останется за рамками нашего повествования о «Героях Праги».

До создания РОА помимо карателей, полицаев и белоказаков русские в вермахте таки были, но занимались они в основном подсобными работами — от экстремального разминирования «на скорость» до разгрузки эшелонов за лишний кусок хлеба сверх лагерной пайки. Истории о 800 тысячах или даже о миллионе русских, якобы «служивших в вермахте» — ложь. 90 % этих людей были военными чернорабочими, которые согласились таскать ящики со снарядами, чтобы жить чуть лучше, чем на угольных шахтах или в каменоломнях. Где в основном не жили, а подыхали, о чем было широко известно. Власов мечтал заполучить этих людей в свою армию, которой до конца 1944 года в принципе не существовало, но всякий раз ему доходчиво объясняли, что неполноценным славянам место на рудниках. За исключением самых отъявленных головорезов типа отрядов Каминского, которые уж больно хорошо «боролись с партизанами».

Собственно, остатки Русской Национальной Народной Армии (РННА) Каминского, которую «выгнали из карателей за жестокость» (а самого Каминского шлепнули), как раз и впитала в себя 1 я дивизия РОА вместе с остатками частей СС бригадефюрера Зиглинга, которые тоже состояли из русских и белорусов, в основном — бывших полицаев «самооборонцев».

До этого единственными хоть как то структурированными «русскими» подразделениями в вермахте помимо белоказаков были отдельные «ост-батальоны», собранные из наиболее «благонадежных» хиви, «добровольных помощников». Так как во второй половине 1943 года из оных батальонов, почуяв, что ветер окончательно переменился, к партизанам драпануло порядка 14 тыс. человек, немцы решили держать их на Западном фронте.

10 октября 1943 года вышел соответствующий приказ и, после разоружения еще 5 6 тыс. «ненадежных» и отправки их обратно за колючую проволоку, «осты» отправились кто куда, но большей частью — на побережье Франции, достраивать эпический «Атлантический вал» и его пригороды. То бишь или копать, или охранять тех, кто копает.

Когда высадились союзники, остабатальонцы оказались в положении «Штрафбата»™. То бишь с «мосинками» против американских танков. И нет ничего удивительного в том, что к 29 сентября 1944 г. из 8,4 тыс. потерь «восточных войск» на Западе 7,9 тыс. числились «пропавшими без вести».

В общем, балаганчик решили разогнать даже в условиях тотального погрома на западном фронте, когда из собственно немецких солдат в резерве оставались дети, старики и «сводные батальоны больных кишечными заболеваниями». Остатки «ост-батальонов» влились во всю ту же РОА, вернее в ее единственную дивизию.

Во главе «600 й дивизии вермахта», собранной из всего этого отребья, встал «казачий атаман и генерал-майор» полковник Буняченко, славный тем, что потерял все, что только можно, и, скатившись с должности начштаба корпуса до командира бригады, которую тоже потерял в конце 1942 года, опасаясь, что вторично ему приговор «за вредительство» не смягчат и шлепнут, сбежал к немцам. Где и получил звание генерал-майора.

Под его чутким руководством основные силы РОА, то есть 1 я дивизия в составе менее чем 15 тыс. рыл, двинулись 8 марта 1945 года из Мюзингена к месту своего будущего первого боя — Франкфурту-на-Одере. 26 марта последний эшелон выгрузился на станции в 30 км за линией фронта и власовцев отправили окапываться во второй линии обороны.

Наклевывалось советское наступление и Буняченко начал ставить перед немецким командованием вопрос, который, как ему казалось, мог несколько смутить немцев: «Куда делся Власов, который должен был нами командовать?» Типа, без Власова в бой не пойдем. «Пойдете, пойдете!» — ласково отвечали немцы, пощелкивая затворами. И 6 го апреля «генерал Буняченко получил от командующего 9 й немецкой армии приказ о подготовке дивизии к наступлению на захваченный советскими войсками плацдарм с задачей отбросить в этом месте советские войска на правый берег Одера».

Оцените, с какой силой госпожа удача отоварила «тейблом об фейс» дезертиров, бегавших от аццких жыдокомиссаров, якобы «гнавших их на убой». Теперь их гнали на убой новые немецкие друзья. Власовцы возрыдали от обиды.

Если переписать эти несколько строк языком власовцев, то получится более пространно: «Немецкое командование решило возложить на Первую дивизию ту задачу, которая в продолжительных, напряженных боях не могла быть выполнена силами немецких частей и при более благоприятных условиях, когда не было еще разлива и когда части советской армии еще не успели здесь достаточно укрепиться. Генерал Буняченко был против такого приказа.

Он опять заявил, что его дивизия находится в подчинении генерала Власова и напомнил командующему о его недавнем заявлении по поводу подчиненности и боевого использования дивизии. Приказ о введении Первой дивизии в бой генерал Буняченко считал незаконным и противоречащим распоряжениям ставки немецкого главнокомандования и генерала Власова».

В общем, «Героям РОА» работать штрафным батальоном у немцев как то не хотелось. Волновало ли это немцев? Ответ ясен. Они привезли Буняченке Власова, который покивал: «Фпиред, герои РОА!», побыл два дня и уехал.

Далее произошло предсказуемое. Власовцев отправили наступать узким фронтом по болоту, в лоб на хорошо укрепившиеся советские части, которые накрыли их плотным пулеметным и минометным огнем с трех сторон.

После первого сеанса мясорубки Буняченко доложился командарму 9 й немецкой армии и сообщил, что наступать бессмысленно. «Фпиред, герои РОА!» — ласково сказал ему немец. После чего добавил, что остальная часть дивизии, по причине узкого фронта наступления еще не залезшая в самую ж…, принимает фронт ожопья у немецких частей, которые снимаются с этого участка.

В общем, все ясно: «Ща в наступление пойдут русские, мы отходим, герои РОА остаются». После такого, согласитесь, даже самые страшные рассказы про советских жыдокомиссаров не кажутся так ужасны. Кстати, фраза «пора отходить» переводится с русского на власовский как «настал особенно ответственный момент».

Так вот: «Для командования Первой дивизии настал особенно ответственный момент. Откладывать решения уже было невозможно. Чтобы сохранить дивизию, надо было действовать, не останавливаясь ни перед чем. Рассчитывать было уже не на что и невозможно было поддержать даже внешне хорошие отношения с немцами. Все зависело от быстроты решения и смелости действий.

После безуспешной попытки убедить командующего 9 й армией генерала Буссе в невозможности успешного наступления, генерал Буняченко вызвал к себе командиров полков и объявил им свое решение об открытом выходе из подчинения немецкому командованию. Он отдал приказ вывести полки из боя, предупредив об этом немецкие части, стоявшие в обороне».

По-русски этот эпический пассаж звучит значительно короче: «никакого исполнения приказов вам, мы отходим первые, вас здесь не стояло!». После чего дивизия вернулась во вторую линию.

Во второй линии было хорошо. Можно было вкусно кушать и не бегать в атаку, пока Буняченко и командовавший 9 й армией генерал Буссе крыли друг друга обсценной лексикой. Но вкусно кушали плохиши недолго. В один прекрасный день обозникам, явившимся на продбазу 9 й армии, немцы показали известно что под девизом: «Кто не работает, тот не ест».

Посидев немного без хавки, власовцы решили «снабжаться с немецких складов с применением силы». Узнав про таковую перспективу, народец воспрял духом. «Воинственное настроение, бунтарский дух и готовность к самозащите до последней возможности заполняли чувства каждого». Склады ж, — понятно дело.

Вооруженная стычка в ближнем тылу немцам была совершенно некстати, 1 ю дивизию снабдили жрачкой на три дня и отправили дальше в тыл, лечить психологический кризис, случившийся после болотных приключений.

Отойдя еще на 100 километров в тыл, власовцы почувствовали себя совсем совсем комфортно и присели отдохнуть. Но тут вновь явились гадкие немцы уговаривать героев РОА повоевать за немцев. Проникновенная речь Буняченко, произнесенная перед немецкими офицерами, если ее перевести на русский, сводилась вкратце к следующему: «Вы, немцы, — нацисты и нехорошие люди. Мы всегда это знали. Наша любовь была ошибкой. С Красной армией вы сражайтесь сами, а мы, идейные борцы с коммунизмом, пойдем отсюда прямиком в плен к американцам».

Красная армия тем временем перешла в наступление как раз на том участке, откуда отступили герои РОА, что значительно ускорило темпы передвижения эпических борцов с коммунизмом на запад.

Так добежали до Дрездена. В Дрездене сидел Шернер, командовавший остатками группы «Центр» и курил бамбук. Потому что больше делать было нечего — война была de facto проиграна. Шернер предложил Буняченко сделку. Он отмазывает Буняченко в вышестоящих инстанциях на тему конфликта с командованием 9 й армии, а 1 я дивизия РОА все таки соглашается чуток повоевать, прикрывая ж… немцам.

Начались переговоры через посыльных, потому как сам ехать к Шернеру Буняченко боялся. Мол, его повяжут, а дивизию разоружат. Шернер в письменной форме просил повоевать, Буняченко, в свою очередь, в письменной форме просил снабдить его всем необходимым для отступления, потому что советские танки уже наступали на пятки идейным борцам с коммунизмом. В конце концов, пришлось Буняченко побежать дальше без снабжения.

Добежав до Эльбы, идейные борцы с коммунизмом обнаружили перед собой практически непреодолимую преграду — небольшой отряд немцев, которому приказали стоять насмерть у заминированного моста через реку и никого не пускать. Власовцев особенно.

Как уже было сказано выше, генерал Буняченко был не только идейным противником коммунизма, но и таким же идейным противником нацизма. Но в драку с немцами лезть было западло даже накануне их полного военного поражения. Поэтому была применена военная хитрость. Под предлогом «пропустить на ту сторону хотя бы медсанбат с ранеными», немцев попросили открыть проход, через который и двинулась драпать вся дивизия. Немцы от такой наглости выпали в осадок и пропустили.

Власовцы перешли на другой берег, предоставив немцам сражаться с Красной армией, и полковник Буняченко занялся оборудованием очередного тылового рубежа. Специалист, однако.

То, что в тылу у его группы оседлала важный мост драпающая дивизия власовцев, Шернеру совершенно не понравилось, поэтому выводимые из боев дивизии СС стали, как бы невзначай, концентрироваться вокруг «идейных борцов». Идейные борцы, не дожидаясь очевидного, быстренько свалили. Отойдя еще километров на 30, власовцы получили с прилетевшим к ним начштабом группы армий очередное предложение все таки повоевать. Воевать не хотелось, но жрать было совсем нечего. Бензина тоже не было. В обмен на обещание повоевать, начштаба выписал власовцам довольствие и улетел.

«ЙЕЕЕЕЕЕС!» — сказали власовцы, получили снабжение и… двинули драпать дальше, на юг. «Дивизия была снабжена всем необходимым и вновь получила возможность и двигаться, и действовать».

Майор Швеннингер, приставленный Шернером к власовцам в качестве офицера связи, узнав, что дивизия не поедет на фронт, а собирается пойти к союзникам, обиделся. «Нас обманули!».

«Ага», — подтвердил ему Буняченко.

Швеннингер смотался к своим и, нагнав власовцев на марше, заявил, что «будет бо-бо, если они не вернутся». Мол, очень бо-бо, — с танками и самолетами. Власовцы прекрасно понимали, что хорошее бо-бо в собственном тылу немцы организовать не смогут и не захотят. Главное, чтобы тыл продолжался подольше.

В Чехословакии Западный и Восточный фронты смыкались медленнее всего, и именно поэтому власовцы направились туда. Меньше всего идейным борцам хотелось оказаться зажатыми между двумя отступающими немецкими фронтами, один из которых отступал перед Красной армией. При таком раскладе могли и убить.

Буняченко вполне резонно предполагал, что чем дольше его войска будут мотаться где ни попадя, лишь бы вдали от фронтов, тем меньше проблем он заполучит по дороге в американский плен. Таким образом, траектория движения вырисовывалась вполне определенная. До капитуляции Германии — на юг, потом — на запад.

Через два дня «беспримерного марша» власовцы добежали до Чехословакии. Тут случилось второе явление Власова народу. Генерал прилетел вместе с Шернером, осудил действия дивизии, строго пожурил Буняченко за неповиновение и предложил все таки повоевать.

Шернер во всем этом затянувшемся цирке с конями участвовал по одной простой причине — быстро «раздавить дивизию танками» он не мог по причине отсутствия должного количества оных, а долго воевать с власовцами у себя в тылу было только на руку Советской армии. Позволять же им просто так довольствоваться с тыловых немецких складов было рискованно — могли не понять свои, которые за право «довольствоваться» воевали на фронте. В общем, что то надо было делать, хотя что — не очень понятно.

Но разговор не заладился. Буняченко послал Власова нах, сказал, что Германии кранты, никакой РОА нет, Власов со своим Шернером идет лесом, а дивизия — его собственная. Шернер пожал плечами и ушел лесом. «Кролик был очень воспитанным и ничего не сказал».

«Фу, блин!», — сказал Власов Буняченко. — «Наконец то мы одни!». «Оба генерала были растроганы. Они крепко, дружески обнялись».

РОА пошла дальше на юг, по дороге выменивая у чехов на оружие и патроны жратву и фураж. Чехи, добыв оружие, бежали радостно атаковать по ночам обижавшие их немецкие гарнизоны, которые по мере скромных сил огрызались на чехов и власовцев, продолжавших драпать дальше.

2 мая случилось долгожданное. Власовцы увидели вожделенных американцев. Американцы тоже увидели власовцев. С традиционным боевым кличем прогнивших плутократов — «Бранзулеткаа-а-а!!!» они спикировали, причесали из пулеметов маршевую колонну и улетели.

Впрочем, что это мы все о власовцах. Надо бы сказать пару слов и о Праге, в которой им суждено было совершить свой великий подвиг.

Прага к этому времени стала проходным двором для немецкой армии, бегущей в американский плен. Толпы немецких солдат, драпавших на запад как с соблюдением хотя бы некоторого порядка, так и без оного, шли через город, предоставляя его жителям возможность насладиться всеми прелестями, сопутствующими подобного рода событиям. Терпеть подобные вещи от Великогерманского Рейха чехи еще могли. Но от издыхающего огрызка, который вот-вот окончательно затопчут — нетушки.

И вот 2 мая к Буняченко приходит делегация чехов. Чехи просят русских братушек помочь им поднять восстание.

«Во имя спасения героических сынов Чехословакии, во имя спасения беззащитных стариков, матерей, жен и детей наших, помогите нам. Чешский народ никогда не забудет вашей помощи в тяжелую минуту его борьбы за свободу», — говорили они генералу Буняченко.

Буняченко не считал себя вправе вмешиваться в дела Чехословакии, но оставаться равнодушным и безучастным к происходящим событиям для него было тоже невозможно. Не могли отнестись к этому безразлично и все власовские солдаты и офицеры Первой дивизии. Все они горячо сочувствовали чехам и восторгались их готовностью к неравной борьбе с немцами. Генерал Власов и генерал Буняченко прекрасно понимали ту ответственность, которую они взяли бы на себя, дав свое согласие на поддержку восстания. Не получив определенного ответа делегация уехала восвояси, неся в груди противоречивые чувства. Не оправдал, — братьев славян не поддержал.

Однако, по здравому размышлению, что то делать всё таки было надо. Если чехи восстанут, а дивизия будет просто сидеть рядом, то немцы первым делом ее разоружат, чтобы не маячила. И могут не взять с собой в сытый плен к союзникам.

Кстати, о сытости. Чем то надо было зарабатывать благорасположение местного населения в форме выдачи продуктов питания и фуража. Все лишнее оружие было уже роздано, поэтому решено было немножко поразоружать немцев и тем посильно поддержать чехов. Ну а чехи покормят братьев славян. Немцев разоружали предельно корректно, дабы, в случае неуспеха замысла, можно было как то отговориться.

В общем, если кто не понял, ситуация такова. Через Прагу на запад идут немцы, учиняя непотребства. В Праге чехам плохо, они готовятся наказать немцев. Самые активные уже вовсю бегают по лесам вокруг города и атакуют немцев. Юго-западнее Праги сидит РОА, и, пользуясь тем, что большая часть идущих на запад немцев не в курсе, что тут сидят власовцы в немецкой форме, тормозит проходящих мимо немцев, отнимает оружие, отдает чехам, получает от них жратву и садится дальше охранять от чехов разоруженных немцев. Если это называется «борьбой с нацизмом» и «активной поддержкой пражского восстания»…

Впрочем, ситуация стремительно менялась. Через некоторое время к власовцам снова прибыли чехи, сообщившие интересное. К Праге подошли немецкие войска, пробивающиеся в американский плен и, вместо разоружения власовцев, активно атакуют чехов, потому что те мешают им осуществить задуманное. Власовцы прикинули, что основная масса злых вооруженных людей в серой и черной форме к моменту их появления уже пройдет через Прагу, и сказали братьям славянам:

«ЙОУ, БРАЗА!».

Из обоза моментально были извлечены во множестве заготовленные заранее и ожидавшие своего часа портреты генерала Власова. Раздавая оные портреты населению, власовцы, пересидевшие в стороне самый шухер, прибыли на место действия, дабы пожать славу «спасителей Праги».

От чего они могли спасти Прагу — не ясно. Ни о каком «подавлении восстания и разрушении Праги по образцу Варшавы» речи уже не шло. Вермахт образца лета-осени 1944 года мог некоторое время удержать на Висле Красную армию и до января 1945 го «зачистить» Варшаву. Но весной 1945 го немцам надо было просто пробить коридор через восставшие территории на запад и уйти. Ни устраивать тотальную резню, ни разрушать Прагу не было ни смысла, ни приказа. И любой здравомыслящий человек, даже очень трусливый, это хорошо понимал.

Так что, пока немецкие части с боями обтекали Прагу с одной стороны, власовцы без особых трудностей благополучно входили в нее с другой стороны, да еще и захватили теперь уже никому не нужный аэродром с брошенными на нем самолетами.

В общем, триумф был близок. Еще немного — и власовцы поднесут спасенную Прагу на блюдечке с голубой каемочкой союзным войскам и все таки героически попадут в сытый американский плен.

Но 7 мая, когда на встрече власовцев и импровизированного чешского правительства стороны заявили о своих планах, чехи послали власовцев подальше. Они были люди практичные, неоднократно пострадавшие от этой чрезвычайной, просто запредельной, почти польской, своей практичности и поэтому отдаться под покровительство «героев», отсиживавшихся до последнего в тылу, а потом пострадать от этого еще раз желали меньше всего.

То, что город, принимающий у себя в качестве гостей власовцев, дожидающихся американцев, при подходе Красной армии пострадает — к гадалке не ходи. Причём сами власовцы моментально исчезнут при этом из города, оставив чехов «дожидаться американцев» в гордом одиночестве под дулами русских пушек — тоже к гадалке не ходи. Тем более, что все говорило как раз за то, что советские танки в город войдут первыми.

Таким образом, в ночь с 7 на 8 мая «поддержка восстания» завершилась, и власовцы, «выйдя из боя», двинулись на запад следом за немцами. Напоследок благодарные за «спасение Праги» чешские партизаны поймали начштаба РОА генерал-майора Трухина и сдали его советским войскам. Сопровождавших его генералов, Боярского и Шаповалова, убили «при попытке оказать сопротивление».

10 мая героическая эпопея идейных борцов с коммунизмом подошла к концу — власовцы наконец то встретили американские танки. Американцы приказали разоружиться и 11 мая все оружие, кроме необходимого для охраны самих себя минимума, было сдано.

После чего, в непринужденной обстановке полной вооруженности одной стороны переговоров и полной безоружности другой, выяснилось, собственно, главное: эпические борцы с коммунизмом все таки идут далеко, — американская армия принимать капитуляцию РОА и, тем более, давать ей какие либо гарантии не собирается, а территорию, на которой расположилась 1 я дивизия РОА, передаст русским. «И разбирайтесь между собой сами».

«Все закончилось, цирк закрывается, все свободны, расходитесь, кто куда!», — сказали Власов и Буняченко и сдались американцам частным порядком.

«Нет уж, — нет уж!» — сказали американцы и передали Власова и Буняченко русским. «Герои РОА» пожали плечами и разошлись кто куда. Благодарные чехи отлавливали их, пробиравшихся в Западную Германию и сдавали советским властям.
Ответ
#23
Читая письма генерала Власова...

Эта публикация показывает генерал-лейтенанта Андрея Власова с еще с одной стороны: оказывается, генерал был предателем и в отношении любивших его женщин…

Это любовные письма с фронта (1941-1942 гг.) генерала Власова, которые он зачастую писал в один и тот же день, описывая одни и те же события, уходили в два адреса – любимым женщинам, поверившим его словам "ты у меня одна…" ( см.: ж.Источник: документы русской истории. – 1998, 4 ). Это те самые письма и почтовые карточки, изъятые при обыске и приобщенные в качестве доказательств к следственным делам двух женщин – Анны Михайловны Власовой и Агнессы Павловны Подмазенко, которым лгал генерал, подписываясь в полуграмотных и составленных словно под копирку посланиях: "Твой всегда и всюду Андрюша". В этих письмах собственноручно составлен автопортет, который можно рассматривать в качестве показаний против самого же генерала Власова, искалечившего жизнь двум женщинам.

Первая из них – Анна Михайловна Власова ( девичья фамилия – Воронина), 1906 года рождения, которую он называл в письмах "Аня" и "Аник". Она сначала была односельчанкой, а потом и его женой с 1926 года. С ней, судя по письмам, он не собирался расторгать брак. Он назвал ее имя, когда в мае 1945 года на Лубянке заполнял анкету арестованного. Ее же арестовали в 1942 году, и она проходила по делу как "жена изменника Родины". Расплачиваясь за предательство мужа, она провела 8 лет в лагерях. Известно, что последние годы жила в Балахне Нижегородской области. Реабилитирована лишь в 1992 году. Анна хранила фронтовые письма мужа, где он ей писал так: "Сволочей фашистов, нарушивших нашу мирную жизнь и разрушивших наш семейный очаг, мы сейчас бьем на каждом шагу" ( 15.01.1942 ). И еще: "Я много пережил и дороже тебя у меня и не было, а сейчас и нет на свете. Ты у меня одна. Больше нет никого… Родина выше всего – за нее все и отдадим до последней капли крови. Люблю тебя крепко" ( 06.03.1942).

А в другом письме, адресованном в почтовое отделение Сорочинской Чкаловской области, до востребования : "Дорогой Аник! Одиннадцатый месяц мы с тобой разлучены, но мысленно всегда с тобой…ты знаеш ( так в оригинале: без мягкого знака. – А.Х.) моя дорогая любимая и дорогая Аня!, что куда твоего Андрюшку не пошлет правительство и партия – он свою задачу выполнит с честью. Все идет хорошо…. Скоро, очень скоро, будет конец проклятым фашистам. Хватит им издеваться над нашей дорогой Родиной" ( 26.04.1942).

Анна Михайловна узнала и очень переживала, что в Ленинграде в 1937 году некая Юлия О. ("Ульяна") родила от Власова дочь и подала на алименты. Супруги Власовы обсуждали в письмах эту "деликатную" историю, и генерал успокаивал плакавшую жену, что "все как-нибудь обойдется".

Не знала только она, что была еще одна у него любимая "фронтовая" жена – Агнесса Павловна Подмазенко, 1917 года рождения, которую Власов называл в письмах "Аля" и "Алик". Она родила ему ребенка в 1942 году. По окончании Харьковского мединститута Агнесса была призвана на военную службу и служила врачом в штабе 37-й армии, которой командовал Власов. Молодая женщина, имевшая от первого брака сына Юрия (1936 года рождения), приглянулась генералу, скрывшего от нее, что давно женат, и потому предложившего ей выйти за него замуж. Она безоглядно и на слово поверила Власову, что их "отношения официально узаконены в штабе армии", но на самом деле их брак в загсе совсем и не был оформлен. В течение пяти недель генерал Власов был с военным врачом Подмазенко в окружении. К началу ноября 1941 года они вдвоем прибыли в Курск. Назначенный командовать 20-й армией, оборонявшей Москеву, Власов взял "фронтовую жену" Подмазенко с собой. Отсюда она уехала к матери в тыл, чтобы родить от Власова ребенка. Во всех документах А. Подмазенко гордо указывала, что она – "жена генерала Власова", за что горько и поплатилась.
В 1943 году по решению Особого совещания она получила пять лет лагерей. Известно, что отбывала еще и ссылку. Реабилитирована в 1989 году, умерла в 1997 году.

Генерал Власов заверял в письмах Подмазенко: "…Я здесь буду бить фашистскую сволочь и гнать ее на запад" ( 02.02.1942 ); "Юрика поцелуй, покажи ему мою фото ("мою" – так в оригинале.- А.Х.), пусть узнает меня. Воспитывай в любви к нашей Родине" ( 28. 02.42 ). А вот еще один "патриотический" фрагмент из письма, адресованного той же Подмазенко: "…И только одно то, что сейчас все наши мысли должны быть направлены для борьбы с проклятыми фашистами в борьбе за нашу дорогую Родину всех людей нашего Союза успокаивает меня" (26.04.1942).

Генерал умел ревновать в своих любовных посланиях свою "фронтовую жену": "Я тебя прошу будь мне верна. Я тебе до сих пор был верен. Ты для меня всегда была святая…" (02.02.1942); "Дорогая Аля! Кроме тебя никому письма не пишу…" (21.02.1942); "…Кроме тебя у меня никого в жизни нет" (10.05.1942). Похоже, что генерал Власов очень ревновал свою "фронтовую" жену: "Смотри не изучай немецкий язык как раньше с капитаном, а то приеду, будет тебе нагоняй на орехи…" (02.02.1942); "…Смотри не крути ни с кем, а то плохо будет…" (18.03.1942).

Но две эти женщины – Аня и Аля – были им преданы и забыты. Оказавшись после плена в Германии, Власов с санкции Гиммлера женился в очередной раз, и его избранницей стала вдовствующая немецкая аристократка Адели Биленберг. Историки свидетельствуют, что это была "шумная свадьба"…

Что касается некоторых историков, особенно в Германии, то они преподносят генерала Власова чуть не как национального российского героя, якобы бросившего вызов сталинизму, а потому и ставшего якобы "борцом со сталинизмом". Однако, читая даже его "любовные" письма с фронта, создается впечатление, что "борцом со сталинским режимом" он стал в ту самую минуту, когда фашисты выводили его под дулом автомата из деревянного сарая, когда он понял, что может быть быть расстрелян или повешен. До ареста он высоко почитал Сталина, называя его в письмах "самым большим человеком в мире" и "самым большим хозяином", был доволен его отношением к нему. Власов был настолько воодушевлен встречей со Сталиным, что готов был и далее самоотверженно бить "фашистскую сволочь": "…Самый большой человек в мире еще раз говорил со мной в присутствии его ближайших учеников. Какая радость…из его уст я слышал похвалу о самом себе. Теперь я не знаю, как оправдать то доверие, какое он мне оказывает…" (18.03.1942). Как известно, попав в плен, он возглавил "Комитет освобождения наровдов России" (КОНР) и Русскую освободительную армию" (РОА), составленную из советских военнопленных.

В истории Второй мировой войны генерал-лейтенант Власов, который был захвачен в мае 1945 года советскими частями и по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР повешен, остался прежде всего как отрицательный герой, с именем которого связана одна из трагических страниц минувшей войны. Во всяком случае, эпистолярное наследие генерала Власова полезно для исследователей власовского движения как в Германии, так и в России, ибо за строками писем отчетливо предстает личность Власова во всем многообразии ее человеческих качеств.

Холодюк Анатолий,
Мюнхен


http://www.rusk.ru/st.php?idar=113914
Ответ
#24
Константин Ерофеев
ИДИ И СМОТРИ


   
    В Российской Федерации признается идеологическое многообразие.
    (ст. 13 Конституции России)

   
    ВОТ Я И ПОШЕЛ СЛУШАТЬ ЛЕКЦИЮ "Белые" протоиерея Георгия Митрофанова из цикла "Духовная судьба России в отечественном кинематографе" в Православном просветительском центре при Приходе Феодоровской иконы Божией Матери. Маститый историк подготовил для петербургской интеллигенции рассказ о белом движении и сопроводил его видеорядом из известнейших советских кинофильмов о гражданской войне — "Бег", "Служили два товарища", "Хождение по мукам", "Чапаев" и "Конь белый" Гелия Рябова (последний когда-то апологет чекистов-коммунистов, а теперь ярый монархист. Что ж, бывает...).
    Протоиерей начал рассказ сентециями о кровавом ХХ веке, братоубийственной Гражданской войне, в которой погибли лучшие русские люди (белые, разумеется) и даже сама Россия. На экране замелькали фрагменты "Хождения по мукам". Ведущий горячо рекомендовал тщательно вглядываться в каждый кадр и вслушиваться в каждое слово корниловцев. Ведь когда Алексей Толстой писал эту книгу, он оставался "второразрядным писателем", а не стал еще бездушным прислужником режима. А корниловцы-то — соль земли, великомученики за Святую Русь, лучшие люди, настоящие интеллигенты... А армия-то у них какая была демократичная, интеллигентная, все было по-братски, без аристократических условностей (на экране генерал по-братски треплется с прилегшими на привал офицерами, протягивает им папиросы). А какими добрыми христианами-то они были (тучный Деникин в пасхальную ночь возглавляет крестный ход). Любили шутки и веселье (тут недоработка — на экране расстрел пленных красногвардейцев). Протоиерей оговаривается, мол, пленных не щадили, потому что красные были совсем уж зверями. А еще любили музыку, как истинные русские люди. Ведущий рассказывает, что все песни гражданской войны были придуманы романтиками-офицерами в золотых погонах, а красные нарушили их авторские права и слизали мелодии, да еще и слова безбожно переиначили.
    Мне показалось, что одно слово чаще всего повторяется: интеллигенты, интеллигенты... В маленьком зале сидели дамы "за тридцать", пара мужчин, все самые что ни на есть интеллигенты. И для них не нужно было говорить о сражениях и орденах, нужно было говорить об интеллигентности и возвышенности белых, их толерантности и демократизме. Кстати, так творятся сегодня новые идеологические штампы и мифы... На экране же Рощин все смотрел и смотрел на расстреливаемых пленных, на зарубленных шашками. Впрочем, ужасы гражданской войны не впечатляли аудиторию. Кто-то уперся взглядом в коленки и о чем-то сосредоточенно думал, кто-то шептался с соседом, играл с телефоном. Монотонно звучал голос ведущего, поблескивал самоцветами его наперсный крест. Слабо мерцала электрическая лампадка...
    И вдруг шепот стих, люди замерли в предельном внимании и напряжении. Протоиерей демонстрировал кадры психической атаки из "Чапаева". Образы девушки с пулеметной лентой, вышагивающего со стеком и сигарой офицера на фоне черных шеренг в мгновение ока заставляли забыть о надуманном рассказе. Дробь беснующихся барабанов взорвала сонную атмосферу кинозала. Люди на мгновение погрузились во что-то истинное и святое, что было сказано когда-то в детстве. Экран снова погас, а я внутренним зрением еще продолжал видеть надвигающегося на зрителя всадника с шашкой и в развевающейся черной бурке.
    А ведущий продолжал "развенчивать мифы". И белые-де в "психические" атаки не ходили, и мундиров черных у них на этом фронте не было. И Анка с Петькой смешны и жалки со своей любовью у пулемета (простолюдины, что с них взять...). Но не показана была трагедия их любви в киношедевре братьев Васильевых. И не рассказал протоиерей о смерти прототипов Анки и Петьки — Маруси Рябининой и Петра Исаева. Вспомним Фурманова: "... Бьется полк у Заглядина, на берегу Кинеля. Был по цепям приказ: приступом взять вражьи окопы. Окопы на том, на крутом берегу... Как только метнулась команда — кинулась в волны, в первой цепи Маруся Рябинина... И первая пуля — в лоб Марусе. Выскользнула скользкой рыбкой винтовка из рук, вздрогнула Маруся, припала к волне, вспорхнула кожаными крыльями комиссарки и грузно тиснулась в волны, а волны дружно подхватили, всколыхнули теплый девичий труп...". "А Петька остался на берегу до конца и, когда винтовка стала не нужна, выстрелил шесть нагановских патронов по наступающей казацкой цепи, а седьмую — в сердце. И казаки остервенело издевались над трупом этого маленького рядового...". Рассказ о белых можно было бы закончить, если показать этих "интеллигентов", рвущих в бессильной ненависти тело мертвого, но не сдавшегося врага. Или покать того снайпера, целящего в лоб девушки.
    Но протоиерей вел рассказ дальше — русская женщина на войне. Показан тыловой госпиталь белых (фильм Г.Рябова), сестры милосердия с кобурами на ремнях выходят покурить на крылечко. "Девочки, — зовет подруг старшая сестра голосом бандерши в публичном доме, — смотрите, краснюков ведут!" По зимней дороге ведут раздетых пленных красноармейцев. Ведьмы в белых передниках выхватывают револьверы и безжалостно расправляются с пленными. Священник их не осуждает, ведь чего только не выпало их долю, как ведь они от красных страдали, бедные.
    А какие все белые были "денисы давыдовы", просто шарман. Сцена из "Бега": генерал Чарнота не встает из-за стола (а в город уже врываются красные!), пока не доиграет в вист. Вот-де даже омский парнишка Михаил Ульянов (сам не интеллигент) сумел от кого-то услышать "о доблестях, о подвигах, о славе" и талантливо передал образ белого героя. И невдомек ведущему, что на этих белых и можно-то смотреть лишь потому, что их играют великие актеры Советской страны — Ульянов и Дворжецкий, Евстигнеев и Высоцкий.
    Однако время позднее, пора и честь знать. Ведущий подводит итог: русский народ был в массе не прав, не поддержав белых (их протоиерей сравнил с библейскими пророками, не понятыми избранным народом), поддался на гнусные призывы большевиков, вернулся в первобытное состояние, разрушил великую державу, отрекся от царя-батюшки.
    На беду, ведущий предложил задавать вопросы. Какая-то дама поинтересовалась, а правильно ли белые генералы поступали, когда шли служить в гитлеровский вермахт. И тут Остапа понесло... Горячо и надрывно (но все же помня об антиэкстремистском законе) протоиерей стал доказывать, что русский народ фактически проиграл войну, выиграв ее, а немцы-де выиграли, и после поражения — избавились от тоталитаризма и стали цивилизованными людьми. Что Власова и власовцев он не осуждает, отвергнув советскую присягу, они искупили свою вину за 17-й год, когда предали государя. И если б англо-американские союзники совместно с германцами малость Власову бы подсобили, он бы и Россию сделал цивилизованной страной.
    А так на семьдесят лет страна погрузилась во тьму, люди и не жили-то в ней как люди. И даже парад Победы провести не смогли. Мол, не должен был парадом командовать Жуков, "погубивший миллионы солдат", а знамена к Мавзолею тоже бросать было не логично. Вот в Лондоне был парад так парад. Там по разложенному на площади нацистскому полотнищу проехали инвалиды-колясочники и прошли солдатские вдовы. Вот где истинное христианское смирение и любовь к "малым сим". И ведь не понять рефлексирующему "интеллигенту", что венчать величайшую трагедию нашей страны мог лишь фантасмагорический парад с белоснежными конями и алыми стягами, бесконечными колоннами марширующих солдат и превратившим ночь в день салютом сотен орудий. А инвалидов и вдов заслуживает туманный Альбион...
    Наконец, затянули "лазаря", видимо в честь павших белых бойцов. Спешно выйдя из кинозала, я, не оборачиваясь, пошел прочь.
Ответ
#25
МУЗЕЙ ИУДЫ

.
..имеется у Иуды немало почитателей
и последователей, которые говорят,
будто он один правду знал и до конца постиг тайну измены.

Ю. Квицинский, «Иуды»

Признаюсь Вам, уважаемые читатели, ни на миг не сомневался, что рано или поздно на нашей Земле возникнет музей обер-Иуды генерала Власова. Подкрепляет мою уверенность, скажем так, весь ход исторического развития нашей страны. Правда, думалось, что пощадят они все-таки стариков-ветеранов, дадут им уйти с этой земли. Но нет, не дадут. Как сообщили крупнейшие новостные агентства в ближайшие дни (видимо, к 9 Мая), в селе Ломакино на Нижегородчине откроется дом-музей самого известного уроженца этих мест - генерала Власова.

Некий предприниматель (имя его остается пока неизвестным широкой публике) купил у дальней родственницы деревянный дом, где родился и вырос будущий генерал-предатель. Впрочем, предателем Власова весьма «уважаемые» СМИ стараются не называть. Он теперь - «Андрей Андреевич» (при том, что И.В. Сталин, Г.К. Жуков и даже почему-то А. Гитлер - все даже без инициалов. Впрочем, и Сам Господь Бог у них все еще именуется с маленькой буквы). А еще предателя именуют теперь «опальным генералом», «героем СССР» (?! - К.Е.), «смелым и умным полководцем», «талантливым военачальником». Факт его службы в вермахте не замалчивается, но намеренно мифологизируется. Вот обозреватель респектабельных «Аргументов и Фактов» (N9 от 25 февраля 2009 года) некий Савелий Кашницкий пишет: «Власов находился в непростых отношениях с нацистскими военачальниками, не раз критично высказывался о политике фашистов (например, осуждал убийство мирных граждан и геноцид евреев), не носил немецкую военную форму, предпочитая «сталинский» френч». Здесь не все правда. Власов действительно находился в «непростых отношениях» со своими новыми хозяевами, которые (как доктор Геббельс) называли его «русиш-швайном» и «недочеловеком». Носил он немецкий генеральский мундир без знаков различия и немецкую же медаль «Знак отличия для восточных народов». А с последним утверждением, дражайший Савелий Ефроимович, и вовсе не согласятся ваши соплеменники - тысячи жертв восстания в Варшавском гетто, казненные власовскими карателями.

А уж как обрадовались наши скинхеды, воспроизводя на своем интернет-сайте «Национал-социалистический портал «Свободная Россия»» распечатки репортажей государственного (!) 5-го телеканала. Правда, и от себя кое-что добавляют про Андрея Андреевича: «самый знаменитый герой Родины в новейшей истории», сначала командовавший «сталинской бандой «Вторая ударная армия»», а затем «героически сражавшийся с красной чумой».

Все вышеперечисленные эпистолы, без всякого сомнения, займут достойное место в будущей экспозиции. В стеклянном шкафу выставят мундир генерала, на стенах развесят портреты солдат «Русской освободительной армии». Затеплят свечу в красном углу (ведь, по утверждению иных духовных отцов, Власов был истинным христианином: воевал с безбожной Соввластью, имел духовника, да и учился одно время в семинарии). Над входом повесят власовское знамя (запамятовал, знамя какого государства оно так напоминает?). Будет и лекторий, там ветераны РОА и их молодые подпевалы будут «вспоминать минувшие дни», а, возможно, и в гитлерюгенд принимать детишек ломакинцев. Да, забыл, по сообщению все того же неутомимого 5-го канала, в Ломакине и мемориальную плиту ставить собираются. Вношу рацпредложение - объявить конкурс на лучшую надпись. Приз - неизменные тридцать сребренников.

Как говорил В.И. Ленин: «формально - нормально, а по существу - издевательство». Нормально, потому что в  капиталистическом государстве никто не подвергает сомнению «право священной частной собственности» безвестного предпринимателя делать в своем доме все, что заблагорассудится. Конституция вроде как признает «идеологическое многообразие». Да вот незадача - не так давно президент Дмитрий Медведев что-то говорил о недопустимости переоценки истории Второй мировой. А в законе о противодействии экстремизму что-то сказано о недопустимости пропаганды нацизма. Это я так, подкидываю идеи нижегородскому Комитету участников войны. Говорят, старики собрались на экстренное заседание. Говорят, поклялись не допустить открытия музея Иуде...

К. ЕРОФЕЕВ

От редакции Дуэли. Проскочило сообщение, что от идеи музея Власову предприниматель отказался.

А президент Медведев возложил венок к памятнику Маннергейму... По телевизору нас «утешили»: Путин тоже возлагал.
`
Источник
Ответ
#26
Дом-музей предателя Родины
Земляки генерала Власова не против появления экспозиции в его честь?


Нижегородские ветераны написали прошение президенту Дмитрию Медведеву. Они назвали «грязной провокацией» намерение открыть в Гагинском районе музей генерала Власова и просят главу государства «не допустить оскорбления памяти павших в Великой Отечественной войне».

Дом, где родился командующий Русской освободительной армией, до сих пор сохранился в селе Ломакино. Андрей Власов появился здесь на свет в 1900 году, 13-м ребенком в семье. Сначала учился в духовной семинарии, потом пошел добровольцем в Красную армию, став одним из самых успешных военачальников (был трижды принят лично Сталиным), а потом – и самым знаменитым дезертиром Великой Отечественной войны. Повешен в 1946 году.

Теперь в этой пятистенной избушке за покосившимся забором живет бывшая учительница, 86-летняя Александра Кузнецова. Ее сын поначалу не хотел продавать дом, но потом уступил. Смена собственника на житье-бытье Александры Федоровны не повлияла. Она будет спокойно коротать здесь свой век по договоренности с новым собственником. Кому именно принадлежит теперь жилище, ее особенно не беспокоит: приезжали какие-то городские. Кузнецова говорит, что Власова даже помнит. Хороший был мужик, красивый, военная форма ему шла. Последний раз приезжал в село в 1940 году.


Новым хозяином домика на улице Садовой стало НПО «Синь России». В структуру объединения входит Пешеланский гипсовый завод «Декор-1», расположенный в соседнем Арзамасском районе. Предприятие занимается развитием местного туризма – приобретает и реставрирует в округе объекты, которые могут представлять туристический интерес вне рамок конкретных исторических концепций. Например, усадьбу военного теоретика и историка барона Антуана-Анри Жомини, построенную и дарованную ему Александром I, и дом-музей деда Владимира Ленина – Николая Ульянова. В шахте завода на глубине 70 метров создан единственный в России подземный музей горного дела и спелеологии, на самой территории разбит зоосад с павлинами, куропатками, белыми лебедями, а в сквере перед предприятием к 55-й годовщине создания первой советской водородной бомбы установлен памятник ее создателю правозащитнику Андрею Сахарову.

Дом Власова новые владельцы приобрели с прицелом на будущее и покупку пока не афишируют. Они планируют когда-нибудь устроить музей, считая генерала заметной исторической фигурой. Тем более, что пока не опубликованы архивы закрытого суда над Власовым, правда о нем до конца неизвестна. В последнее время в печати появились версии, будто Власов был советским разведчиком. И существует миф: вместо него повешен другой человек, а его самого видели живым-невредимым.

Однако новость о желании открыть музей Власова вызвала возмущение среди ветеранов Великой Отечественной войны. «Бизнесмен, предпочитающий быть инкогнито, выкупил дом предателя… Мы, пролившие кровь на полях сражений, не можем допустить такого святотатства. Открытие данного музея даст возможность странам, претендующим на звание победителя во Второй мировой войне, исковеркать мировую и отечественную историю и осквернить имя России, ассоциировав его с именем предателя Родины», – пишут ветераны в прошении президенту Дмитрию Медведеву. «Попытка реабилитировать этого человека, будто он боролся против Сталина, а не против народа, это безобразие, – считает председатель Совета ветеранов Великой Отечественной войны Нижнего Новгорода Николай Дунюшкин. – Стреляли-то власовцы в нас, а не в Сталина». «Давайте забудем и вообще не будем говорить, что был такой человек», – призывает председатель нижегородского Совета ветеранов ВДВ Лев Нахамес.


А в Ломакине к открытию музея относятся скорее положительно. Говорят, может быть, село их тогда хотя бы благоустроят. Сейчас село становится знаменитым, сюда стали наведываться гости – журналисты. О самом генерале-изменнике здесь почти никто уже не знает. Хотя в округе ломакинцев еще много лет после войны звали власовцами.

Источник
Ответ
#27
Цитата:Так что безо всякой идеализации - не всё было гладко и идеально - так никогда не бывает! И идеальных обществ на земле нет, и пока не приедвидится.... но СССР (особенно Сталинский) объективно был самой лучшей страной на Свете! И имел перспективы к дальнейшему развитию...
но случилось (и втом есть наша вина!) что мы всё это просрали! И продолжаем просирать уже сам ШАНС на Жизнь наших потомков...
Серьезно сколько тебе лет..Если меньше 30 то я рад..Есть кому поднять знамя за Россию.. :d

Ответ
#28
ГЕНРИХ ГИММЛЕР: РУСИШ ШВАЙН ВЛАСОВ!

Теперь мы обнаружили русского генерала Власова. С русскими генералами дело особое. Наш бригаденфюрер Фегеляйн взял в плен этого русского генерала. Я гарантирую вам, из почти каждого русского генерала мы сможем сделать Власова! Это будет стоить неслыханно дешево. А этот русский, которого мы взяли в плен, нам вообще ничего не стоит. Он был командующим одной ударной армией.

Наш бравый Фегеляйн сказал своим людям: попробуем-ка пообращаться с ним так, будто он и взаправду генерал! И лихо встал перед ним по стойке смирно: «Господин генерал, господин генерал!». Это ведь каждому приятно слушать. И здесь это тоже сработало. Все-таки этот человек как-никак имел орден Ленина за номером 770...

Итак, с этим генералом обращались должным образом, ужасно вежливо, ужасно мило. В соответствии со своими особенностями, славяне охотно слушают, когда им говорят: «Это вы знаете намного лучше нас», - любят быть любезно выслушанными, немного подискутировать. Этот человек выдал все свои дивизии, весь свой план наступления и вообще все, что знал.

Цена за эту измену? На третий день мы сказали этому генералу примерно следующее: то, что назад вам пути нет, вам, верно, ясно. Но вы - человек значительный, и мы гарантируем вам, что, когда война кончится, вы получите пенсию генерал-лейтенанта, а на ближайшее время - вот вам шнапс, сигареты и бабы. Вот как дешево можно купить такого генерала! Очень дешево. Видите ли, в таких вещах надо иметь чертовски точный расчет. Такой человек обходится в год в 20 тыс. марок. Пусть он проживет 10 или 15 лет, это 300 тыс. марок. Если только одна батарея ведет два дня хороший огонь, это тоже стоит 300 тыс. марок.

Но опасно делать из славянина большую политическую программу, которая в конечном счете может обернуться против нас самих. Во всем этом деле пропаганды Власова я испытывал большой страх. Вообще-то я не пессимист, да и возбуждаюсь редко. Но это дело показалось мне опасным.

Оно показалось мне опасным в тот самый момент, когда я стал получать от немецких солдат письма, в которых говорилось: мы недооценивали русского человека. Он - не робот и не ублюдок, как мы знаем из нашей пропаганды. Это - не знающий порядка народ, который подвергается угнетению. Мы должны привить ему национал-социализм и создать русскую националистическую партию. У русских есть свои идеалы. А тут подоспели идеи г-на Власова: Россия никогда не была побеждена Германией; Россия может быть побеждена только самими русскими.



Из речи перед рейхсляйтерами и гауляйтерами в Познани, 6 октября 1943 г.

«Вечерняя Москва», N243, 2005


Источник

Ответ
#29
Борясь с фальсификацией истории, Минобороны РФ заявило, что в начале Второй мировой войны виновата Польша


[Изображение: i?id=6750183&tov=5]

Российские силовики с энтузиазмом включились в объявленную на самом высоком уровне борьбу с фальсификацией истории «в ущерб интересам России». В результате на официальном сайте Минобороны появился текст, из которого следует, что виновником начала Второй мировой войны является Польша.

Текст под названием «Вымыслы и фальсификации в оценках роли СССР накануне и с началом второй мировой войны» (можно скачать в формате .rtf) находится в разделе «История против лжи и фальсификаций». Автор – начальник научно-исследовательского отдела военной истории Северо-Западного региона РФ Института военной истории Министерства обороны, кандидат исторических наук полковник Сергей Николаевич Ковалев, сообщает газета «Время новостей».

Он пишет буквально следующее: «Все, кто непредвзято изучал историю второй мировой войны, знают, что она началась из-за отказа Польши удовлетворить германские претензии. Однако менее известно, чего же именно добивался от Варшавы А. Гитлер. Между тем требования Германии были весьма умеренными: включить вольный город Данциг (ныне Гданьск) в состав Третьего рейха, разрешить постройку экстерриториальных шоссейной и железной дорог, которые связали бы Восточную Пруссию с основной частью Германии. Первые два требования трудно назвать необоснованными. Подавляющее большинство жителей отторгнутого от Германии согласно Версальскому мирному договору Данцига составляли немцы, искренне желавшие воссоединения с исторической родиной». яяя

И далее: «Стремясь получить статус великой державы, Польша никоим образом не желала становиться младшим партнером Германии». Поэтому Германия аннулировала германо-польскую декларацию 1934 года о дружбе и ненападении. Упрекает автор и западные демократии, которые «создавали у польского правительства необоснованные иллюзии, что в случае войны они окажут Варшаве необходимую помощь».

Как отмечает обозреватель «Времени новостей», за такую трактовку в современной Германии (где нет никакой комиссии по борьбе с фальсификации истории, а есть только ведомство по защите конституции) полагается как минимум жесткое административное взыскание. Немецкое ведомство по защите конституции обычно проявляет интерес к попыткам таким образом трактовать историю второй мировой: мол, виновата Польша, Германия ни при чем, Гитлер выдвигал вполне законные требования, Польша могла бы их и удовлетворить вместо того, чтобы упираться и втравливать своих серьезных и благопристойных соседей в преждевременный конфликт. С современной официальной точки зрения германских властей, это очень похоже на оправдание режима, существовавшего тогда в Германии и давным-давно по суду признанного преступным, отмечает автор газеты.
http://www.polit.ru/news

Коммент
Минобороны россиянии ведет инфо-войну против России ?
Ответ
#30
Власов-урод , РОА - поганцы.Да и флаг наш уродский , власовская тряпка ><.
Разведка , Родина и Честь!
Мы отправим Вас к любому Богу на Ваш выбор!
За священные идеи социализма!
Ответ


Перейти к форуму:


Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)