Форум Общественного Движения 9 Мая
Сколько жизней заплачено за рыночные реформы ? - Версия для печати

+- Форум Общественного Движения 9 Мая (https://9e-maya.org/forum2)
+-- Форум Общий форум (https://9e-maya.org/forum2/forum-3.html)
+--- Форум Экономика (https://9e-maya.org/forum2/forum-33.html)
+--- Темы: Сколько жизней заплачено за рыночные реформы ? (/thread-930.html)

Страницы: 1 2


Сколько жизней заплачено за рыночные реформы ? - Искра - 11-06-2009

Мне очевидно, что курс на «рынок» и «рыночные реформы» оказался на деле инструментом уничтожения и ликвидации советской и российской государственности, которая является формой жизни уникальной тысячелетней российской цивилизации.

И за это всё нам уже пришлось немало заплатить. Пятнадцать лет, прошедших с момента развала СССР, отбросили нас на столетие назад, демографические трудности позднесоветского периода были переведены в демографическую катастрофу и многие миллионы человек были принесены в жертву молоху «рыночных реформ».

Данная точка зрения даже сегодня разделяется (пусть про себя, не вслух) далеко не всеми. Но если ещё пару лет назад за подобные мысли можно было запросто схлопотать клеймо «красно-коричневого» и патриота, то теперь в целях защиты «реформ» и соответствующего им курса изобретена новая риторическая фигура: обвинять сторонников указанной позиции в непатриотичности и даже отрицании России.

Так, например, директор Института этнологии и антропологии Российской академии наук (РАН), член–корреспондент РАН, бывший председатель Государственного комитета России по национальной политике, а теперь ещё и член Общественной палаты Российской Федерации Валерий Тишков убеждён, что никакой демографической катастрофы в России нет.

«Всё это, - по мнению Тишкова - лживые мифы или плохая наука, или плохая экспертиза». С его точки зрения «есть серьезные демографические проблемы, есть некоторое сокращение населения…, но квалифицировать это как вымирание русских мы, ответственные люди, не должны».

И, наконец, абсолютно неправильно, с точки зрения члена-корреспондента РАН, «в интерпретации неблагоприятной демографической ситуации… увязывание ее с реформами».

Данное мнение подробно изложено В.А. Тишковым в статье «Отрицание России» в журнале «Отечественные записки», № 1, 2005 год (http://magazines.russ.ru/oz/2005/1/2005_1_20.html), а также высказано им в эфире передачи Первого канала «Времена» 16 октября 2005 года.

В основе такой точки зрения лежат два утверждения.

Первое состоит в том, что потери населения являются минимальными: «Не случайно, при постоянных ссылках на цифру 500–700 тысяч «вымирающих» в год, в 1989–2002 годах население страны сократилось менее чем на два миллиона человек и оказалось на два миллиона больше, чем предполагал Госкомстат России» (http://magazines.russ.ru/oz/2005/1/2005_1_20-pr.html#t9 ).

Во втором утверждении указывается, что демографические беды у нас в стране начались не в 90–х годах, а ещё в советский период. И это правильно: уже в середине 60–х рождаемость в стране снизилась до уровня простого воспроизводства, а смертность стала расти, хотя и в очень незначительной степени.

А вывод В.А. Тишкова таков: «Нынешнее снижение рождаемости в России имеет давние корни … и не связано с реформами» (http://magazines.russ.ru/oz/2005/1/2005_1_20-pr.html#t9 ).

Вывод, заметим сразу, вовсе не очевидный. Более того - логически неграмотный. Оттого, что рождаемость начала снижаться давно, вовсе не следует, что темп падения и абсолютные показатели падения рождаемости к настоящему времени были бы теми же без так называемых реформ 90-х годов.

Аргументы кажутся Тишкову настолько убедительными, что все суждения о наличии в России демографической катастрофы он так прямо и предлагает рассматривать как «Отрицание России» (именно так названа его статья), «ибо неадекватность восприятия российских реалий, кризис понимания жизни в России обретает не просто драматический, но и явно разрушительный для страны характер». А людей, которые имеют иную, чем у него точку зрения, он считает «адептами демографической катастрофы», «глашатаями кризиса».

Поскольку автор данной статьи является безусловным «адептом» и «глашатаем», то хотелось бы возразить вновь объявившемуся защитнику России Валерию Александровичу. Да и попадать в «отрицатели России» с его подачи не хочется.

Возьмём, к примеру, статью трёхлетней давности «Тенденции и причины смертности населения России во второй половине XX века». Профессиональная репутация авторов этой статьи, демографов В.Н. Крутько и Т.М. Смирновой, является безупречной. В статье чёткие выводы на основании исчерпывающей статистики и её анализа.

Так вот, с их академической (не публицистической!) точки зрения, «Россия в настоящее время относится к числу стран с наиболее неблагоприятными тенденциями в области выживаемости населения. Острота демографической ситуации последнего десятилетия в России не имеет аналогов ни в предшествующей истории нашей страны, ни в других странах, в том числе и переживших в ХХ веке серьезные социальные потрясения».

Если это не катастрофа, то что тогда катастрофа?

Далее. Авторы считают, что «в целом характер динамики смертности в 1985-2000 гг. позволяет говорить о ее выраженной социально-экономической детерминированности». То есть демографическую катастрофу с необходимостью следует СВЯЗЫВАТЬ ИМЕННО С «РЕФОРМАМИ».

Вот только два из нескольких заключений авторов: «Последствия структурной перестройки российского общества оказались наиболее тяжелыми для возрастной группы 40-49 лет (как мужчин, так и женщин). Такой вывод хорошо согласуется с результатами  исследований Бреннера, в котором, в частности, было установлено, что в случае падения спроса на рабочую силу с определенным уровнем и характером профессиональной подготовки наибольший риск попадания в ситуацию непрерывного снижения социального статуса характерен для лиц средней и старшей части трудоспособного населения (от 40 лет и старше). Там же отмечено, что следующей по степени тяжести мишенью структурной безработицы является молодежь, имеющая профессиональную подготовку, спрос на которую падает, или же происходящую из семей, ориентированных на труд в сокращаемых сферах деятельности. Этот эффект также подтверждается динамикой смертности российской молодежи в период после 1991 г., в особенности девушек 15-19 лет и мужчин 20-24 лет… и позволяет высказать следующие предположение: Одно из наиболее негативных последствий реформирования российского общества заключается в резком росте смертности молодежи, следовательно, в ухудшении и без того тяжелой ситуации с рождаемостью» (Цитируем по: «Вестник Санкт-Петербургской государственной медицинской академии им. И.И. Мечникова», - 2003 г., N3).

Прямо называет произошедшее после развала СССР демографической катастрофой автор изданного в 2002 году учебного пособия «Демография»  В.М. Медков: «В 90-е гг. особенно резко обнаружился комплекс негативных явлений в сфере семьи и воспроизводства населения: снижение численности населения страны впервые за последние пятьдесят лет, нарастающий отрицательный естественный прирост, резкое падение рождаемости, рост смертности и снижение средней продолжительности предстоящей жизни, рост разводимости и падение брачности и т.п., острота которых дает основание говорить о вступлении России в эпоху демографической катастрофы».

Более того, в этом учебнике Медков прямо утверждает: «Нужно признать, что Россия переживает демографическую катастрофу. Нужно признать, что речь идет о самом существовании нашей страны. Если спокойно наблюдать происходящее, если лишь объективистски фиксировать проценты убыли населения и падения рождаемости, утешая себя тем, что в этом отношении мы – в одном ряду «со всем прогрессивным человечеством», как это можно наблюдать в Шестом ежегодном демографическом докладе «Население России. 1998», то можно смело ставить крест на только на демографическом будущем России, но и свободе и демократии в нашей стране».

Так что можно, конечно, демонстрируя психотерапевтическую озабоченность обеспечением комфортности сознаний у населения, и далее отрицать наличие катастрофы и не объявлять чрезвычайную демографическую ситуацию. Но по существу это значит согласиться с исчезновением русских из истории, поставить на себе и на стране крест.

Перейдём всё-таки к числам. Ведь споры про то, катастрофа или нет, связано это с «реформами» (проще, с чудовищно неравномерным распределением государственной собственности) или нет и, главное, вымирает ли страна или нет, в конечном счёте, должны опираться на числа – прежде всего, количество тех, кто неестественно ушёл из жизни («убыл», как говорят статистики) в пик реформенных 1990-х годов.

Сначала «поверим» директору академического государственного института Тишкову и переписи: мол, в 1989–2002 годах население страны сократилось менее чем на два миллиона человек.

Пусть так. Но, скажите, как выглядят эти цифры в сопоставлении с тем, что произошло в эти же годы в той стране, на которую нас всё время призывают равняться – в США.

А там за 1990-е годы население выросло на 32,7 миллиона человек.

Между прочим, это равно более чем половине сегодняшнего населения Франции или Великобритании и двум населениям всей нашей Сибири и Дальнего Востока.

То есть у нас население сокращалось с темпом в 0,6 процента, а в США увеличивалось с темпом в 1 процент.

К 2030 году средний (то есть не оптимистический и не пессимистический) прогноз Бюро переписей США даёт уже более 363 миллионов населения США, то есть, как гордо заявила «Вашингтон пост» в первом номере за этот год, увеличение с 2000 до 2030 года населения США НА ТРЕТЬ.

На фоне того, что происходит в США, вряд ли возможно назвать нашу демографическую ситуацию иначе, чем катастрофой. А сами эти заокеанские темпы роста населения – приговором нам. Окончательным и не подлежащим обжалованию.

Однако это мы взяли за отправную величину формулировки Валерия Тишкова и тех, кто составляет выгодные интерпретации переписи и статистики в целом.

Но верить им нельзя. И в малом, и в большом.

В малом, потому что хотя тот же Валерий Александрович в своих печатных публикациях не забывает указать, что на самом деле эти «менее чем два миллиона» получились из-за того, что «вновь прибывающее в страну население», т.е. мигранты, «почти наполовину компенсировало естественную убыль», но в окончательных формулировках у него всё равно получается, мягко выражаясь,  некорректное заключение.

В самом деле, когда он торжествующе утверждает, что «при постоянных ссылках на цифру 500–700 тысяч «вымирающих» в год, в 1989–2002 годах население страны сократилось менее чем на два миллиона человек и оказалось на два миллиона больше, чем предполагал Госкомстат России» (http://magazines.russ.ru/oz/2005/1/2005_1_20-pr.html#t9 ), то сопоставлять он эти цифры не имеет никакого права!

Ведь его «менее двух миллионов» касается итогового баланса населения, в которой уже смешано собственное население  Российской Федерации и население, приехавшее в страну извне, т.е. иммигранты. А вымирание (без кавычек) касается исключительно собственного населения и в любом официальном госкомстатовском справочнике  как раз и приводятся эти цифры и даже не в 500 – 700 тысяч, а 800 и больше тысяч убыли собственного населения в год.




Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 11-06-2009

Вот официальная статистика по так называемому «естественному движению населения (в тыс. человек)» из сборника Федеральной службы госстатистики (Росстат)  «Россия в цифрах - 2005 г.»:

[Изображение: c04e208a6112.jpg]

Колонка с кокетливым показателем «Естественный прирост, убыль (-)» специально выделена мною жирным шрифтом.

Посмотрите, какие там 500 – 700?!. 800 – 900 и более действительно вымирающего населения в год!

И эти тенденции всё продолжаются, а официозные сообщения о подобных убылях продолжают оставаться уныло однообразными.

Так, на период с 1 ноября 2004 года по 1 ноября 2005 года сокращение населения составило, согласно Росстата, 615,7 тысяч человек (на 0,43%), причём сокращение численности населения происходило из-за естественной убыли населения, а увеличившийся миграционный прирост на 12,0% компенсировал численные потери населения.

Или ещё одно официальное сообщение: «Население Российской Федерации за первые девять месяцев 2004 года уменьшилось на 552,7 тысячи человек. Об этом сообщается в докладе Федеральной службы госстатистики РФ, передает РИА «Новости». И так далее и тому подобное.

Отсюда ирония Тишкова по поводу «постоянных ссылок на цифру 500–700 тысяч «вымирающих» в год» представляется если не кощунственной, то, вне всяких сомнений, странной.

Если же всё это не очевидно для директора российского академического института, призванного заниматься ключевой гуманитарной проблематикой, то это ясно как день тем же, к примеру, австрийцам и американцам.

«Русские вымирают», основываясь на официальной государственной статистике Российской Федерации и на  документах Правительства РФ утверждала 1 марта 2001 года австрийская газета «Die Presse»  (перевод данной статьи опубликован на сайте ИноСМИ.Ru  - http://www.inosmi.ru/translation/144412.html )

Или американская «Christian Science Monitor» за 18 апреля 2002 года помещает статью «В России складывается угрожающая демографическая ситуация», где между прочим утверждается, что «население России, еще 10 лет назад составлявшее 149 млн человек, ныне сократилось до 144 млн» (http://www.inosmi.ru/text/translation/143598.html ).

Вряд ли уж корреспонденты солидных СМИ являются тамошними партнёрами здешних «адептов демографической катастрофы» и «глашатаев кризиса».

Так же как, ещё пример, и знаменитая РЭНД корпорация. Правда, возможно она сознательно выступила против Валерия Тишкова, мужественно защищающего Россию от клеветы и «отрицания», опубликовав в 2001 году доклад с анализом демографических изменений 1990-х годов в РФ «Зловещая демография: тенденции народонаселения в Российской Федерации» («Dire Demographics: Population Trends in the Russian Federation, Julie DaVanzo, Clifford Grammich, 2001 - http://www.rand.org/publications/MR/MR1273/, также см. «Dire Demographic Trends Cast a Shadow on Russia's Future» - http://www.rand.org/publications/RB/RB5054/).

В докладе на основании официальной российской статистики и исследований одного из самых ведущих НИИ мира в области демографии французского Национального института исследований в области демографии (Institut National d’?tudes D?mographiques), ясно утверждается: «Россия теряет собственное население каждый год, начиная с 1992 года, когда пик численности её постоянного населения составил 148,4 млн человек. А в конце 2000 года численность российского населения упала до 145 млн с потерей более чем 3 млн человек за восемь лет» («Russia has lost population every year since 1992, when its resident population peaked at 148.4 million (Institut National d’?tudes D?mographiques [INED], 2000). By late 2000, the Russian population had dropped to 145 million, a loss of more than 3 million in eight years…»).

К счастью, таким же агентом РЭНД корпорации, австрийских и американских газет, органов государственной статистики РФ, наконец, является Президент В.В. Путин, который 8 июля 2000 года в своём первом Послании Федеральному Собранию  заявил о том, что «уже несколько лет численность населения страны в среднем ежегодно уменьшается на 750 тысяч человек».

И Путин, оказывается, тоже против патриота Тишкова и среди «отрицателей России».

Демографы В.Н. Крутько и Т.М. Смирнова в упоминаемой нами статье справедливо пишут про то, что «методологический уровень, на котором происходит обсуждение демографических проблем российского общества и путей их преодоления, следует признать далеким от необходимого».

Но даже с поправкой на невозможность для занятого на основной работе директора института РАН повышать свой методологический уровень, трудно вообразить, что могло его подвигнуть на смелое численное сопоставление убыли населения страны и общего баланса с учётом всех факторов и, главное, въезда в страну населения из других стран.

Ведь это же примерно то же самое, что сравнить метры и килограммы и написать заключение по типу того, что «при постоянных ссылках на цифру 500–700 тысяч метров количество материала сократилось менее чем на два килограмма и даже оказалось на два килограмма больше».

Это фундаментальное лукавство следует учитывать и делать отсюда правильные выводы. Главный из них состоит в том, что демография является, вспомним «дедушку Ленина», наукой не абстрактно научной, а абсолютно «партийной». Кому не нравятся ссылки на Ленина, могут слово «партийный» заменить на более нейтральное «ангажированный».

Партийность или ангажированность того же Валерия Тишкова обнаруживается на таких вот простых моментах, когда он ради того, чтобы не допустить осознание населением России происходящей демографической катастрофы и принудить сознание населения требовать «поощрение иммиграции», готов запросто делать то, за что в первом классе не страшно ставить жирную двойку - сравнивает численные значения разных величин.

Или на заседании Клуба Кожаного дивана 23 ноября 2003 года (http://www.cmnews.ru/news.asp?t=1&nid=2486&nd=15&nm=1&ny=2006 ) он сначала сформулировал и обосновал тезис о том, что численность населения в 21 веке не является критически значимой для существования страны, а потом, доказывая крайнюю необходимость для России миграции, легко и не менее убеждённо стал доказывать, что вся наша страна должна работать на привлечение мигрантов, потому что в мире идёт борьба за мигрантов, в частности, по его словам, между ЕС и РФ и что, стало быть, нужно отбросить все сомнения и броситься в схватку буквально за каждого мигранта.

Я не собираюсь обсуждать научную добросовестность члена-корреспондента РАН В.А. Тишкова. Судить об этом не мне, а его коллегам – членкорам и академикам РАН. Однако очень трудно сдержаться и не отметить лукавство и/или чудовищное насилие над логикой, которые демонстрирует Валерий Александрович и его немногочисленные, но сверхактивные, надо заметить, соратники по «партии» - сплочённой группировке тех, кто из кожи лезет, чтобы не дать обозначить наше вымирание как катастрофу и чтобы забить в головы населения идею о том, что только мигранты спасут Россию (http://www.kroupnov.ru/5/191_1.shtml ).

Лидерами этой необъявленной партии являются, наравне с Тишковым, демограф Анатолий Вишневский и экономист Евгений Ясин. Все они являются статусными и имеющими доступ к подготовке государственных решений людьми.

Вот их кредо в лапидарном изложении.

«… Замедлить или прекратить сокращение населения России может только реализация стратегии активного привлечения иммигрантов. Предполагающий такую стратегию  стабилизационный вариант прогноза говорит о том, что для стабилизации численности населения России на уровне начала XXI века необходимо уже сейчас обеспечить, наращивая примерно до середины века, очень высокие объемы нетто-миграции в Россию» (Вишневский А.Г. Альтернативы миграционной стратегии - декабрь 2004 года,  http://www.globalaffairs.ru/events/3369.html ).

«Германия, Франция, Италия, Великобритания, многие другие вполне благополучные страны, пользующиеся уважением и именуемые великими державами и так далее, они имеют меньше населения, чем, скажем, Индия, Китай или Бразилия, ничего, живут. С моей точки зрения более важно не то, чтобы иметь надутые мускулы, много народу, много территорий. С моей точки зрения важно, чтобы люди жили богато, страна была хорошо оснащена, быстро развивалась, и над этим стоит работать» (Интервью научного руководителя Государственного Университета "Высшая Школа Экономики» Евгения Ясина Нателле Болтянской -  Радиостанция «Эхо Москвы», 03.01.2006, -  http://echo.msk.ru/interview/40958/index.phtml ).

Фундаментальной задачей для этой «партии» является и доказательство того, что демографическая ситуация в России является естественной, закономерной и не вызвана политическим курсом 1990-х годов, называемого «реформами» и сегодня уже однозначно определяемого как неолиберальный фундаментализм.

Демография для них – одна из главнейших сейчас областей знания, поскольку она выступает критерием осмысленности и человечности «реформ», неолиберального курса. Отсюда и абсолютно идеологическая, никак не связанная с наукой задача представить дело так, будто бы человеческая цена «реформ» является если не нулевой, то минимальной. Отсюда и «менее двух миллионов» Валерия Тишкова.

Более того, демография при правильном обращении с нею может ещё служить и переводом стрелок с «реформ» 1990-х на «страшное коммунистическое прошлое».

Однако всем этим сказкам сегодня приходит закономерный конец.

Никакая политтехнологическая и псевдонаучная изощрённость не могут скрыть основополагающего факта новейшей истории – человеческая цена «реформ» 1990-х годов оказалась гигантской и абсолютно сопоставимой с теми жертвами, которые страна принесла в гражданскую войну, в 30-е годы или в Великую Отечественную войну.

Теперь пришло время отойти от официальных данных (хотя даже они старательно олукавлены членом-корреспондентом РАН). Пора перейти к реальным потерям и цифрам.

Выдающийся русский мыслитель Вадим Валерьянович Кожинов, всегда отличающийся аналитической дотошностью и интеллектуальной добросовестностью, нашёл достаточно простой и надёжный способ оценить реальную убыль собственного населения Российской Федерации за 1990-е годы. Вот его подсчёты:

«К концу 1989-го насчитывалось 20,7 млн. детей и подростков в возрасте от 8 до 17 лет, которые к концу 1999 года должны были стать взрослыми. Однако взрослое население увеличилось за это время всего лишь на 0,3 млн. человек. А это значит, что страна потеряла за «ельцинское» десятилетие 20,4 млн. человек — 18,9 % взрослого населения!

Люди, знакомые с демографическими проблемами, могут предположить, что такое увеличение смертности объясняется старением населения, то есть значительно большей долей пожилых людей в 1989 году (чем в 1979-м). Но это не так: люди 50 лет и старше составляли в 1979 году 43,1 % взрослого населения, а в 1989 — 37,8 %; люди 60 лет и старше — соответственно 24,1 и 21 %.

Кто-либо может высказать мнение, что больше потери обусловлены эмиграцией из РФ, но факты говорят о преобладании как раз иммиграции в РФ из стран СНГ, и, значит, потери скорее даже больше, чем 18,9% взрослого населения.

Чтобы правильно понять и оценить эти потери, обратимся еще раз к 30-м годам. В начале 1929 года взрослое население СССР насчитывало 85,8 млн., а в начале 39-го людей 28 лет и старше было 68,6 млн. Таким образом, за десять лет умерли 17,2 млн. человек — 20% взрослого населения, — то есть почти та же доля, как и в 90-х годах (18,9 %)!

Итак, «деколлективизация» 90-х обошлась почти в ту же «цену», что и коллективизация, голод и репрессии 30-х!

… «Цена» политико-экономического курса 30-х годов столь же страшна, но нельзя не видеть различие двух периодов. Как признал недавно президент Путин, валовой внутренний продукт (ВВП) РФ за 90-е годы снизился в 2 раза; между тем за 30-е годы ВВП СССР вырос более чем в 3 раза!» (Вадим Кожинов: «Единожды солгав...», - «Завтра» N 40 (357) 3 октября 2000 г.).

Разумеется, всё это можно объявить, как это скопом и делает В. Тишков «лживыми мифами или плохой наукой, или плохой экспертизой».

У Валерия Александровича Тишкова и у той «партии», которую он представляет, вне всяких сомнений, мифы являются нелживыми, а наука и экспертиза – хорошими.

Вот только заплативших своей жизнью за то, что эти самые хорошие наука и экспертиза идеологически обеспечивают и обслуживают, - не вернёшь.

Да и платить ещё придётся очень долго. Особенно если неолиберальным преступлениям не будет дана надлежащая оценка и курс страны по-прежнему будет задаваться в пределах всё тех же «нелживых мифов».


Источник


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 11-27-2009

Как именно вымирает Россия

СССР - Россия. Часть первая, про демографию

Постоянно в самых разных местах наблюдаю горячие споры, в СССР было лучше жить или в России. Чаще всего в таких спорах слышно лишь аргументы из серии "А вот я..", "А вот моя мама..", "А вот моя бабушка". Причем "аргументы" такие звучат с обеих сторон и звучат крайне горячо, а спор в целом заканчивается ничем. Потому что найти компромисс между двумя абсолютно разными жизненными опытами не получается.

До простой же мысли, что при одном строе лучше живется одним, а при другом строе - другим, дойти удается лишь немногим. Непосильная это задача, не для среднего ума.

Впрочем, несмотря на подобную субъективность личного опыта, всегда можно вычленить что-то общее для большого количества людей. Какие-то параметры, по которым можно определить масштабы и направление общественных изменений. И даже прикинуть, кого больше: тех, кому стало жить хуже, или тех, кому стало лучше.

Сделать это помогает статистика.

Статистика, конечно, штука неоднозначная, не зря ее часто обзывают неприличными словами. Но все же при аккуратном анализе из статистических данных можно извлечь много интересного.

Собственно, определенное мнение и определенные знания о событиях последних десятилетий у меня есть. Но всегда хотелось посмотреть на конкретные цифры, пощупать их, повертеть по-всякому. А относительно недавно нашел на сайте Госкомстата статистический ежегодник. А точнее два - от 2008 и от 2009 года. Но разбираться интереснее в первом. Потому что во втором считается, что России до 91-года не было, да и вообще слабенький он получился, пустой почти. Зато там есть самые свежие данные, практически уже кризисные.

В сборниках много всего интересного, но пока будет затронута лишь первая часть, самая простая, которая называется:

Основные социально-экономические характеристики Российской Федерации.

А точнее - та ее часть, которая касается непосредственно демографии. Увы, пришлось все дробить на части из-за ограничений на длину поста.

Вот достаточно хорошо известные данные по численности населения.

[Изображение: 16780_001.jpg]

[Изображение: 16780_02.png]

Население страны за 13 лет сократилось на шесть с половиной миллионов человек. Скорее всего, на самом деле цифра эта больше, так как по логике изменений пик численности населения должен приходиться где-то между 90-м и 95-м годами. До этого же момента население только росло, причем большими темпами - около 1 миллиона человек в год.

Такому резкому перелому может быть ровно одно объяснение - резкое ухудшение уровня жизни большей части населения страны. Люди не уверены в завтрашнем дне и не хотят рожать детей.

Есть, впрочем, и еще одна причина, менее значительная. Это смена ценностей общества. Но и эту причину, вместе с первой, можно считать прямым результатом экономических и политических преобразований, проводимых во времена Ельцина-Горбачева.


Тут стоит отметить важное. Пока мы тут на протяжении 20 лет умирали и не рождались, к нам мощным потоком лились из-за границы мигранты. Которые отчасти компенсировали смертность и маскировали процесс депопуляции.

Для учета этого можно использовать параметр Естественный прирост, который показывает чистую разницу между рождаемостью и смертностью.
[Изображение: url%5D]

Даже сложив числа лишь за имеющиеся годы, начав с 1995-го, получим убыль населения более 7,5 миллионов.
Более точную оценку можно получить с помощью интерполяции на отсутствующие в статистике годы. Например, кубической, которая выглядит так:

[Изображение: 16780_04.png]

Получатся следующие цифры (разумеется, очень и очень приблизительные):

[Изображение: 16780_01.jpg]

Если их сложить, получается, что естественная убыль населения за 1992-2008 годы составила около 13,5 миллионов (подсказывают, что есть точная цифра - 12,7 миллионов. промазал чуток). Это, повторюсь, очень приблизительная оценка, которая может оказаться как завышенной, так и заниженной.

Впрочем, в любом случае цифра очень даже впечатляющая. Лучше справился, пожалуй, только Гитлер, уничтожив 27 миллионов советских граждан. Только вот Гитлер, даже уничтожив миллионы людей, не смог убить в жителях страны волю к жизни. И через считанные годы после войны они уже смогли восполнить эти потери.

Сейчас же все наоборот. Нет никакой войны, нет никаких резких перемен к худшему. Но население страны опустило руки и продолжает вымирать. На то же, что в рамках существующего строя произойдут какие-то революционные перемены к лучшему, никто особо не надеется.

Теперь об упомянутых выше мигрантах:


[Изображение: 16780_05.gif]

Подчеркну, что вот эти 650 тысяч в 95-м году, это не число приехавших, а чистый прирост, то есть с учетом тех, кто уехал.

О чем же говорит столь резкое увеличение потока мигрантов? Да все о том же, об огромном масштабе социальных перемен. Разумеется, основная часть этого потока мигрантов, это не немцы или австралийцы, а граждане бывших советских республик. Есть мнение, что массово ломанули они сюда не из-за того, что здесь стало сильно хорошо. Скорее у них там стало гораздо хуже.

Есть еще интересный параметр, структура населения. Здесь стоит напомнить достаточно очевидный факт, что трудоспособное население пополняется из тех, кто младше трудоспособного возраста, и при этом кормит тех, кто младше и тех, кто старше. В России структура населения выглядит так:

[Изображение: 16780_06.gif]

или так

[Изображение: 16780_07.png]

а для большей наглядности можно отобразить долю каждой части в процентах, кому как больше нравится

[Изображение: 16780_08.png]

Синим цветом тут показана молодежь, желтым - старики. Красным, соответственно - трудоспособное население.

Видно, что молодежи стало примерно в полтора раза меньше, а стариков стало примерно в полтора раза больше.
Трудоспособного населения тоже стало больше. Очевидно, что это следствие демографического роста конца 80-х, плоды которого теперь доросли до 18 лет. Также очевидно, что это увеличение - не надолго, потому что пополняться трудоспособному населению неоткуда. За демографическим ростом конца 80-х идет демографическая яма 90-х. И даже если сейчас вдруг в результате эффективной демографической политики (откуда только ей взяться?) вдруг начнется безумный всплеск рождаемости, то результаты его проявятся примерно через 20 лет.

Выглядит все это не очень оптимистично, эдакая демографическая болезнь страны. Причем, давно и старательно запущенная.

Источник


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 02-01-2010

Ельцинский голодомор

О какой тирании и людоедстве можно говорить, когда лишь в подмосковном Зеленограде в девяностые люди десятками умирали от голода?

И эти люди обвиняют Сталина «в голодоморе»?

«один из авторов этой статьи проинформировал Гайдара о том, что в Зеленограде наша медицина зафиксировала 36 смертей из-за голода. На это Гайдар ответил просто: идут радикальные преобразования, с деньгами сложно, а уход из жизни людей, неспособных противостоять этим преобразованиям, — дело естественное». (Лужков и Попов о Гайдаре)


Если цифра голодных смертей в Зеленограде
(36 человек за два месяца) близка к средним по стране
(а скорее всего по стране то выше, так как не столицы всё таки)
то в год это 1000 человек на миллион жителей примерно.

То есть по стране - 150 000 голодных смертей за год.
Это огромная цифра для мирного времени -
при том, что накануне в стране два года подряд
собирались высокие урожаи зерновых,
и продовольствие в стране физически в наличии было.

Я не говорю уже про стадо (и молочное и мясное)
60 миллионов голов КРС (сейчас из них осталось двадцать),
которые тогда (пока ещё) ещё и молоко давали -
и давали существенно больше чем сейчас.

Обеспеченность страны продовольствием в начале 90-х
на душу населения была примерно вдвое выше
характерных цифр «голодоморных» 30-х годов.

И тем не менее – реформаторы заморили за несколько лет
несколько сот тысяч человек только голодом –
не считая добавочной смертности от болезней
развивающихся на фоне недоедания.

И эти люди обвиняют Сталина «в голодоморе»?

Вы хотя бы отдалённо представляете себе,
сколько бы «не вписавшихся в рынок» у них умерло,
если бы еды в стране физически было вдвое меньше.

Хотя «рыночный» ответ очевиден.
Неэффективная половина, которой не хватает –
(семьдесят миллионов) - просто должна бы была сдохнуть …

Источник


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 02-04-2010

90-е под западным прицелом: Кто убивал Россию?

В 2009 году, 31 января, один из ведущих западных журналов «Ланцет» опубликовал статью молодого оксфордского социолога Дэвида Стаклера о влиянии массовой приватизации на резкое повышение смертности активного мужского населения в странах Центральной и Восточной Европы.


[Изображение: pshenic.jpg]

Кроме самой приватизации, под которой англичанин понимает передачу 25% госсобственности в частные руки, также учитывались тенденции развития смертности в период «до» начала реформ, доходы населения, особенности систем здравоохранения, роль общественных организаций и союзов в социальной адаптации, уровень взаимовыручки и поддержки и много еще каких интересных параметров. Группой социологов, которой и руководил Стаклер была прослежена динамика смертности с 1989 года по 2002 год на всем постсоциалистическом пространстве Европы и бывшего СССР. Итог исследования группы Стаклера был неутешительным: значительный рост смертности, особенно в России начала 1990-х годов является результатом «шоковой терапии», о котором постсоветские поколения знают отнюдь не понаслышке.

Рост безработицы на 56% привел к резкому увеличению смертности на 12,8% в среднем во всех странах постсоциалистического лагеря среди мужчин трудоспособного возраста (от 15 до 59 лет). В странах, в которых переход от «социализма» к «капитализму» проходил мягкими, последовательными этапами, например, Албания, Хорватия, Чехия, Польша и Словения, наоборот, мужская смертность снизилась на 10% при росте безработицы 2%. А в России с 1991 по 1994 год рост безработицы составил более 305%, и, соответственно, мужская смертность чуть ли не мгновенно увеличилась на 42%.

Словом, основной задачей исследования авторского коллектива англичан, было определение ведущей экономической причины в резком увеличении смертности среди работоспособного мужского населения пост-социалистического пространства. Оставим пока в покое эту исходную посылку исследователей, несмотря на то, что сам Дэвид Стаклер в Оксфорде занимается структурой и динамикой взаимовлияния экономики и общественного здоровья, - термин, имеющий скорее метафорическое измерение в России, чем какую-то научную ценность.

Не прошло и года, как в том же журнале «Ланцет» появилась статья Скотта Гельбаха из университета Висконсина и Джона Эрла, ведущего экономиста мичиганского Института проблем занятости им. Апджона. Вся статья направлена как раз против выводов Дэвида Стаклера и соавторов, - новое, более строгое, детализированное социологическое исследование не подтверждает немедленное и резкое увеличение смертности среди мужского населения в результате шоковой терапии, приватизации госсобственности. Да, утверждают оппоненты, безработица может отрицательно сказываться на состоянии здоровья, но, налицо очень слабые доказательства того, что приватизация в России способствовала росту безработицы. Более того, хотя вынужденное увольнение может негативно сказаться на здоровье человека, нет никаких очевидных свидетельств того, что приватизация крупных предприятий в постсоветской России сопровождалась серьезной утратой статуса или массовыми увольнениями.

Джеффри Сакс, американский архитектор «шоковой терапии» на постсоциалистическом пространстве тоже упоминается авторами «опровержения» исследования Дэвида Стаклера. «Ведущий» экономист-терапевт сетует, что полемический характер исследований англичан не выдерживает серьезного и должного... эпидемиологического анализа. Иными словами, оценивать резкий скачок смертности в постсоветской России в самом начале 1990-х годов, не учитывая тенденций динамики смертности и, повторю - это замечательно, - эпидемиологической карты регионов - невозможно.

Действительно, как можно оценивать связь между приватизацией и смертностью, не рассматривая отдельно большую и малую приватизацию, т.е. динамику роста смертности в госсекторе и в сфере малого бизнеса. Если, уверяют Скотт Гельбах и Джон Эрл посмотреть не на средний «процент смертности» в условиях приватизации, а на динамику смертности в секторах и сферах экономики, как это не покажется парадоксальным, на первый взгляд, в малом бизнесе постсоветской России смертность росла темпами даже более высокими, чем в госсекторе (да, малый бизнес отстреливал тогда своих конкурентов сразу, а давление рэкета на частных предпринимателей оправдывало ожидания самого больного воображения). А ведь именно малый бизнес, частные собственники были заинтересованы и обеспечивали социальные пособия, лечение, отдых и т.д. своих работников. Да и временной интервал между проведением приватизации и скачком смертности среди работоспособного мужского населения был отнюдь не таким быстрым и скорым, как утверждает Дэвид Стаклер. Едва ли стоит упоминать и о том, утверждают критики Стаклера, что проникновение иностранного капитала в страну, то есть, приватизация иностранцами государственных предприятий ведет, наоборот, как минимум, к 10% увеличению рабочих мест (например, в Румынии).

Словом, по мнению Скотта Гельбаха и Джона Эрла, эффект от массовой приватизации в России был крайне позитивным. Ну, а динамикой уровня безработицы и многолетней реструктуризацией экономики при анализе роста смертности среди активного населения можно пренебречь. Заметим, к слову (хотя могли бы и пренебречь), что по данным ООН, которые цитирует обозреватель «The Washington Post» Джордж Ф. Уилл в апреле прошлого года, «смертность мужчин в России в три-пять раз выше, а женщин - в два раза выше, чем в странах на сходной ступени развития, и через десять с небольшим лет численность трудоспособных россиян будет ежегодно сокращаться на 1 млн. человек, а общая численность населения в 2030 году составит всего 115 млн. человек».

* * *

Но, безусловно, говорить о динамике смертности в России в начале 1990-х годов без наших отечественных экспертов и специалистов невозможно. Вот, например, что пишет о демографической динамике в 1990-е годы директор Института Демографических исследований Виктор Белобородов: «За последние пятнадцать лет (1992-2006 гг.): естественная убыль населения России - составила 11 790,6 тыс. человек; положительный миграционный обмен (т.е. компенсация естественной убыли за счет миграционного прироста) - как показывают расчеты, составил 5 468,2 тыс. человек. Первое пятилетие депопуляционного периода (1992 - 1996 гг.) завершилось с превышением числа умерших над числом родившихся на 3 423,8 тыс. человек.

Смертность в эти годы превысила рождаемость в 1,49 раза. Вклад внешней миграции, лишь маскирующей, как было отмечено выше, истинную демографическую картину, в этот период составил 2 937,7 тыс., сократив тем самым размер итоговой убыли до 486,1 тыс. человек.

Так, в 1992-м и 1994-м гг. замещающий эффект внешней миграции фактически скрыл убыль населения в размере 1 093 тыс. человек, создав тем самым у отдельных представителей властной бюрократии убежденность, что «никакого демографического кризиса у нас нет
».

Собственно, не только отдельные представители отечественной бюрократии могут беззаботно грезить «великим будущим» страны, пренебрегая несущественной естественной убылью населения, но и западные эксперты могут «на чистом глазу», после проведенного анализа, рекомендовать экономическое чудо - «шоковую терапию» для лечения любых стран, страдающих недугом коммунизма или авторитаризма. Никаких побочных эффектов: никакого немедленного скачка смертности в результате приватизации 25% госсобственности. ..


Прим ред. сайта ДЗВОН. Сязь массовой гибели людей в 90-годы и дальнейшего вымирания населения России  с неолиберальными реформами и особенно с грабительской  приватизацией общенациональной собственности - несомненна. Об этом писали многочисленные авторы на нашем сайте. Так только за три первых года реформ, - сообщила академик Т.И.Заславская, - умерло одних лишь мужчин -12 миллионов человек. А по оценкам многих экспертов, общая смертность от реформ составила около 25 миллионов граждан или выше. По данным из доклада завкафедрой демографии МГУ профессора Анатолия Антонова (РИА «Новости», 11.07.2007), зачитанного им во время телевизионного моста Новосибирск-Пекин, население РФ уменьшилось со 148 миллионов в 1991 году до 120 миллионов в 2007, т.е. на 28 миллионов, в среднем в год уменьшалось на 1 млн. 250 тысяч человек.

Источник


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 03-04-2010

[Изображение: 18440_02.jpg]
Референдум о сохранении Союза, 1991


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 03-30-2010

Как уничтожали экономику России

Разрушение отечественной экономики шло по гениальному в своей простоте сценарию, который начал осуществляться руками бывшего премьера Егора Гайдара и разных Председателей Правления Центрального Банка.

Вспомним главные картины этого сценария.

2 января 1992 года
– Гайдаровский отпуск цен. Цены увеличиваются в 13 раз. Деньги на счетах предприятий уничтожены. Рассчитываться предприятиям с поставщиками и рабочими нечем. Что делать? Нужно идти в банки за кредитами.

Что в это время происходит в банках?


1 января 1992 года ставка рефинансирования Центрального Банка (ЦБ) установлена в размере 20% годовых (телеграмму об установлении таких ставок подписал тогдашний Председатель ЦБ Матюхин Г.Г.). Это означает, что стоимость кредитов в коммерческих банках составляет 22-25% годовых (коммерческие банки выдают кредиты, как правило, выше ставок рефинансирования ЦБ). Это дорогие кредиты, но что делать, надо брать, иначе предприятиям работать невозможно – денег у них нет вообще. Долго ли была такая высокая ставка? Нет.

Уже 10 апреля 1992 года она стала ещё выше – 50% годовых, что сделало кредиты вообще недоступными для промышленности и сельского хозяйства (телеграмму об установлении таких ставок подписал всё тот же Председатель ЦБ Матюхин Г.Г.). Этого показалось мало.

С 23 мая 1992 года ЦБ установил ставку рефинансирования на уровне 80% годовых.

С 30 марта 1993 года новый Председатель ЦБ Геращенко В.В. повысил ставку до ломовых 100% годовых (Центральному Банку надо было и лицо соблюсти, не показывая предприятиям явно, что их просто уничтожают – отсюда и такая «плавность» подъёма ставок). Предприятия не имеют средств платежа и останавливаются, работники перетекают в класс «мешочников» и уличных торговцев бананами и трусами.

Далее следует ряд повышений ставки ЦБ под руководством того же Геращенко В.В., и 15 октября 1993 года ставка рефинансирования достигает 210% годовых. На практике это вылилось в коммерческие кредиты по ставке 230%. Такие ставки уже очень плохо «переваривают» даже фирмы типа «купи-продай» с почти моментальным оборотом капитала. Промышленность и сельское хозяйство, как Вы понимаете, уже лежат на боку и еле дышат – финансовая сфера для них недоступна.

Далее следуют некоторые колебания ставок рефинансирования, но вплоть до 19 августа 1996 года они не опускаются ниже 100% годовых. Такими методами промышленность и сельское хозяйство были основательно разрушены уже к 1994 году, а к 1996 году мы имеем работу, в основном, только сырьёдобывающих отраслей. Небольшое оживление промышленности начинается после дефолта 1998 года и повышения курса доллара, что создало для нашей промышленности и сельского хозяйства небольшой защитный барьер от импортных товаров.

В этой связи возникает известный сталинский вопрос к каждому из наших «реформаторов»: «Вы дурак или враг народа?» Но дурак, видя плоды своей деятельности, всё же старается исправить ошибки. Здесь же налицо злой умысел с целью уничтожения промышленности и сельского хозяйства страны. Ущерб народному хозяйству в таких масштабах карается достаточно жёстко.

Всем «реформаторам» экономики нашей страны стоит серьёзно озаботиться своим будущим, так как этот вопрос может быть им задан ещё при их жизни.

Источник


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 08-01-2010

Новый сайт, посвященный жертвам развала СССР

Только что начал действовать новый русскоязычный интернет-проект, посвящённый жертвам либерализма и развала СССР. Вот ссылка на сайт:

Народный Трибунал. Сайт посвящен жертвам развала СССР

http://zasouz.ucoz.ru/

Каждый может зарегистрироваться на сайте и добавлять на него статьи и воспоминания о развале СССР, и о людях ставших жертвами этого исторического катаклизма.


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 12-21-2010

Женщина задушила ребенка и приняла яд

магнитогорск. В одной из квартир дома по улице Ворошилова были обнаружены тела 45-летней женщины и ее пятилетнего сына.


Как сообщили «Верстов.Инфо» в Орджоникидзевском МСО, трупы были обнаружены 17 декабря. На шее и предплечье женщины имеются резаные раны, на трупе ребенка – признаки механической асфиксии мягким предметом.

«В ходе обыска была обнаружена предсмертная записка, в которой женщина просила прощения у своей старшей дочери, - прокомментировал корреспонденту информагентства «Верстов.Инфо» заместитель руководителя Орджоникидзевского МСО Михаил Огнев. – На кухне была обнаружена жидкость в трехлитровой банке, предположительно яд, которая направлена на экспертизу».

Смерть женщины наступила от отравления неустановленным ядом, смерть малыша - от механической асфиксии. Следственным отделом возбуждено уголовное дело по части «а» и «в» статьи 105 УК РФ (убийство двух и более лиц).

Отметим, что незадолго до смерти женщина лишилась рабочего места, влезла в долги и не раз говорила о суициде и убийстве своего младшего ребенка, даже предпринимала попытки самоубийства.

http://www.verstov.info/news/criminal/12178-zhenshhina-zadushila-rebenka-i-prinyala-yad.html

Ну че тут скажешь – сама виновата, кто ж ей запрещал иметь успех и ни в чем не нуждаться. Это только в совке всем все было нельзя, а сейчас перед гражданином открыты все дороги, в том числе и к личному благосостоянию. Да и такое следует понимать: везде государству не поспеть, каждому лоху и лузеру сопли не утрешь. Хочешь жыть, умей крутиться, а у государства есть и первоочередные задачи, взять хоть ту же Олимпиаду, или Чемпионат Мира – они требуют жертв.

Источник


Re: Сколько жизней заплачено за «реформы» 1990-х годов? - Искра - 04-19-2011

Гайдарономика, как это было

[Изображение: 42013.jpg]

По оценке Счетной палаты, за 10 лет – с 1995 по 2005 годы – федеральному бюджету был нанесен ущерб более чем в 900 млрд. рублей. Это случилось из-за несправедливой приватизации: отсутствовало четкое описание активов, которые в подавляющем большинстве случаев были недооценены. А по данным МВД, с 1993 по 2003 годы было выявлено более 50 тысяч преступлений, связанных с приватизацией.

Металлургическая отрасль, которая приносила доход даже в эпоху разрухи, была продана за сущие копейки на так называемых «залоговых аукционах».

«Норильский никель» - 170 млн. долларов

«Новолипецкий металлургический комбинат» – 31 млн. долларов

«Мечел» - 13 млн. долларов

Другой гигант металлургической отрасли – компания «Северсталь» - достался Алексею Мордашову. 51% акций компании, владеющей огромным Череповецким металлургическим комбинатом, были распределены между работниками в 1993 году. Мордашов впоследствии различными способами получил полный контроль над компанией.

Таким образом, если не учитывать те акции, которые российские финансовые воротилы получили, купив у населения ваучеры, то российская металлургия ушла от государства за 214 млн. долларов. Учитывая инфляцию американской валюты, сегодня это примерно 311 млн. долларов. Смешные цифры. Один лишь Норникель сегодня стоит более 52 млрд. долларов. Всего же за годы своего существования Норникель заработал для своих владельцев более 23 млрд. долларов - таким образом, он окупился уже примерно в 130 раз. А Новолипецкий металлургический комбинат принёс свыше 11 млрд. долларов - его можно признать чемпионом по самоокупаесости: около 350 раз.

Нефтяная отрасль, до сих пор кормящая Россию, также была продана с чудовищной «скидкой».


«ЮКОС» - 159 млн. долларов

«Сиданко» (ныне ТНК-BP) – 130 млн. долларов

«Сургутнефтегаз» - 88,9 млн. долларов

ЛУКОЙЛ – 141 млн. долларов

«Нафта-Москва» (владела пакетами акций различных компаний, в том числе – нефтегазового комплекса) - 20 млн. долларов

Таким образом, российская нефтянка ушла с молотка за 639 млн. долларов, что в нынешних ценах – 927 млн. долларов. Сегодня столько стоит чуть более 1,5% акций ЛУКОЙЛа. Кстати, совокупная чистая прибыль ЛУКОЙЛа за все это время составила более 65 млрд. долларов. «Сургутнефтегаз» же заработал почти 34 млрд. долларов.

Становятся понятны масштабы пропасти между ценой продажи и теми доходами, которые государство упустило из своих рук.

Позже всех завершилась приватизация электроэнергетической отрасли. Один из главных идеологов «разгосударствления» экономики Анатолий Чубайс, многие годы являвшийся председателем правления РАО «ЕЭС России» успел аккурат до кризиса (к июлю 2008 года) продать практически все электроэнергетические активы более чем за 830 млрд. рублей. В ходе реформы холдинг был «распакован» на генерирующие, распределительные и сетевые компании. Условием распродажи были масштабные инвестиционные программы по строительству новых мощностей и сетей, однако разразившийся практически сразу кризис нарушил планы инвесторов. Многие компании обращались с просьбой отсрочить даты ввода новых объектов в эксплуатацию, стройки заморозили, компании начали просить у государства денег – и это при том, что изначально реформа предполагала избавление государства от трат. Не нарушились только планы по повышению тарифов для потребителей: за счет тарифов инвесторы должны были постепенно возвращать вложенные в строительство средства. Однако деньги возвращаются, а новые мощности вводятся крайне медленно.

Если в сырьевых и энергетических отраслях воображение потрясают суммы приватизации этих холдингов, то в машиностроении, еще одной из важнейших ветвей индустрии СССР, приватизация сопровождалась не только «поэзией цифр», но и потрясающими, достойными приключенческих романов, историями. Кстати, «раздербанивание» этой отрасли началось одним из первых.

Основные заводы в первые годы независимой России были акционированы. Этот процесс можно, пожалуй, назвать последней советской идеологической кампанией — в акционирование опытные директора заводов «вписывались» с поистине комсомольским энтузиазмом.

Именно так произошло на знаменитейшем Челябинском тракторном заводе. В 1992 году он получил едва ли не первое в стране свидетельство об акционировании, о чем руководство завода и области особо хлопотали в Москве. Уставной капитал завода был разделен по следующему принципу: 25% обычных и привилегированных акций были распределены среди трудового коллектива, 5% - среди менеджмента, 65% проданы на конкурсах и аукционах.

Однако выпустить акции и распределить их — еще не значит обеспечить себе контроль над активами. Этот урок «красным директорам» начала 90-х пришлось выучить на себе. На ЧТЗ, как обтекаемо пишут в справочниках, «из-за просчетов на начальном этапе менеджмент не сумел установить контроль над предприятием». Попросту говоря, выпуская акции и наделяя ими менеджмент и трудовой коллектив, руководители заводов не подумали о возможных спекулянтах, которые могут путем скупки миноритарных пакетов стать в одночасье хозяевами положения. На ЧТЗ таким удачливым спекулянтом стал предприниматель Василий Кичеджи, в конце нулевых работавший в московском правительстве главой департамента транспорта и связи. В 1995 же году он скупил близкий к блокирующему пакет и с учетом полученных в доверительное управление акций добился смены руководства.

Ответный ход со стороны обиженных на Кичеджи руководителей области наступил, однако, довольно быстро. Когда в России разразился экономический кризис 1998 года, заводу Кичеджи просто не стали помогать — и уже в этом же году на предприятии было введено конкурсное производство, официально завершенное только в 2006 году. Его итоги до сих пор оспариваются в судах, а юридическое лицо ЧТЗ сменилось.

При этом цены, по которым в первой половине 90-х годов можно было «консолидировать миноритарный пакет», поражают воображение своей незначительностью. Поражали и тогда — например, в мае 1993 года компания «Биопроцесс» выиграла общероссийский аукцион по продаже акций АО «Уральский завод тяжелого машиностроения» («Уралмаш») за приватизационные чеки. Компания, которую контролировал известный предприниматель Каха Бендукидзе, получила 18% акций завода и купила на рынке еще 4%. Гигантский завод, флагман советского тяжпрома, Бендукидзе приобрел за 700 тысяч тогдашних долларов (примерно 1,07 млн долларов нынешних). Сам бизнесмен тогда признавал, что «за одну тысячную стоимости купил его».

Даже при тогдашней весьма либеральной законодательной базе некоторые приватизационные сделки проводились на грани, а также за гранью фола. Таков случай «Северной верфи» в Санкт-Петербурге. Когда в 1992 году на пока еще государственном судостроительном заводе «Северная верфь» были заложены эскадренные миноносцы для Военно-морского флота России, данный проект полностью финансировался из государственного бюджета. Однако при приватизации верфи находившиеся в постройке корабли не были переданы на баланс государства, как это следовало по законам, а достались предприятию-двойнику со схожим названием АО «Судостроительный завод «Северная верфь». Его учредителями выступили физические лица, не имевшие к заводу никакого отношения. Вместе с остальным имуществом гигантской верфи.

Результатом этой операции явилось то, что государство потеряло деньги, которые за эсминцы перечислил купивший их уже в нашем столетии Китай. В 2003 году по делу «Северной верфи» было возбуждено уголовное дело. Очевидно, произошедшая «гениальная комбинация» была уже чересчур даже на фоне остальных эпизодов приватизации в России.

Что касается пищевой промышленности, здесь действовали аналогичные схемы, но с одной весьма значительной поправкой: в отличие от продукции большинства отраслей машиностроения, в 1990-е годы продукты питания были гарантированно ликвидным товаром, и бизнес на них с самого начала планировался как работающий, а не «ликвидационный».

Модельным предприятием для приватизации в «пищевке» стал Лианозовский молочный комбинат. Построенный незадолго до краха СССР, но при этом уже нуждающийся в модернизации, завод был акционирован в 1992 году, а к 1994-му прочно сросся с корпорацией «Вимм-Билль-Данн». Немедленно после прихода на завод частного известора предприятие было жестко санировано (проведено некоторое сокращение штатов, были сброшены с баланса неприбыльные детский сад и дом отдыха), часть оборудования попросту ушла в металлолом. Однако экономические показатели неизменно внушали оптимизм, и завод по-прежнему остается одним из лидеров отрасли. Достаточно удачная финансовая биография холдинга пришла к логическому завершению в 2010 году, когда основным владельцем ВБД примерно за 5 млрд. долларов стала компания Pepsico.

По-другому складывалась судьба основного конкурента Лианозовского завода на рынке пакетированных соков — холдинга «Лебедянский». Основным владельцем холдинга был и остается депутат Госдумы Николай Борцов, которому (вместе с сыном Юрием) принадлежат 67% акций. Борцова можно назвать одним из хорошо адаптировавшихся к современности «красных директоров», что вполне коррелирует с общим более патриархальным укладом Черноземного региона России.

Итак, судьбы приватизированных в 1990-х годах предприятий сложились по-разному. Однако лишь меньшая часть из них, как Лианозовский молочный комбинат и сырьевые гиганты, выжила и успешно развивается. Куда более типичным является сценарий быстрого или медленного развала предприятий, которые их собственники либо «не потянули» развивать, либо сочли это экономически невыгодным. Во многом именно плоды приватизации Россия сейчас пожинает в виде разваленного военно-промышленного комплекса, авиа-, а теперь и автомобилестроения.

«Крупнейшими плательщиками дивидентов государству в 2000-м году были «Газпром» (1271,8 млн. руб.), «Лукойл» (356,8), РАО «ЕЭС «России» (300,3), ТНК (287,5), «Роснефть» (200), Славнефть (187,4), ТВЭЛ (151,9), «Алроса» (86), аэропорт «Шереметьево» (75), - отмечает всё тот же Борис Миронов. - Итого, самые богатые компании России, вышедшие из-под государственного управления, «связывающего по рукам и ногам», «душащего творческую мысль свободного предпринимательства», «не допускавшего малейшей инициативы», и обретшие, наконец, ту рыночную независимость, которая позволяет им широко и во всей полноте демонстрировать преимущества частного хозяйства, дали российской казне за тот год 2 млрд. 916 млн. 700 тыс. руб. Теперь внимание: доход России от одного только совместного российско-вьетнамского (государственного!) предприятия «Вьетсовпетро» составил за тот же год 12 млрд. 10 млн. руб. Что, «Вьетсовпетро» - супергигант мирового масштаба, больше Газпрома, РАО «ЕЭС», Лукойла, «Роснефти»… вместе взятых? Нет, конечно, это сравнительно небольшое по сравнению с вышеперечисленными гигантами, предприятие, добывающее нефть у берегов Вьетнама. Причина проста. Подписанный еще в советские времена и не пересмотренный ныне договор между СССР и Вьетнамом, а также позиция вьетнамской стороны таковы, что не позволяют никаким чубайсам ни скрывать, ни прятать где-нибудь в оффшорах российскую часть прибыли, не позволяют под предлогом «неэффективности» государственного управления собственностью приватизировать российскую долю этого совместного предприятия. На примере «Вьетсовпетро» легко представить, какие невероятные, немыслимые деньги воруют крупные российские компании, «крысят» их и тащат за границу».

За один только 1994-й год потери государственной казны от приватизации, по данным Контрольно-бюджетного комитета Госдумы РФ, составили 1 триллион 669 миллиардов неденоминированных рублей. Продав 46 тысяч 815 предприятий, Госкомимущество Чубайса дало казне менее 1 млрд. долларов, в то время как аналогичная приватизация в Чехии по объему в два раза меньше – 25 тысяч предприятий - принесла доход государству в 1,2 млрд. долларов — эти цифры стали одним из фундаментов мифологемы о «грабительской приватизации», и действительно — назвать их справедливыми трудно.

От «распродажи» крупнейших российских предприятий, стоимость которых по минимальной цене превышает 1 трлн. долларов, в казну поступило ... 7 млрд. 200 млн. долларов.

Примечательно, что время от времени выдвигались предложения компенсировать фактически ограбленному государству хотя бы часть средств, потерянных из-за приватизации. В частности, в декабре 2007 года в Госдуму вносили законопроект, согласно которому прибыль компаний, «подаренных» в ходе залоговых аукционов за 10 лет – с 1995 по 2005 годы – облагалась бы 20-процентным налогом. Государство могло получить таким образом около 1,5 трлн. рублей. Стоит ли говорить, что законопроект не прошел: чем больше денег – тем сложнее с ними расставаться.

http://svpressa.ru/society/article/42013/