Форум Общественного Движения 9 Мая

Полная версия: Суть современной медицины
Вы просматриваете упрощённую версию нашего контента. Просмотр полной версии с полным форматированием.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Нет полиса – плати деньги. Нет денег – умирай

[Изображение: med.jpg]

С 1 января вступили в силу новые законы, касающиеся системы здравоохранения.

Так, скорая помощь включена в программу обязательного медицинского страхования. Это значит, что, если человек, которому необходима срочная медицинская помощь, не имеет при себе полиса, он должен оплатить вызов. Минимальный счёт составляет 1435 рублей.

Также платными стали обращения к специалистам без направления и анонимное оказание услуг.

В законе сказано, что врачи, в случае если жизни пациента угрожает опасность, могут оказать ряд платных ныне услуг без взимания платы. Но, после того, как помощь оказана, медики должны будут доказать, что действовали таким образом, спасая человеку жизнь.

http://nikitushkinandrey.wordpress.com

православненько и духовненько  рашку продвигают
Проект "частной Скорой помощи" признали успешным

По сведениям газеты "Известия", проект передачи части карет Скорой помощи в собственность частным владельцам признан успешным и будет внедрен в 15 регионах нашей страны. В 2012 г. новую практику апробировали в 3 субъектах РФ.

Авторы инициативы предлагают передать на "аутсорсинг" перевоз больных в госпитали. Ожидается, что таким образом можно будет добиться более эффективного расходования бюджетных средств.

В правительстве РФ подчеркивают, что (ПОКА) пациентам платить за услуги "частников" не придется. При этом сторонники "приватизации" "Скорой" рассчитывают, что за счет привлечения частных фирм удастся сократить время, проводимое в дороге.

Местные власти Пермского края, Кировской области и Башкирии, где новую практику испытали в 2012 г., оценивают результаты эксперимента положительно. По мнению местных чиновников, конкуренция между фирмам-перевозчиками позволила существенно повысить качество оказываемых услуг.

Вместе с тем, как сообщают "Известия", в одном из регионов РФ финансирование проекта было задержано. Как следствие, компания, выигравшая конкурс, предоставила только 60 карет из 80.

http://top.rbc.ru/society/21/01/2013/841174.shtml
Власти Москвы организуют отдельную "скорую помощь" для платежеспособных граждан

[Изображение: 1a0c2f434b56.jpg]

Платные бригады «скорой помощи», которые начнут работать в Москве в этом году, будут обслуживать только владельцев полисов дополнительного медицинского страхования (ДМС). Об этом сообщает РИА «Новости» со ссылкой на первого заместителя руководителя столичного департамента здравоохранения Николая Плавунова.

«Появление бригад «скорой помощи», которые будут обслуживать граждан, имеющих ДМС, никак не повлияет на сроки приезда остальных бригад», - заявил Плавунов.

Ранее СМИ писали, что в Москве с 1 февраля текущего года на базе государственной «скорой помощи» появятся бригады, которые будут оказывать неотложную помощь за деньги. Заместитель мэра столицы по социальным вопросам Леонид Печатников сообщил СМИ, что такие бригады, возможно, будут приезжать быстрее бесплатных: их машины могут быть более комфортными, а врачи будут оказывать дополнительные услуги, не включенные в перечень обязательных.

По его словам, новые бригады будут созданы дополнительно, а телефон их вызова будет отличаться от телефона 03.

«Сейчас в Москве работает 1019 бригад. Новые бригады, обслуживающие граждан по ДМС, появятся сверх этого числа», - сказал Печатников.

В 2013 году появятся 20 таких бригад - первые начнут работу 5-7 марта.

Стоимость вызова платной «скорой помощи» пока неизвестна.

Тем временем глава департамента здравоохранения Москвы Георгий Голухов рассказал «Интерфаксу», что пациенты, которые вызывают «скорую помощь» за деньги, смогут сами выбрать, в какую больницу они хотят, чтобы их доставили.

http://forum-msk.org/material/news/9741535.html

Ясно - что бы не отвезли в морг нужно будет дополнительно заплатить.
А может уж тогда сразу скорую отменить?
[Изображение: RbsK_p3eFZ8.jpg]
Минздрав России решило отменить сроки приезда скорой помощи. Ранее это был 20-минутный норматив, хоят очень часто было так, что и в это время сотрудники скоро помощи не укладывались. Помимо всего теперь все пациенты, доставленные в приемные отделения больниц не будут помечаться в "Карте вызова" по времени. Исключить хотят и систематическую дезинфекцию санитарных машин - Полит.Ру

Многие эксперты утверждают, что такие нововведения повлекут за собой человеческие жертвы, ведь теперь бригада скорой помощи может опоздать на законных основаниях и например, прикрыться пробками.

Лариса Попович - директор Института экономики здравоохранения Высшей школы экономики заявляет, что поводов для беспокойства нет, а нужно всего лишь подогнать нормативы под социальные и географические условия конкретного субъекта федерации. И ввести систему поощрений за оперативную работу, вместо того, что наказывать за опоздания.

Как вам такие перестановки?
http://za-y-ac.livejournal.com/728551.html
"Социальное государство" на примере российской глубинки.


[Изображение: img_20130208_090202.jpg?w=345]

На днях был в диагностическом центре в Пензе, тот что на улице Красной, для консультации по двум направлениям, полученным мною в поликлинике села Русского Камешкира от терапевта и знакомого козла хирурга. Врачи меня проконсультировали, искренне благодарю, прописали препараты, дали выписки. Необходимо было сделать УЗИ, по совету врача, но оно оказалось платным, стоило 500 рублей, отказался, дорого.

И еще, мою медицинскую карту в очередной раз (второй) потеряли в данном диагностическом центре, а был я у них до этого 4 месяца назад.

А сегодня пришел в поликлинику села Русский Камешкир, хотел выписать препараты, прописанные врачами пензенского диагностического центра по льготному рецепту с учетом моей инвалидности (III группа), у хирурга. Он меня направил с данным списком в аптеку при Камешкирской поликлинике, в аптеке мне посочувствовали, сказав, что на текущий момент данных препаратов нет и заказ возможен только на следующей недели, далее посоветовали обратиться к специалисту из кабинета напротив аптеки по данному вопросу. Обратился к рекомендованному специалисту, милая девушка мне разъяснила, что заказать данные препараты она может, но не факт, что их привезут, т. к. недостаточно финансирования со стороны пензенского минздрава. Посоветовала мне спросить у хирурга есть ли возможность выписать данные препараты с учетом какого-то 890 закона (если не ошибаюсь). Вернулся к хирургу, медицинский работник, при хирурге, пояснил, что по 890 закону сейчас ничего выписать не удастся, т. к. всех средств, выделяемых на обеспечение выполнения данного законопроекта хватает максимум на два дня (из 30-ти!!!).

Мне посоветовали узнать в центральной аптеке нашего села, есть ли в наличии данные препараты. Если будут, то пообещали выписать.
Посетил сельскую центральную аптеку, в аптеке оказалось в наличии только 2 препарата из 5-ти, нужных мне, по одному из рецептов! Причем, наиболее дешевых.
Пошел в другую, уже коммерческую аптеку, там практически такая же картина, купил один препарат, который стоил всего 22 рубля. Хоть что-то.

А общая сумма по моим рецептам оказалась более 2 500 рублей.

Поразмыслив над такой ситуацией, когда в аптеке, при районной поликлинике!!!, нет в наличии необходимых препаратов и время их подвоза более одной недели, при этом нет уверенности, что их могут привезти из-за недостатка финансирования со стороны пензенского минздрава, решил пойти в отделение пенсионного фонда РФ в селе Русский Камешкир и написать заявление об отказе от социального пакета, предоставляемого инвалидам.

Для читателей поясню, социальный пакет оценивается приблизительно в 700 рублей в месяц, т. е. столько можно получать дополнительно к пособию по инвалидности, при отказе от данного пакета. Деньги не маленькие и их бы хватило на покупку необходимых лекарств без бюрократических процедур.

Очереди в районном отделении пенсионного фонда в этот раз большой не было. Передо мною была только пожилая пенсионерка. Когда дошла её очередь оказалось, что она пришла спростить насчет того, почему ей ветеранские платили раньше 1100 рублей, а теперь доплата только 300 рублей и пенсия у неё стала в пределах прожиточного минимума!!! Раньше была больше. Работник пенсионного фонда объяснил ей про данное изменение. Пожилая женщина, ветеран труда, уходила со слезами на глазах! Ничто так не рвет душу, как слезы детей и стариков.
Стариков, отдавших всю свою жизнь труду, труду на благо советской Родины, в то время, как современные скоты-буржуи и их приспешники в бочкаревском пензенском законодательном собрании толстосумов, лишают стариков доплат к и без того их нищенской пенсии.

Посочувствовал пенсионерке, разъяснив ей кто её “благодетели”. Очередь дошла и до меня. Оказалось, что отказаться от такого социального пакета можно, но… действовать отказ начнет только со следующего года!?!?! Причем, отказ необходимо написать до 1 октября текущего года! Вот так!

Ушел.

Что необходимо сказать на основании всего вышеизложенного? Да, пожалуй, вот что:

1. Обеспечение льготными препаратами не работает в должной мере и есть все признаки угрозы для здоровья и жизни граждан РФ.
Согласитесь, что получение необходимых препаратов инвалидами, да еще и через, минимум, неделю, может привести к резкому обострению заболевания, получению осложнений, или переходу заболевания в хроническую форму.
Кто знает, может быть кто-то и вовсе не доживет до счастливого дня получения препаратов по льготному рецепту.


2. Хитрая схема социального пакета в пенсионной системе РФ. Смахивает на хорошо прикрытую мошенническую схему по узаконенному отъему части денег у и без того нищей части населения РФ.

3. Урезание доплат и других социальных гарантий и без того нищим старикам ставит народное клеймо позора антинародной власти и её приспешникам!

http://nikitushkinandrey.wordpress.com
Работа "неотложки" скоро может быть парализована

Фельдшер скорой помощи Екатеринбурга рассказал, почему уже через два месяца работы по новой системе служба «03» может быть полностью парализована.


— Я пришел, чтобы изменить общественное мнение и отношение людей к скорой. Это очень опасный и тяжелый труд. Никто этого не понимает. Все думают, что они у нас одни, — говорит фельдшер Денис (имя изменено).

— Вы думаете, у вас получится?


— Я не уверен. Много и с нашей стороны косяков, много. Не скажу, что все из нас любят свою работу. Есть и те, кто, может, не своим делом занимается. Мы такие же обычные люди, как вы или вот товарищ фотограф.

«Товарищ фотограф» стоит в основном за его спиной, потому что Денис просит не показывать его лицо в кадре. Фельдшер уверен: за то, что он сейчас скажет, его уволят («То есть не конкретно за это. Найдут формальный повод, к которому можно придраться»).

— Мы тоже устаем, мы тоже болеем, мы тоже иногда бываем злыми, — продолжает фельдшер. — Нужно качественно делать свою работу. Я понимаю, что у многих злость копится, когда их близкие умирают и им не смогли помочь. Дети умирают… Люди считают, что у нас есть укол «от всего», и складывают с себя ответственность. У нас много таких ситуаций: приезжаешь, спрашиваешь: «Сколько болеете?» — «20 дней», —  «Куда обращались, что делали?» — «Никуда, купили антибиотики в аптеке». Вчера еще смерть была — до приезда бригады. У бабушки мерцательная аритмия. Гангрена легких.

— На ваших руках часто люди умирали?


— У меня было пять смертей на руках, — его глаза возбужденно горят. Только вчера отработал очередную смену и, похоже, до сих пор не пришел в себя. Поэтому на все вопросы отвечает быстро и четко, почти не задумывается.

— Тяжело было?


— Я всегда считал, что пациенты должны оставаться неназванными. Нельзя пациента и его горе в душу пускать. Иначе ты просто работать не сможешь. Его надо не жалеть, а спасать.

— А что делать, если не спас?


— Мы не боги. У каждого врача есть свое маленькое кладбище. Иногда оно большое, — говорит Денис.

Именно за это кладбище чаще всего и ругают врачей. А вот письмо от анонимного читателя: «13 февраля в 14 больнице умер ребенок от свиного гриппа, его ввели в кому, через день, не выходя из комы, ребенок умер. Ребенок был инвалидом с детства, ДЦП». Возможно, еще один ребенок на чьем-то кладбище. Есть еще многочасовые опоздания, врачебные ошибки, неправильно или не вовремя поставленные диагнозы.

Перед разговором Денис попросил меня зайти на портал «Фельдшер.ру», чтобы я могла увидеть нас, пациентов, глазами скорой. Здесь говорят о своей работе врачи неотложки из разных городов России. Когда читаешь сообщение на форуме, создается впечатление, что они каждый день участвуют в военных действиях.

«Я вот себе макарыча буду приобретать, а пока на вызовы с ножом хожу», — пишет один врач, его статус на портале — «молодой специалист». «Работа на «03» сама по себе достаточно грязная. Море крови, ведра пота. Если очень хочется, то в медицине можно найти работу и почище. Сидеть в больницах и есть казенную кашу. Правда, такого драйва, как на «03», уже не будет», — отвечает ему другой врач. Его статус — «профессионал».

Денис тоже подготовился к встрече — прочитал несколько наших новостей про скорую. Все статьи, которые он выбрал, почему-то оказались нелестными.

— Я читал одну из ваших статей, — деликатно начинает фельдшер. Взгляд устремляется в сторону. Выражение лица — строгое и отстраненное. — Там говорилось про опоздания. В комментариях — такой поток грязи! Журналисты всегда встают на сторону пациентов. Им проще показать социальную драму.

— В прошлом году я с 25-й бригадой ездила на смену. У нас есть репортаж про них — «Драйв или суровая реальность». В комментариях не только грязь. Есть и слова благодарности.

— Я видел разное отношение людей: от «вы суперспециалисты» до «вы — люди второго сорта». Люди относятся к нам потребительски. Нам говорят: «Вы обязаны нас вылизывать, вы просто уборщики». На прошлой смене трое малолеток заявили: «Почему вы нас с ног до головы не облизали?» — «А я вам, простите, кто?» — «Вы сами такую профессию выбрали». — «Я выбрал профессию — спасать людей».

Фельдшер говорит много, слова сопровождает нервными движениями рук. Часто перескакивает с одного предмета на другой («Вы простите, это потому что я много об этом думал»).

Пациенты нам говорят: «Вы обязаны нас вылизывать, вы — уборщики!»


Мы больше не оказываем неотложную помощь. Скорая попала в сферу оказания услуг. Пациенты считают нас людьми второго сорта. То же самое делает руководство. Сейчас оно пытается оценить «качество оказания услуги». Как будто мы подаем кофе в ресторане.

Скорую так нельзя оценивать. Мы работаем по стандартам. Могут быть люди, которые с ними не согласны. Они никогда не будут довольны качеством оказания наших услуг. Например, приезжаешь на вызов, пациент говорит: «Поставьте укол, мне плохо». Но по стандарту укол ему не нужен. Нет такого укола, от диагноза «плохо». Меня вообще убивает диагноз «плохо». Что с ним делать? Сесть, за ручку подержать?

Пациенты часто обманывают, чтобы бригада приехала. Говорят, что у них болит сердце, а на самом деле у них болит живот. Они уверены: надо так соврать, чтобы мы приехали, но от госпитализации отказываются. Недавно ребенок умер от пневмонии. До этого к нему четыре раза приезжала бригада скорой и мать подписывала отказ. Сейчас она говорит, что ей не объяснили, что ситуация была серьезной. Да врете вы, что вам не объясняли!

Пациентов нужно штрафовать за отказ от госпитализации

Вызов без госпитализации можно считать ложным. За это нужно вводить административную ответственность. По сути, такие пациенты впустую расходуют дорогостоящий ресурс целой бригады. На Западе за это бы их очень сильно оштрафовали. По новому закону, за ложные вызовы спрашивать будут с нас: почему больной не госпитализирован?

Люди часто отказываются от госпитализации, потому что считают наши больницы плохими. «Там у меня муж умер, я туда не поеду!» «Сын договорился, меня ждут в другой больнице!» Бригада по своему желанию никуда не везет пациента. Больницу определяет бюро госпитализации. Мы не такси. Мы отвозим пациента в больницу по месту вызова, которая обслуживает микрорайон.
Нам запретили брать на вызов травматику и электрошокер

Вы слышали, чтобы на пожарных нападали? А на бригаду скорой помощи — сколько угодно. Мы не имеем права применять самооборону. У нас запрет на травматическое оружие. Мне не понятно, почему другие службы защищены законом, а мы — нет. Многие врачи со смены в слезах уходят.

В 2009 году мы возили с собой травматику, газовые баллоны, электрошокеры, дубинку — для самообороны, хотя и нельзя было. Сейчас никто не возит, потому что этой дубинкой нас же и побьют. Но и тогда мы их не применяли. Это была мера устрашения. Я кулаки даже не готов применить, если честно. Единственная мера стеснения пациента — это вязки, и то мы не имеем права применять их в отсутствие полицейских. Меры физического стеснения может использовать только псих-бригада.

Приехали на вызов: сахарный диабет, «плохо». Девушке лет 16–17. Она пьяная. Скорую вызвала подруга. Когда сахар зашкаливает, плюс алкоголь, человек становится агрессивным. Мы хотели сделать кардиограмму. Нас начали оскорблять прямо с порога. Такого мата я никогда не слышал. Потом попытались спустить собаку — дога ростом с взрослого человека. Нам удалось запереть ее в соседней комнате.

Попросили девушку лечь, померили сахар. Начали кардиограмму снимать. Доктор взяла ее руку, и в этот момент получила удар в живот ногой. После этого пациентка сорвалась с места, выбежала на балкон. Стала кричать, что ее убивают, насилуют. Кардиограф нам сломала, порвала все провода. Мы вызвали полицию. Полицейские, оказывается, ее очень хорошо знают. Забрали в отделение. В результате — потеря двух часов драгоценного времени бригады. За это время можно обслужить два вызова.

Как-то был вызов в знаменитый клуб «Эльдорадо», где собирается гопота. Там была драка. Человеку разбили голову бутылкой. В результате — черепно-мозговая травма с множественными резаными ранами. Кровь лилась рекой. Мы стали бинтовать голову пострадавшему. Тут врывается группа пьяных молодых людей, все кричат: «Девушке плохо!». А у нас правило: один человек в одно время. Они в драку полезли. Оказалось, что девушка просто была в дюбель пьяная. Мы дали ей нашатырь, по щекам похлопали — и все, она сразу разговаривать начала.


Мужчины больше не идут работать в скорую

90% тех, кто сегодня приходит на скорую, — это девушки. Парней сейчас очень мало. Их можно по пальцам пересчитать. Бывает, что на вызов приезжает бригада, состоящая из девушек лет 22. И вот смотришь на них и думаешь: как они там, бедные.

Количество бригад стремительно уменьшается. По стандарту Российской Федерации, нас должно быть 140 бригад. На деле их от силы 80, а работают 60–70. Город растет, должны появляться новые бригады. Но браться им неоткуда. На них нет денег. Бригад становится меньше. В Октябрьском районе, например, теперь нет своей подстанции: у них забрали здание, его признали аварийным.

Если непрофильных вызовов станет меньше, скорая не будет опаздывать

Есть определенный порядок приезда скорой помощи. В первую очередь скорая приезжает в общественные места, на рабочие места, к беременным и детям. Во вторую — это все больные на дому. Домой скорая может ехать и два часа. В третью — больные, находящиеся в медицинских учреждениях. Им и так окажут помощь.

Онкобольные скорой помощью не обслуживаются. Мы не можем их даже госпитализировать. Им должна быть оказана паллиативная помощь на уровне участковых и других соцслужб. Надо звонить участковому врачу. Мы ничем вам не поможем.

Нам запрещено ставить уколы от температуры. Мы можем сбивать ее только физическими способами — что может сделать обычный человек. Проблема в том, что человек не хочет сам за себя отвечать. Он может три часа ждать скорую помощь, но ничего не сделать.

ОРВИ, гипертонические болезни, алкогольное опьянение на адресах — это не повод для вызова скорой помощи. Люди каждый год гибнут не от самого гриппа, а от его осложнений. Осложнения наступают из-за безалаберности. Приезжаешь на вызов. «Сколько болеешь?» — «10 дней». И чем может скорая помочь пациенту, который 10 дней болеет, да еще отказывается от госпитализации?

90–95% вызовов, которые поступают в скорую, — непрофильные. В этом главная причина опозданий скорой. Мы бы не ездили с доездами по 6 часов, если бы не были завалены непрофильными вызовами. Всех пьяных теперь забираем мы. К этому в скорой относятся очень плохо. Нагрузка возросла в разы. Теперь мы плотнее работаем с полицейскими. Только на прошлой смене у меня было несколько вызовов, где нам приходилось заезжать еще и в участок. Это дополнительное время бригады.
Водителей, не пропустивших скорую с мигалкой, надо лишать прав

По стандарту мы должны доехать до места вызова за 25 минут с момента получения вызова. Многие пациенты считают, что скорая должна появиться на пороге спустя 25 минут после их звонка в скорую. При этом скорую могут оштрафовать за опоздание, если мы не указываем пробку. Нам говорят: «Да включите мигалку!». Но водители скорую даже с мигалкой не пропускают.

Как-то мы летели в приемный покой с пациентом, у которого был геморрагический шок. Это был очень серьезный случай. Нас ни один автомобиль не пропустил. Мы даже в рупор кричали!

Я думаю, что надо ужесточить наказание за то, что не пропускают бригаду с мигалками, вплоть до лишения водительских прав. Потому что ты социально опасный — ты угрожаешь здоровью другого человека.

«Форды» для скорой — это пустая трата денег и показуха

Машин на всех не хватает. Они ломаются, больше 2–3 лет работать не могут. Они ведь работают и в мороз, и в жару. На них смотреть жалко. Они ржавеют, изнашиваются. Полки сломанные, грязь. Бывает, одна бригада ломается 4 раза за день. А это ведь простаивает целая бригада.

В Новый год на подстанции работала только одна бригада, потому что все остальные сломались. Это же праздники, а в праздники и выходные дни автослесари не работают. Мы покупаем иномарки, которые даже чинить некому — наши автослесари не умеют их чинить.

Я считаю, что скорой надо ездить на российских машинах. «Фиаты», «Форды», «Фольксвагены» для нас — пустая трата денег и просто показуха. Взять ту же самую «Газель». Они не лучше и не хуже, но в обслуживании значительно проще. Иномарки ломаются и стоят в гараже, чинить их некому, деталей нет, да и они очень дорогие. Иногда просто с одной машины снимают деталь и ставят на другую машину. А та уже стоит и гниет до конца.

Есть еще одна проблема. Это отношение водителей к автомобилям. В скорой много водителей, которым плевать на машины. Раньше, чтобы водителю попасть на скорую, нужно было пройти конкурс. Сейчас берут кого попало, иногда мигрантов. Они адресов не знают, машину гробят, сцепление жгут. Он лучше на ремонте просидит день, чем будет работать. Наши водители берут дополнительные смены, только чтобы такие вот товарищи не сели за их машину.

Диспетчеры скорой, может, даже город не знают


Недавно в Москве скандал был, после которого уволили бригаду. Произошло ДТП на трассе. Пациенты назвали неточный адрес. Его должна была обслуживать другая бригада. Когда это выяснилось, бригада развернулась и уехала. Может быть, фельдшер был неправ, надо было доехать и оказать помощь. Тогда его бы просто пожурили. Я считаю, что наказывать бригаду в этом случае — незаконно. Они следовали стандартам. У них не было выбора — переступить стандарты или нет.

В скорой отсутствует логистическая служба как таковая. Диспетчеры — не логисты, они, может, даже город не знают. Посмотреть улицу в программе «Дубль Гис» или где-то еще они не могут. Записали один вызов, сразу идет другой. В скорой помощи логистика — самая катастрофическая вещь.

Если мы приезжаем к одному человеку, но видим сразу нескольких пострадавших, то начинаем их сортировать. Такое бывает, если вызов поступает с аварий. Сначала самые тяжелые, потом средней и легкой тяжести. Про это замечательно Пирогов написал: «Спешите помогать не тому, кто кричит, а тому, кто уже не может кричать от боли, а лежит и молча умирает».

У нас на вызов без терапии — 30 минут, с терапией — не больше 40 минут. Если в это время лезут еще третьи лица, то бригада подставляется. Нас могут наказать, вычесть из зарплаты. Раньше наказывали только первый номер — врача, а теперь вся бригада отвечает. Когда мы на вызове в общественном месте и к нам подходит какая-нибудь бабушка, просит померить ей давление, то бригада ее культурно посылает. Это не из-за того, что нам плевать на эту бабушку, мы просто заняты.

Любящие родственники носят только ноги больного


Нас часто принимают за носильщиков. Если мы отказываемся нести пациента, то нам говорят: тогда найдите того, кто понесет больного.

Недавно был скандал: позвонили главному врачу и пожаловались на то, что бригада отказалась нести пациента. Но простите — я один, со мной пожилой доктор, а некоторые бабушки и дедушки весят под 100 кг. Получается, что сначала мы должны спустить его на руках с восьмого этажа, а потом, не отдышавшись, трясущимися руками, оказывать ему неотложную помощь. Причем там дом был полон родственников. Все молодые, крепкие, но никто не понес.

Самое забавное, что любящие родственники, если несут, то обычно ноги больного. А бригада несет самое тяжелое. Вот так мы родственников своих любим. Однажды мне пришлось шесть раз носить пациентов за сутки. К концу дня просто ничего не мог делать. Руки, спина отваливались.

Платная скорая — это невыгодный бизнес


Сейчас можно вызвать платную скорую. По сути, это та же самая скорая помощь. Бывает, что платники не справляются и вызывают нас. У них может не быть лекарств, которые есть у нас. Я не знаю, есть ли у них лицензия на наркотические средства. Мы работаем по стандарту, для них же это — вопрос денег. Пациенту может быть не по карману оказанная помощь. Только одна бутылка изотонического раствора стоит 800 рублей. Это для государства, то есть по себестоимости. А сколько тот же самый препарат будет стоить у них?

Сейчас начальство пытается нас ограничивать. Нам говорят, что стоимость одного вызова не должна превышать 2,5 тысяч рублей. Это по ОМС. С нами торгуются. Но скорую нельзя вгонять в эти рамки. Мы очень дорогая вещь для правительства. Иногда вызов обходится гораздо дороже. Взять, например, вызов к инфарктному больному. В платной скорой с него могут взять 20 тысяч. Капельница, препарат… Набегает нормально.

Мы должны оказать помощь здесь и сейчас, при этом человеку она может быть не по карману. Платная скорая в таких случаях не подходит. Платная скорая в России — это невыгодный бизнес. Я с ними общался. У них за прошлый год было не больше 3 тысяч вызовов. А у нас за 2 дня — почти 10 тысяч. Платная скорая помощь не востребована. Там и зарплаты довольно низкие. Коммерческая скорая не сможет выжить, если будет оказывать услуги так же расточительно, как это делает муниципальная скорая.

С этого года мы стали получать на 4–5 тысяч меньше

Мы первый месяц работаем по-новому. Минусов много, плюсов пока не нашли. Есть страх, потому что нам не дают гарантий достойной оплаты труда. Почему врачи с порога требуют полис либо паспорт? Потому что по полису наш вызов оплатится ОМС, сколько бы мы на него ни потратили лекарств. Если у человека нет ни паспорта, ни полиса, то вызов будет оплачиваться муниципалитетом. На город дано 25 тысяч таких вызовов. А когда мы израсходуем эти 25 тысяч? Мы за 2 месяца уже 5 тысяч потратили.

Вопрос в том, кто будет оплачивать эти вызовы? Ведь бригада вышла на вызов, мы потратили лекарства, время. Если выход не будет найден, то скорая уже через месяц встанет. Ее просто не будет. Не будет бензина, он тоже за деньги продается. Не будет зарплат, лекарств.

В этом месяце мы получили зарплату на 4–5 тысяч меньше, чем обычно. Обычно я получал 16,5 тысяч (формально я получаю 18 тысяч). Из них три тысячи — это аванс. Еще 16 тысяч в конце месяца на руки. Сейчас получил 12,5, потому что закончилась федеральная программа. Многие ждут второго квитка, но, похоже, что его не будет.

Наши врачи сразу почувствовали разницу. Мы целые митинги на подстанции устраиваем. Но бастовать не можем — служба скорой помощи не имеет права бастовать. Помитингуем и расходимся по домам. Начальство нам говорит: «Мы и сами ничего не знаем». Наше начальство — это те же самые врачи, они не могут изменить экономическую политику государства.

Нам пообещали ввод «стимулирующих». Это выплаты, которые, по мнению начальства, должны пробудить в нас желание самосовершенствоваться и больше работать. Никто не знает, какой размер этих выплат. Говорят, что это будет зависеть от количества вызовов, которое ты обслужишь. При этом качественно одна бригада может обслужить не больше 20 вызовов. Качественно — это с госпитализацией.

Скоро неотложную помощь вам будут оказывать гастарбайтеры


Пока это из области страшилок, но в будущем гастарбайтеры будут не только водить автомобили скорой, но и оказывать неотложную медицинскую помощь. Им денег много не надо, они будут рады тому, что есть. Но и уровень медпомощи будет совсем другим. Новый работник, придя на скорую, сначала проходит обучение внутри бригады. Его учат работать здесь, в нашей стране, по нашим стандартам. Пока они адаптируются, здесь столько людей помрет.

Многие врачи уходят из скорой. У них семьи, дети. Они не могут их прокормить. У нас очень дешевые дополнительные смены. Полностью оплачивается ставка (100%), со всеми надбавками, а берешь больше одной ставки — идет уже голая ставка. У меня ставка — всего 4 тысячи. Берешь полторы ставки — две тысячи сверху. Оно того не стоит.

Скорую спасают энтузиасты: «Я буду работать и за 5 тысяч, потому что работу люблю». Кто приходит в скорую за деньгами — тот не наш человек. Денег здесь нет, и физически мы действительно сильно изнашиваемся. Но работа цепляет. Это как детектив: каждый раз что-то новое.

http://www.3rm.info/33022-rabota-neotloz...ovana.html
Закон о донорах больно ударил по медучреждениям

Крови не хватает

Закон "О донорстве крови и ее компонентов" вступил в силу с 20 января 2013г. Согласно документу, донор, безвозмездно сдавший кровь, обеспечивается бесплатным питанием, замена которого на денежную компенсацию не допускается.

Платное донорство предусмотрено только в случаях, если речь идет о сдаче крови редких групп, а также о проведении тромбоцитофереза и плазмафереза. Плата за сдачу крови определена в размере от 8% до 45% от действующей на дату сдачи крови величины прожиточного минимума, установленной в субъекте РФ.

Министерство здравоохранения (Минздрав) РФ обосновало введение безвозмездного донорства резолюцией Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), согласно которой все страны должны перейти к бесплатному донорству крови до 2020г. При этом, согласно статистическим данным, все развитые страны отменили плату за сдачу крови уже к 2011г.

По мнению министра здравоохранения РФ Вероники Скворцовой, нынешние меры - это единственный цивилизованный путь развития системы. Что же касается в целом донорского движения, то это должен быть добровольный акт каждого человека, считает она. "Мы не должны скатываться к биологической проституции", - подчеркивала глава Минздрава.

Однако, очень многие, как эксперты, так и люди далекие от медицины, опасаются, что реализация нового закона приведет к дефициту крови и ее компонентов. При этом интерес общественности к этой проблемы с конца января не снижается.

Минздрав не устает опровергать информацию о дефиците крови в медицинских учреждениях, якобы возникшем после принятия нового закона о донорстве. Так, помощник министра Олег Салагай неоднократно призывал не ставить, например, в прямую зависимость от числа доноров количество запасов крови в регионах.

Президент Всероссийского научного общества кардиологов, эксперт общероссийской общественной организации "Лига здоровья нации" Рафаэль Оганов считает, что такой резкий переход от одной модели к другой может привести к дефициту крови, так как альтруистов, готовых сдать кровь безвозмездно, по его мнению, не так много.

Президент Общероссийской общественной организации "Лига защитников пациентов" Александр Саверский в свою очередь сообщил, что у него есть информация о случаях, когда в Московском регионе родственников больного, нуждающегося в сложной операции, заставляли сдавать кровь. "Это буквально являлось условием помещения в больницу", - пояснил он.

"Ситуация нестабильна - это признак того, что в любой момент все может развернуться и в совсем негативную сторону, то есть крови не будет", - считает А.Саверский. По его словам, можно понять тех, кто говорит о том, что платное донорство - это плохо, потому что тем самым стимулируются определенные группы риска, которые сдают зараженную кровь. "В принципе такие вещи должны быть добровольными, как акт некого гражданского проявления", - добавил эксперт. - С другой стороны, получается, что общество у нас не очень себя проявляет как гражданское, и мы очень сильно рискуем остаться вообще без крови. Хотя может быть она и не кончится. Тут граница очень тонкая, и я не думаю, что мы ее уже нашли и можем спать спокойно".


http://top.rbc.ru/society/28/03/2013/851375.shtml
бизнес-сообщество стебается над россиянами

Общество по "защите" лохов от бизнеса: рекламу добросовестных торговцев лекарствами запрещать нельзя

[Изображение: 37eff0e5f273.jpg]

Возможный  -)- запрет на рекламу лекарств лишит потребителей информации о доступных медикаментах, а также права выбора. Такое мнение высказали в Обществе защиты прав потребителей, передает пресс-служба организации. 

"Если и бороться с рекламой, то только с рекламой недобросовестных производителей, которые распространяют заведомо ложную информацию о товаре", — заявил глава ОЗПП Михаил Аншаков. 

"Многие недобросовестливые производители лекарств вводят граждан в заблуждение, заявляя свойства своих препаратов, которыми те не обладают", — добавил он. 

По мнению эксперта, стоит запретить рекламу недоказанных методов лечения в виде "чудо-приборов, излечивающих от всех болезней", гомеопатических средств, которые "действуют на основе самовнушения", а воспринимаются гражданами как лекарство. 

"Отдельную опасность составляют БАДы, которые продвигают на каждом углу. Кроме того, стоит особое внимание этой проблеме уделить ФАС, так как большинство фармацевтических компаний имеют связи с чиновниками, обеспечивающими им прикрытия в ходе таких рекламных кампаний", — сообщил Аншаков. 

Напомним, правительство РФ в марте поручило Минздраву, Федеральной антимонопольной службе, а также органам исполнительной власти проработать мозги аудитории вопрос о запрете рекламы лекарственных препаратов в средствах массовой информации, в том числе в электронных.
http://www.rosbalt.ru/main/2013/04/03/1113502.html

Шлюшки бизнеса втирают быдлу старую наепку, что, мол, реклама - источник информации. А рекламу дрессировку болеющих аборигенов на тот или иной препарат от "лучших мировых концернов" кремлевские бляди, кормящиеся от этих же концернов, не запретят никогда .
В Минздраве России признали, что лечить людей скоро будет некому.

[Изображение: 175192_356401.jpg]

В стране дефицит медицинских кадров. Не хватает около 40 тысяч врачей и 270 тысяч медсестер. Числа, сравнимые с населением города. Национальная медицинская палата и профсоюз работников здравоохранения предлагают на федеральном уровне принять социальный пакет, то есть предоставлять медикам бесплатное жилье, помощь и поездки в санатории.

Ситуация критическая, но вместе с тем кадровую проблему решают на фоне массовых сокращений. То и дело из российских регионов, по большей части из провинции, приходят известия о сокращении количества коек и закрытии родильных отделений. Все это проводится под лозунгами «оптимизации» здравоохранения. На местах протестуют как могут, объявляют «итальянскую забастовку» и обращаются в Москву.

На грани закрытия находится и сельская больница под городом Ржевом. Врач там всего один на 112 деревень. Он один пытается отстоять «свои койки».

Корреспондент «МИР 24» Ирина Кузьминская решила выяснить, как выглядит процесс модернизации в отдельно взятой больнице.

По доктору Вишнякову можно часы сверять. Ровно в 9:00 и ни минутой позже он собирает персонал Итомленской больницы на летучку. Пока сестры докладывают о состоянии больных, в коридоре образуется очередь. Одни направляются на физиопроцедуры, другие пришли к стоматологу, третьи ждут приема у самого Вишнякова.

Чиновники из Минздрава намереваются сократить число сельских больниц. Это называется «модернизация». Здесь уже закрыли стационар. Койки есть, но класть пациентов на них нельзя, потому что экономически невыгодно.

Медсестра Юлия Ксенофонтова трудится здесь 20 лет и за работу держится, ведь другой на селе нет. По ее словам, здесь страшно остаться без работы. Местные медики говорят, что переживают даже не за себя, а за пациентов. Итомленская больница осталась одна на всю округу, обслуживает три тысячи человек. Раньше можно было полежать недельку, пройти курс лечения, а теперь, например после капельницы, больной обязан уйти домой. Но многие живут за десятки километров отсюда и не могут ездить каждый день на процедуры. Тем более, что и автобус здесь бывает только по пятницам. Людям приходится платить тем сельчанам, у которых есть автомобиль. Такая услуга стоит более 500 рублей.

Продавец Люба говорит, что ее магазин будет на плаву, пока есть больница. Если же ее закроют, утверждает женщина, то село вмиг опустеет. На днях здесь закрыли библиотеку, теперь на очереди стоит школа. Детворы становится все меньше. А там и до больницы дойдет.

Сдаваться без боя сельчане не намерены. Они собирают подписи и пишут в инстанции. В группе активистов оказалась и семья Карыгиных, правда, ответы чиновников пенсионеров ставят в тупик. Люди просят корреспондентов в очередной раз прочитать им письмо из областного Минздрава и объяснить, чем же вызвана такая к ним нелюбовь. Вызвана она «необходимостью проведения в соответствии с федеральными нормативами областных нормативов круглосуточной стационарной помощи».

Чиновники парируют, говоря, что реформа здравоохранения - не обывательского ума дело.

«Согласен, что для многих будет неудобно. Особенно учитывая то, что это далеко, нет дорог. Ну что сделать, такое время», - говорит главврач центральной больницы Ржева Анатолий Бегларян.

Под руководство Анатолия Бегларяна уже перешли все сельские больнички района. Кроме одной - Итомлинской.

«Весь вопрос - в конкретном докторе, который бьется, в первую очередь, за свою зарплату и за руководство больницей», - считает Бегларян.

У пациентов доктора Вишнякова свои аргументы. От Итомли до ржевской больницы - 50 километров, и там сельчанам не особо рады, на прием не попасть, в госпитализации часто отказывают.

У Сергея Александровича не только местные лечатся, но и из города приезжают - он никому не отказывает. Вишняков признается, что в зарплате терять не хочется. Из-за закрытия круглосуточного стационара она стала меньше на две тысячи рублей. Но сражается он не за деньги.

«Я борюсь за население, за своих больных. Я отработал 32 года на одном месте. Мне эти люди не безразличны», - говорит Вишняков.

В 1981 году Вишняков закончил Тверской мединститут, распределили в Итомлю. Колхоз выделил дом, здесь родились сыновья. Старший тоже врач, а младший - военный.

Как рассказывает его жена, все шло хорошо, но пару месяцев назад врача позвали в Москву на круглый стол, обсуждать проблемы. Там он раскритиковал модернизацию сельских больниц. Из области тут же нагрянули с проверкой и намекнули, что если «не успокоится», то придет прокуратура.

На выездные приемы в соседние деревни доктор добирается на стареньком «УАЗе». Переносную лабораторию и аппарат УЗИ ставят в доме, где когда-то была амбулатория. Там доктора уже ждут. Таких богом забытых деревень на участке Вишнякова еще 111, и для большинства стариков этот прием становится редчайшей возможностью показаться к врачу. Врач, медсестра и лаборант работают три часа, а народ все прибывает. Но когда прием закончится, Вишняков обязательно заглянет к тем, кто не смог прийти самостоятельно.

Мы обратились в Министерство здравоохранения России и в Минздрав Тверской области с просьбой прокомментировать ситуацию в Итомлинской больнице. Нам не отказали, но пока у чиновников не нашлось времени на интервью. Зато на проблемы доктора Вишнякова быстро отреагировали волонтеры.

На днях благотворительный фонд под названием «Нужна помощь» подарил сельской больнице санитарный автомобиль. 560 тысяч рублей на него собрали за пару месяцев, а бизнесмены из Тольятти бесплатно оснастили машину всесезонными шинами и поставили самую современную противоугонную систему.

«Есть люди, которые в такой ситуации, когда уже крах, когда другие опустили руки, не пускают руки. И Вишняков сказал, что «кем меня не сделают - сторожем, фельдшером, кем угодно, я все равно буду лечить людей. Я считаю, что этот человек - классический социальный герой», - говорит директор благотворительного фонда «Нужна помощь» Митя Алешковский.

По его словам, именно на таких людей должно равняться общество.

http://newsland.com/news/detail/id/1160417/
(02-15-2013, 06:52 PM)Святкин link Написал: [ -> ]"Социальное государство" на примере российской глубинки.

Россиявстаётсколен. Тверской врач Вишняков один лечит жителей 112 деревень

            Несмотря на сокращения и трудности, сельский доктор уже 32 года заботится о каждом своем пациенте. 
  В Минздраве России признали, что лечить людей скоро будет некому. В  стране дефицит медицинских кадров. Не хватает около 40 тысяч врачей и  270 тысяч медсестер. Числа, сравнимые с населением города. Национальная  медицинская палата и профсоюз работников здравоохранения предлагают на  федеральном уровне принять социальный пакет, то есть предоставлять  медикам бесплатное жилье, помощь и поездки в санатории.
  Ситуация критическая, но вместе с тем кадровую проблему решают на фоне  массовых сокращений. То и дело из российских регионов, по большей части  из провинции, приходят известия о сокращении количества коек и закрытии  родильных отделений. Все это проводится под лозунгами «оптимизации»  здравоохранения. На местах протестуют как могут, объявляют «итальянскую  забастовку» и обращаются в Москву.
  На грани закрытия находится и сельская больница под городом Ржевом.  Врач там всего один на 112 деревень. Он один пытается отстоять «свои  койки». Корреспондент «МИР 24» Ирина Кузьминская решила выяснить, как  выглядит процесс модернизации в отдельно взятой больнице.
  По доктору Вишнякову можно часы сверять. Ровно в 9:00 и ни минутой  позже он собирает персонал Итомленской больницы на летучку. Пока сестры  докладывают о состоянии больных, в коридоре образуется очередь. Одни  направляются на физиопроцедуры, другие пришли к стоматологу, третьи ждут  приема у самого Вишнякова.
  Чиновники из Минздрава намереваются сократить число сельских больниц.  Это называется «модернизация». Здесь уже закрыли стационар. Койки есть,  но класть пациентов на них нельзя, потому что экономически невыгодно.
  Медсестра Юлия Ксенофонтова трудится здесь 20 лет и за работу  держится, ведь другой на селе нет. По ее словам, здесь страшно остаться  без работы. Местные медики говорят, что переживают даже не за себя, а за  пациентов. Итомленская больница осталась одна на всю округу,  обслуживает три тысячи человек. Раньше можно было полежать недельку,  пройти курс лечения, а теперь, например после капельницы, больной обязан  уйти домой. Но многие живут за десятки километров отсюда и не могут  ездить каждый день на процедуры. Тем более, что и автобус здесь бывает  только по пятницам. Людям приходится платить тем сельчанам, у которых  есть автомобиль. Такая услуга стоит более 500 рублей.
  Продавец Люба говорит, что ее магазин будет на плаву, пока есть  больница. Если же ее закроют, утверждает женщина, то село вмиг опустеет.  На днях здесь закрыли библиотеку, теперь на очереди стоит школа.  Детворы становится все меньше. А там и до больницы дойдет.
  Сдаваться без боя сельчане не намерены. Они собирают подписи и пишут в  инстанции. В группе активистов оказалась и семья Карыгиных, правда,  ответы чиновников пенсионеров ставят в тупик. Люди просят  корреспондентов в очередной раз прочитать им письмо из областного  Минздрава и объяснить, чем же вызвана такая к ним нелюбовь. Вызвана она  «необходимостью проведения в соответствии с федеральными нормативами  областных нормативов круглосуточной стационарной помощи».
  Чиновники парируют, говоря, что реформа здравоохранения – не обывательского ума дело.
  «Согласен, что для многих будет неудобно. Особенно учитывая то, что  это далеко, нет дорог. Ну что сделать, такое время», - говорит главврач  центральной больницы Ржева Анатолий Бегларян.
  Под руководство Анатолия Бегларяна уже перешли все сельские больнички района. Кроме одной – Итомлинской.
  «Весь вопрос – в конкретном докторе, который бьется, в первую очередь,  за свою зарплату и за руководство больницей», - считает Бегларян.
  У пациентов доктора Вишнякова свои аргументы. От Итомли до ржевской  больницы – 50 километров, и там сельчанам не особо рады, на прием не  попасть, в госпитализации часто отказывают.
  У Сергея Александровича не только местные лечатся, но и из города  приезжают – он никому не отказывает. Вишняков признается, что в зарплате  терять не хочется. Из-за закрытия круглосуточного стационара она стала  меньше на две тысячи рублей. Но сражается он не за деньги.
  «Я борюсь за население, за своих больных. Я отработал 32 года на  одном месте. Мне эти люди не безразличны», - говорит Вишняков.
  В 1981 году Вишняков закончил Тверской мединститут, распределили в  Итомлю. Колхоз выделил дом, здесь родились сыновья. Старший тоже врач, а  младший – военный.
  Как рассказывает его жена, все шло хорошо, но пару месяцев назад врача  позвали в Москву на круглый стол, обсуждать проблемы. Там он  раскритиковал модернизацию сельских больниц. Из области тут же нагрянули  с проверкой и намекнули, что если «не успокоится», то придет  прокуратура.
  На выездные приемы в соседние деревни доктор добирается на стареньком  «УАЗе». Переносную лабораторию и аппарат УЗИ ставят в доме, где когда-то  была амбулатория. Там доктора уже ждут. Таких богом забытых деревень на  участке Вишнякова еще 111, и для большинства стариков этот прием  становится редчайшей возможностью показаться к врачу. Врач, медсестра и  лаборант работают три часа, а народ все прибывает. Но когда прием  закончится, Вишняков обязательно заглянет к тем, кто не смог прийти  самостоятельно.
  Мы обратились в Министерство здравоохранения России и в Минздрав  Тверской области с просьбой прокомментировать ситуацию в Итомлинской  больнице. Нам не отказали, но пока у чиновников не нашлось времени на  интервью. Зато на проблемы доктора Вишнякова быстро отреагировали  волонтеры.
  На днях благотворительный фонд под названием «Нужна помощь» подарил  сельской больнице санитарный автомобиль. 560 тысяч рублей на него  собрали за пару месяцев, а бизнесмены из Тольятти бесплатно оснастили  машину всесезонными шинами и поставили самую современную противоугонную  систему.
  «Есть люди, которые в такой ситуации, когда уже крах, когда другие  опустили руки, не пускают руки. И Вишняков сказал, что «кем меня не  сделают – сторожем, фельдшером, кем угодно, я все равно буду лечить  людей. Я считаю, что этот человек – классический социальный герой», -  говорит директор благотворительного фонда «Нужна помощь» Митя  Алешковский.
 
По его словам, именно на таких людей должно равняться общество.
 
  От РП: Вот что значит без СССР. К слову, подарить автомобиль -  вовсе не то же самое, что подарить врачей и больницу. Траты несравнимые.  Как там у Гитлера было в планах насчёт медицины и образования? Вроде по  похожему плану всё и идёт. Отличная иллюстрация того, зачем нужна была  Советская Власть. При ней росло количество больниц и институтов, а  сейчас количество больниц и институтов уменьшается, зато экспотенциально  растёт количество церквей. Зачем больница, если есть церковь. Есть где  отпеть. Больница - расход, отпевание - и тут прибыль жулью.

Источник
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33