Форум Общественного Движения 9 Мая

Полная версия: Интеллигенция - говно нации!
Вы просматриваете упрощённую версию нашего контента. Просмотр полной версии с полным форматированием.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
Около 250-ти старинным зданиям столицы грозит уничтожение

(Результат борьбы антисоветской интеллигенции за рыночную Россию)

[Изображение: 154462264.jpg]

МОСКВА, 23 апр - РИА Новости. Около 250 объектов исторического и культурного наследия Москвы, которым, по мнению экспертов, грозит опасность уничтожения из-за реконструкции или запустения, вошли в "Красную книгу Москвы-2009", которую общественное движение "Архнадзор" представило в четверг журналистам.

"Наш список содержит около 250 объектов - старинных зданий. Не все являются согласованными статусными (внесенными в охранные списки), некоторые - вновь выявленные, а некоторые только заявленные, другие же - просто памятники исторической среды города", - сказал на презентации "Красной книги Москвы" координатор общественного движения Константин Михайлов.

По его словам, в список вошли объекты постройки от 17-го века до конца 1960-х годов. Это, по его словам, и боярские палаты, и здания советского авангарда.

"Список не полон, и несмотря на внушительный объем, будет пополняться", - отметил Михайлов.

Он рассказал, что в "Красной книге Москвы" выделено несколько разделов. В один из них вошли здания, которые предполагаются под снос для нового строительства, в другой - дома, которые подпадают под реконструкцию. Еще один раздел содержит перечень зданий, которые разрушаются от бесхозности или аварийности. Особо выделены дома, которые, по мнению "Архнадзора", в перспективе могут быть уничтожены при реализации новых планов городской застройки.

В список экспертов, в частности, вошли так называемый "расстрельный дом" на Никольской улице, где с начала 30-х по конец 40-х годов прошлого года заседала Военная коллегия Верховного Суда СССР, выносившая приговоры "врагам народа", городская усадьба Алексеева на Бахрушинской улице, Тверской путепровод, павильон СССР на Монреальской выставке 1967 года на ВВЦ, "Детский мир", дом Бенкендорфа на Страстном бульваре.

По словам Михайлова, цель создания "Красной книги Москвы" заключается в том, чтобы "список не увеличивался, а сокращался".

"Мы не умеем любить Москву выборочно, охранять ее надо как целостный исторический организм", - добавил эксперт.

Общественное движение "Архнадзор" создано в Москве три месяца назад и состоит из москвичей, обеспокоенных судьбой исторических памятников и зданий города.

В свою очередь, правительство Москвы традиционно отвергает претензии экспертов в разрушении памятников архитектуры, настаивая на том, что работы по реконструкции исторического наследия ведутся с соблюдением федеральных и городских нормативных актов.

  Источник

КОММЕНТ: Репортаж вроде о том, что теряется по бесхозяйственности властных воров уникальные культурные памятники....
но и здесь подпустили:
так называемый "расстрельный дом" на Никольской улице, где с начала 30-х по конец 40-х годов прошлого года заседала Военная коллегия Верховного Суда СССР, выносившая приговоры "врагам народа" ну а как же - без этого в кассу не стоять...  "@$
Против директора музея-заповедника Пушкина "Михайловское" возбуждено уголовное дело


[Изображение: Pushkin012.JPG]

Следственный комитет при прокуратуре России по Псковской области возбудил уголовное дело в отношении Георгия Василевича, директора Федерального государственного учреждения культуры "Государственный мемориальный историко-литературный и природно-ландшафтный музей-заповедник А.С. Пушкина "Михайловское". Он подозревается в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 160 УК ("присвоение или растрата") и ч.1 ст. 292 УК ("служебный подлог").

Основанием для возбуждения дела послужили выводы проведенной доследственной проверки, в ходе которой определено, что в период с 24 апреля 2006 года по 2 октября 2008 года Василевич, с использованием служебного положения, путем составления фиктивных документов, незаконно завладел и растратил в личных целях бюджетные средства в сумме 172 тысячи рублей.   

Как сообщали ранее "Вести.Ru" со ссылкой на "Интерфакс",  в марте 2009 года Василевич заявил, что "некоторые псковские чиновники ведут борьбу", чтобы снять его с поста директора заповедника. Причиной преследований он назвал заинтересованность "толстосумов", которые хотят построить в заповеднике "коттеджи и виллы".
http://www.polit.ru/news


Коммент.
Да, господин явно «духовной жаждой» не томим.
;?
Зачем такие сообщения насильникам сознания ? Видимо для вбивания поведенческой модели – «Да нормально все это. Нет высокого сознания в нашем несовершенном мире. Все – потребляди».

Мыслители у кормушки

[Изображение: s320x240]

В том, что “Российская газета”, претендующая, в силу своего статуса правительственной, на повышенное государственничество и толерантность, держит в качестве колумнистов (то есть авторов, имеющих в газете именные колонки) настоящих “ястребов” либерализма в лице, например, Виталия Дымарского, Юрия Богомолова, Валерия Выжутовича, Михаила Швыдкого или такого, прямо скажем, мастера слова, как Михаил Горбачёв, ничего удивительного нет. Это всего лишь зеркальное отражение фарисейского двуличия, ставшего отличительной чертой нынешнего руководства страны, доведенной им до полного маразма.

Самый яркий монстр

Но, пожалуй, самым ярким монстром в этом ряду газетных витий следует признать Леонида Радзиховского с его рубрикой “Мнение”. Либерал, западник, точнее, американист (аллилуйщина в адрес США, смешанная с глубочайшим презрением к России — безнадёжной хамке и неумехе, составляет не очень-то и маскируемый подтекст его многочисленных “мнений”), он востребован не только в “РГ”, но и в газетах “Еврейское слово” и в США выходящей “Новое русское слово”, журнале “Итоги”, в интернет-издании “Взгляд”, да практически везде, где правят свой шабаш главные ведьмы крайнего либерализма.

А ведь начинал журналистскую карьеру он, психолог по образованию, весьма скромно — в “Учительской газете”. В медиавыси его занесли волны “перестройки” и последовавшего ельцинского разгула — в радзиховских тогда остро нуждались, как нуждаются и сейчас, журналы “Столица” и “Огонёк”, телеканал “Останкино” и радиостанция “Эхо Москвы”. Успел отведать он и депутатских харчей — в Госдуме первого созыва. Был спичрайтером рвавшегося в президенты А. Лебедя. Трудился в избирательных кампаниях, продвигая в парламент то государственных тяжеловесов из “Нашего дома — России”, то крикунов из Союза правых сил. Прямого участия в политике не чурается и сегодня — председатель наблюдательного совета Агентства политических и экономических коммуникаций. Словом, облечён многочисленными заслугами перед “демократией” (в том числе и членством в Союзе писателей Москвы), как нос майора Ковалёва — важным чиновничьим чином.

Казалось бы, при такой-то успешности живи да радуйся, воздавай хвалы пригревшей тебя Системе. Воздаёт. Причём вдохновенно, даже поэтично. В одном из недавних “Мнений” (“РГ” от 21 апреля с.г.), в частности, пишет: “Я считаю, что сложившаяся у нас Система не просто стабильна. Она органична — “дышит почва и судьба” (ишь ты, и Пастернака пристегнул, маленько, правда, наврав — у поэта, как и положено по грамматике, дышАт). Что за Систе-ма? Оказывается, это соответствующая, дескать, нашей геологии и психологии система рент: природная рента, административная рента, идеологическая рента (читай: имперская гордыня), устраивающая, по мнению автора, всех — “и элиту, и средний класс, и низы”, поскольку всем даёт якобы возможность жить припеваючи, ничем особенно себя не утруждая. Этакая страна обломовых — сверху донизу (вот он — образ России по-радзиховски). И из кризиса эти ВСЕ, уверяет мыслитель, “надеются выйти, сохранив Систему”.

Откуда он всё это взял, какая часть этой “ренты” достаётся “низам”, почему они пылают желанием её сохранить, вития не уточняет, как и не видит никаких сил, способных, по его словам, “вытащить нашу телегу из глубоко родной колеи и поволочь её “по битому стеклу прогресса”, никаких реальных альтернативных проектов для России. Эта куриная слепота, принципиальное нежелание замечать программные, глубоко обоснованные предложения коммунистов — ещё одна отличительная черта как главарей режима, так и их идеологической обслуги в лице разномастных радзиховских.

Послушники потребления

Юмор (правда, чёрный) заключается, однако, в том, что уверенность в незыблемости сколоченной по чертежам олигархии Системы сопровождается глубочайшим пессимизмом и человеконенавистничеством её создателей и охранителей. Обычно они их скрывают, маскируя стеклярусными побрякушками “религии потребления” — “страшно удобной”, как характеризует её Леонид Александрович, “самой удобной и “натуральной” из всех нам известных”. А тут вдруг мыслителя прорвало: “Да и никакой идеи, “альтернативной корыту”, в принципе в современной культуре нет, все разногласия богатых и бедных стран/классов/людей — только об их месте в очереди к корыту. В такой ситуации ничего капитально нового ждать не приходится. В этом смысле слова про “конец Истории” — правда (Маркса, видать, читал, да ничего, кажется, не понял.— В.В.). Задача одна — “растянуть конец” подольше…” Проблема, по мыслителю, не в том, какой ценностью заменить растущее потребление, а в том, как извернуться, чтобы можно было и дальше расширенно потреблять не по средствам. Приехали!

В этом пассаже особенно поражает образ “корыта”, к которому вития сводит всю современную культуру и общественную жизнь. Надо же было корпеть над учебниками в школе и институте, защищать кандидатскую, чтобы прийти к столь примитивному дикарскому представлению о мире, в частности, об экономике, которой правит, по мнению нашего героя, пара “жадность — страх”!

Впрочем, неделю спустя в очередном “Мнении” Л. Радзиховского блеснули оптимистические нотки. Они вспыхнули от благожелательных жестов президента Д. Медведева в сторону так называемой либеральной интеллигенции, к которой автор, разумеется, причисляет и себя: назначение эспээсовца Н. Белых губернатором Кировской области, интервью либеральствующей “Новой газете”, встреча с так называемыми правозащитниками, создание в Интернете своего открытого блога, декларирование доходов высших чиновников, условно-досрочное освобождение сотрудницы ЮКОСа Бахминой. Всё это автор называет волосом, за который ухватился Д. Медведев, чтобы вытащить страну из нефтяного болота, в котором она увязла, путём “накопления нового человеческого капитала”. Вряд ли. Скорее всего, речь идёт лишь об успокоении наиболее визгливой части демооппозиции, внутреннее родство которой с властью несомненно, что не исключает милых, порой драчливых семейных скандалов. А вот в сторону тех, кто действительно может спасти страну, в сторону людей труда, брошенных в пучину нищеты, усугублённой кризисом, в сторону трудовой (а не либеральной) интеллигенции никаких “жестов”, а тем более действий со стороны власти незаметно, если не считать грошовых подачек в виде пособий по безработице, ничего, разумеется, не меняющих в структуре экономики.

И. Резник, пишущий стишки для песенок “божественной Аллы”, пышно отмечавшей в Страстную неделю свой юбилей, в одном из интервью разоткровенничался: “Мы любим наших президентов, наших руководителей. Они, к счастью, теперь наши. Они любят нас, понимают, дают зелёную улицу и прочее, и мы тоже любим их, любим заслуженно и естественно. Это — люди нашей формации”.

Да, формации Радзиховского и Ко, сгрудившихся у “корыта”.

Владимир ВИШНЯКОВ


Источник
ТАК, ГОСПОДА, ВРАТЬ НЕЛЬЗЯ!

  Большая часть нашей творческой интеллигенции очень не любит Советскую власть. Чего-то она им недодала: кому - «свободы самовыражения», кому - поездок за рубеж, кому - материальных благ. И затаили мастера искусств злобу на Советскую власть, да такую лютую, что иногда она их доводит до полной потери памяти и помрачения ума. Появляются тогда на страницах печати буйные их фантазии на тему «ужасов тоталитаризма».

Обласканный советским государством актер и режиссер Олег Табаков (народный артист СССР, лауреат Государственной премии СССР и премии Московского комсомола, награжден двумя советскими орденами - Трудового Красного знамени и Дружбы народов) в интервью еженедельнику «Аргументы и факты» (20 октября 2008г.) сказал о нынешнем времени: «...россияне наконец поверили, что жизнь может меняться к лучшему. На моей памяти (а мне 73 года), это, пожалуй, впервые».

В этой фразе верно лишь упоминание о возрасте ее автора. По Табакову выходит, что в Советском Союзе царило беспросветное уныние, а советские люди никогда не верили, что «жизнь может меняться к лучшему». К реалиям советской страны это не имеет никакого отношения. Вот что писал о социальном оптимизме довоенного населения СССР великий немецкий писатель, лауреат нобелевской премии Лион Фейхтвангер в книге «Москва, 1937»: «...между патриотизмом советских людей и патриотизмом жителей других стран существует одно различие: патриотизм Советского Союза имеет с рациональной точки зрения более крепкий фундамент. Там жизнь человека с каждым днем явно улучшается, повышается не только количество получаемых им рублей, но и покупательная сила этого рубля. Средняя реальная заработная плата советского рабочего в 1936 году поднялась по сравнению с 1929 годом на 278 процентов, и у советского гражданина есть уверенность в том, что линия развития в течение еще многих лет будет идти вверх...», «...советские граждане ... видят, что ныне именно так, как и обещано, они располагают множеством вещей, о которых еще два года тому назад они едва осмеливались мечтать... И тот факт, что руководящие лица сдержали свое слово, служит для населения залогом дальнейшего осуществления плана улучшения жизни с каждым месяцем...», «...Средний гражданин Союза живет пока еще хуже, чем средний гражданин в некоторых других странах, но он чувствует себя более спокойным, более довольным своей судьбой, более счастливым...».

Ну, положим, в 1937 году Табаков по малолетству (ему было всего 2 года) ничего не понимал, а книгу Лиона Фейхтвангера он никогда не читал. Но неужели после Великой Отечественной войны он не замечал, что советские люди не только надеялись на лучшую жизнь, но были абсолютно убеждены, что только так оно и будет? И Советская власть их не разочаровывала: народное хозяйство быстро восстанавливалось, жизнь становилась все лучше и лучше. Зарплата росла, а цены снижались. Миллионы людей каждый год радостно отмечали переезд в новые квартиры, бесплатно предоставленные государством. Так было и в пятидесятые, и в шестидесятые, и в семидесятые годы прошлого столетия. Советские люди были уверены в том, что «жизнь будет лучше, если только американцы не помешают». Американцы таки, в конце концов, помешали. С приходом во власть Горбачева контуры будущего страны стали тускнеть, а при Ельцине вообще исчезли, а с ними пропали и надежды россиян на лучшую жизнь. В XXI веке ничего принципиально не изменилось: из выпавшего на страну обильного дождя «нефтедолларов» трудящемуся населению достались жалкие капли (о социальном самочувствии 38 миллионов репрессированных пенсионеров вообще речь не идет - их пенсии до сих пор не дотягивают до прожиточного минимума). Поэтому тезис Табакова о том, что «россияне наконец поверили, что жизнь может меняться к лучшему», далек от действительности. Даже на пике официального экономического оптимизма, в апреле 2008 г. по опросу ВЦИОМ только 23-24% россиян считали, что через год они будут жить лучше. Но это было в апреле 2008 года, а сейчас число оптимистов резко убавилось - оно стремительно приближается к нулю. 



* * *

Еще более, чем Олег Табаков, усыпанный советскими наградами артист балета Владимир Васильев (народный артист СССР, лауреат Ленинской премии, Государственной премии СССР и премии Ленинского комсомола, награжден тремя советскими орденами - Ленина, Трудового Красного знамени и Дружбы народов), отвечая на вопросы анкеты «Комсомольской правды» (15 мая 2008 г.), сказал: «А ненавистна мне в советском прошлом ложь». И эмоционально ее охарактеризовал: «Это зло страшное. Чудовищное зло».

Что же это за ложь такая зверская? Оказывается, Васильева возмущает якобы ложь о преимуществах советского общественного строя. Он об этом так говорит: «Полное отсутствие подлинной информации, и мы верили: то, что происходит с нами, и есть самое лучшее. Представить трудно: даже в первые годы моих поездок за рубеж я там пытался доказывать преимущества нашей системы».

Признаться, меня обескуражили абсурдность и тоталитаризм суждений артиста. Фраза о «полном отсутствии подлинной информации» просто нелепа. В современном мире такого быть не может в принципе. В стране публиковались десятки тысяч книг, сотни тысяч (а, может, и миллионы) статей о капиталистических странах, и что - ни словечки правды в них не было? Ну, ладно, абсолютно не верит Васильев советским авторам (хотя такие ярые антисоветчики, как, например, Генрих Боровик или Владимир Познер, вправе обидеться - уж они-то так старались представить западные страны «белыми» и «пушистыми»). Но ведь, в СССР издавалось большое число книг известных писателей западных стран - Дж. Д. Сэленджера, Джеймса Олдриджа, Джона Апдайка, Курта Вонненгута, Айзека Азимова и др. Они тоже все врали?

Я задал своим знакомым вопрос: что принципиально нового и положительного о европейских странах и США они узнали в период «реформ»? Все опрошенные ничего такого не вспомнили. Наоборот - после чудовищных по безнравственности и жестокости военных акций против Югославии, Афганистана и Ирака разумные люди уже не воспринимают западные страны в качестве «развитых» и «цивилизованных».

Теперь о преимуществах советского строя. Они, вопреки мнению Васильева, существовали: отсутствие безработицы, бесплатное образование, бесплатная медицина, бесплатное предоставление жилья, отсутствие рабства и многие другие. Конечно, для обласканного и советской, и нынешней властями Васильева и его окружения, видимо, все перечисленное неактуально. Безработица их не касается. Бесплатные блага тоже им не нужны - деньги у них есть, потому что в Россию вновь вернулись нравы, о которых знаменитый русский поэт 18 века Панкратий Сумароков написал точную эпиграмму:

«Танцовщик! Ты богат.

Профессор! Ты убог.

Конечно, голова в почтеньи меньше ног».

Но ведь Васильев считает себя интеллигентным человеком, а у русских интеллигентов всегда на первом месте стояло благо народа. Или наша «творческая элита» так низко пала, что уже забыла об этой черте русской интеллигенции?

Наконец, изумляет инфантильность Васильева. Такое впечатление, что он не замечает лжи в современной России. Не видит, что ее стало гораздо больше, чем в Советском Союзе. Причем на всех уровнях. На уровне высших государственных должностных лиц мы слышали вранье о том, что ликвидация Советского Союза на народах страны никак не скажется, что отпуск цен в 1992 году приведет к их незначительному росту, что ваучер по стоимости равен двум автомобилям «Волга», что монетизация льгот выгодна пенсионерам и т.д. и т.п. На бизнес-уровне нам лгала и продолжает лгать армия основателей бесчисленных финансовых пирамид, учредителей всевозможных компаний долевого строительства и других мошеннических структур. На бытовом уровне непрерывно врут торговцы, всучивающие нам некачественные, просроченные продукты и фальшивые лекарства.

Ложь, обман и мошенничество нас сейчас преследуют везде. О масштабах сегодняшней лжи известный сатирик Виктор Трушков выразился так: «Люди уже ничему не верят, даже сигналам точного времени. Их обманывают на каждом шагу, вот они и не верят...» («Аргументы неделi», 15 мая 2008г.).

...Владимир Васильев о советском прошлом не сожалеет: «...я бы никогда не хотел, чтобы оно вернулось. Никогда». Да и на здоровье. Но зачем же так врать о нем, о советском прошлом?



* * *

Маститый актер театра «Современник» и ведущий телепередачи «Жди меня» Игорь Кваша (тоже «народный артист», правда, не СССР, а РСФСР) в интервью еженедельнику «Аргументы неделi» (24 января 2008г.) заявил: «В течение 70 лет Советской власти чувство сострадания убивалось в людях сознательно. Даже было расхожее выражение: «Жалость унижает человека».

Это какая-то чушь несусветная. Как Кваша себе представляет «сознательное убийство в людях сострадания»? Это что, вся классическая русская литература, главнейшей идеей которой является сострадание, была в советское время под запретом? Надо полагать, что Кваша все же учился в советской школе. Но антисоветизм так его пришиб, что не помнит он, видимо, как учил в школе «Му-му» И.С. Тургенева, «Каштанку» и «Ваньку Жукова» А.П. Чехова. И напрочь забыл о пионерском тимуровском движении, сущность которого состояла именно в сострадании (в современной России ничего подобного тимуровскому движению до сих пор нет).

На самом деле все наоборот: именно в советское время сострадание было нормой. Система образования в стране воспитывала сострадание с помощью как русской литературы ХIХ-начала ХХ веков, так и советской литературы. Сохранившийся у меня ученический билет суворовца содержал несколько разделов, в том числе, естественно, раздел «Обязанности суворовца». Так вот, среди прочих обязанностей есть и такая: «уважать старших, быть внимательным и предупредительным к старикам, маленьким детям, слабым, больным, уступать им дорогу, место, оказывать им всяческую помощь».

Сострадание было обычным делом в советском быту. После Великой Отечественной войны жизнь была трудной, но все друг другу помогали. На нашей одноэтажной улице, на окраине г.Запорожья, жили две вдовы фронтовиков: у одной было три несовершеннолетних сына, а у другой - такого же возраста три дочери. В начале 50-х годов я был маленьким ребенком, но хорошо помню, что этим женщинам помогали все соседи, кто чем мог. И я ни разу нигде не слышал, чтобы кто-то говорил: «Жалость унижает человека». А вот выражение «Сам погибай, а товарища выручай» звучало повсюду: и в школе, и на улице, и дома.

О разнице в уровне сострадания советского и нынешнего общества говорит и такой бросающийся в глаза факт: в советское время было нормой уступать места в общественном транспорте инвалидам, больным старикам и просто пожилым людям, а сейчас это практически не встречается.

Кстати, сострадательная телепередача «Жди меня» - это, ведь, калька (сейчас говорят - «римейк») советской телепередачи «От всей души», которую вела замечательная ведущая Валентина Леонтьева.



* * *

Не отстают от «мэтров» и более молодые «мастера искусств». Кинорежиссер Егор Кончаловский в газете «Аргументы и факты» (N39, 2006г.) как-то брякнул: «Во времена Советской власти, когда снималось и активно навязывалось зрителю огромное количество удивительно доброго и светлого коммунистического барахла, насилия в стране было в разы (!!! - В.Л.) больше, чем сейчас».

Ну, положим, Егор ничего не читает и потому не знает, что по статистике в 1990г. в стране было совершено 1 млн. 839,5 тыс. преступлений, а в 2007г. - 3 млн. 583 тыс., т.е. почти в 2 раза больше. Но ведь он уже не мальчик, ему более сорока лет от роду. Значит, в Советском Союзе он жил более четверти века и вполне мог бы сравнить некоторые бытовые детали, характеризующие уровень насилия в обществе. Не составляет труда, например, сопоставление экипировок советской и российской милиции. До 1991 г. в Москве милиционера с автоматом не то что увидеть, но и представить себе было невозможно: у советских милиционеров даже дубинок не было, не говоря уже об автоматах, бронежилетах, касках, щитах и других средствах самообороны и устрашения, которыми оснащены современные стражи порядка. Или такая характерная бытовая деталь - металлические двери и решетки на окнах. Их в советское время практически не было, а сейчас они установлены везде.

Вот еще один антисоветский «перл» Егора Кончаловского. В заметке «Почему не вешаются наши бизнесмены и чиновники» («Аргументы и факты», N34, 2007 г.) он утверждает: «...На протяжении существования СССР у нас был режим, который методично уничтожал само понятие «Личность...».

Это же до какой степени антисоветского озлобления нужно дойти, чтобы не видеть, насколько в постсоветский период обмельчала личностями, например, родная Егору профессиональная среда - кинематографическая. Кто из нынешних поколений актеров и режиссеров по личностным качествам может сравниться с Борисом Бабочкиным и Игорем Ильинским, Михаилом Жаровым и Ангелиной Степановой, Тамарой Макаровой и Сергеем Герасимовым, Любовью Орловой и Григорием Александровым, Николаем Черкасовым и Борисом Андреевым, Игорем Горбачевым и Павлом Кадочниковым, Леонидом Быковым и Алексеем Смирновым, Василием Лановым и Татьяной Дорониной и многими, многими другими великолепными актерами, режиссерами и настоящими советскими людьми? Да практически никто: ну, может, одна-две настоящих личности найдется в современной кинематографической тусовке. Большинство же - мелочь пузатая, лишь деньгами и сексом озабоченная. И современные фильмы и сериалы отражают ничтожность личностей их создавших: если в советских фильмах герои были чуть-чуть лучше большинства реально живущих людей, то персонажи нынешних фильмов и сериалов, как правило, грубее, бестактнее, невежественнее, злее, безжалостнее, в общем, значительно хуже, чем живущие сейчас люди.



* * *

Другой, сравнительно молодой «мастер искусств» - театральный режиссер Сергей Женовач в одном из интервью («Аргументы и факты», 24 марта 2004г.) заявил, что дух семьи «...выколачивался из нас в течение многих лет. Советская власть превращала семью из места духовного спасения в безликую «ячейку общества»». Откуда это Сергей Женовач взял про «выколачивание» духа семьи? Наоборот - Советская власть для укрепления института семьи прилагала большие усилия. Советские законы стимулировали создание семей (неженатые мужчины платили довольно значительный так называемый «холостяцкий налог» - сейчас такого налога нет), поощряли рождаемость (многодетные матери награждались медалями «Материнская слава» и орденами «Мать-героиня» и имели существенные льготы - в современной России эти меры только сейчас принимаются), создавали благоприятные условия жизни (квартиры все семьи получали бесплатно, а многодетные семьи получали квартиры большой площади вне очереди - сегодня об этом уже никто и не мечтает). В стране была создана атмосфера поощрения семейных отношений, общественное мнение негативно относилось к разводам, пропагандировались уважение и взаимопомощь в семье. И это на всем протяжении советской эпохи давало положительные результаты. Мои родители, например, после Великой Отечественной войны поселились в        г. Запорожье. В нашей семье было шесть человек (папа, мама, бабушка по папиной линии, две мои старшие сестры и я, только что родившийся). Кормильцем семьи был только отец: бабушке было около семидесяти лет, сестры учились в школе, мама нянчилась со мной. Жили, конечно, бедно, но, тем не менее, у нас еще жили две родственницы: племянницы мамы и папы. Они были равноправными членами семьи и жили с нами несколько лет, пока не поступили в ФЗУ (фабрично-заводские училища) и не перешли в общежития этих учебных заведений.

Дух семьи исчезает именно сейчас, при обнищании народа и упорном навязывании обществу принципов западного индивидуализма. Писатель из Перми Алексей Иванов в «Российской газете» (20 апреля 2007г.) по этому поводу пишет: «...в наших условиях традиционная семья перестала быть ячейкой общества. Двое родителей не могут прокормить себя и двоих детей, обеспечить семью пристойным уровнем быта. В глобальном обществе семья из кирпичика превратилась в молекулу, а дом строится из кирпичей, а не молекул...». Довольно известный «демократ», профессор психологического факультета МГУ Александр Асмолов добавляет: «...пока в России можно наблюдать лишь моральный кризис семейных ценностей - взять хотя бы катастрофически быстрый рост числа социальных сирот» («Аргументы и факты», N18, 2008г.).



* * *

Мне неведомо, чем конкретно обидела советская власть каждого из фигурантов этой статьи, но никакие обиды не могут оправдать их бессовестную антисоветскую ложь. Так, господа, врать нельзя!

В. ЛИТВИНЕНКО

Источник
Интеллигент - это звучит горько

"Чем больше книг я читал, тем больше глупел"
Мао Цзедун

"Интеллигенция – самая невежественная часть нации"
Мао Цзедун

"Интеллигенция – говно нации"
В. Ленин


Над этими словами принято потешаться.  Почему-то потешающемуся не приходит в голову, что они принадлежат людям, потрясшим миры и заложившим новые цивилизации, в то время, как сам он если и потряс кого-нибудь, то лишь ближайших домочадцев или собственную супругу, написавшую однажды "жить с таким дураком, как ты, больше не желаю" и ушедшую к другому дураку, но с более крупным кошельком и другими частями тела, а, значит, не столь уж безнадежному.

Лапутянин, Васисуалий Лоханкин, "пикейный жилет" – вот бесконечно сниженный, травестированный, но в чем-то неуловимо верный портрет интеллигента.  Родовым признаком этого архетипического портрета является уверенность в том, что иметь в голове много мыслей и складно говорить слова – есть неоспоримое человеческое преимущество.  Формой присутствия интеллигента в этом мире является его блудословие, а, точнее сказать, блудомыслие.

Еще из Библии: "да" – да, "нет" – нет, остальное от лукавого".

Интеллигент так не может.  Он даже из этой фразы устроит бесконечную говорильню, напишет горы книг и скажет массу других фраз, не сказав при этом абсолютно ничего нового.  Он вторичен с головы до пят, которые, кстати, у него вообще отсутствуют, потому что его психофизическое "я" из одной только головы и состоит – думать же, между прочим, можно и ногами.  Ей-Богу, читатель, автор сего не шутит и не потешает тебя парадоксами.  Думать можно желудком, кожею, "печенками", которые у интеллигента отсутствуют или находятся в зародышевом состоянии.  Интеллигент начинает думать ногами лишь во время смут и всяческих революций, потому что восставший народ первым делом начинает почему-то колотить именно свою интеллигенцию.  Тиражированные ее сознанием мужики Мареи и Платоны Каратаевы вдруг начинают с ужасающей силой прикладывать ее фейсом об тейбл, а кому понравится такое странное воплощение народных свобод, к чему она круглосуточно призывала в своих гостиных?  В результате "мужик Марей" поразительно быстро превращается у нее в Шарикова, а "униженные и оскорбленные" в "грядущих Хамов", и ей на какую-то минуту открываются первичные правды жизни, чтобы сразу же заслониться новой книжной чепухой, от которой Мао Цзедун только глупел.

Но почему простолюдин не любит интеллигента?  Да потому что простолюдин, наоборот, состоит только из ног, рук, печенки, селезенки, голова же ему нужна лишь для того, чтобы ею есть.  Простолюдин не понимает, он чувствует.  Он чувствует в том числе, что эти умники в шляпах и очках – щедринские пустоплясы, а вместе с тем живут жизнью, о которой он, пашущий и сеющий, даже помечтать не может.

"Можешь!" – говорят ему однажды Спартак, Робеспьер, Авраам Линкольн, Мао Цзедун, Ленин.  И тогда начинается!  Тогда профессор Преображенский, не любящий пролетариев, бросается просить защиты у власти этих же пролетариев, а профессора попроще, не мудрствуя лукаво, бегут за границу.

Среднеарифметический интеллигент только думает, что он думает.  На самом же деле он твердит то, что подумали и сказали за него другие.  Круг его цитирующего мышления может быть чрезвычайно широк - от христианских хроник до Нуйкина с Клямкиным из "Московского комсомольца", но он никогда не прорыдает с кровью и слезами о чем-нибудь своем, потому что вместо крови и слез у него неизвестно что, какая-то капельная эмульсия или другой раствор.

Но кого же цитирует русский, патриотический интеллигент?  О, разумеется, Великих Русских Теософов начала двадцатого века.  Лично автору этих строк они представляются прекраснодушными болтунами, но ладно.  Уточним, однако, что Лев Толстой называл Бердяева Белибердяевым, а Льва Шестова "модным парикмахером" и не будем надсадно повторять, что отвратительный Ленин погрузил этих отцов мысли и гигантов русской демократии на "философский пароход" и вывез их за пределы Советской России.

С "низами" отношения у интеллигенции исторически не складываются.  Но у нее и с "верхами" отношения не лучше!  Пусть кто-нибудь из присутствующих назовет правителя, удостоившегося единодушных интеллигентских рукоплесканий, и автор согласится съесть свою шляпу.  Клинтон у них жеребец, Буш - "одноклеточный", Хрущев – "кукурузник", Путин – Путлер и тому подобное.  "И вот такие кукурузники оказываются у власти?  Помилуйте, да они не представляют, что такое прогресс, цивилизация, экономика, демократия, еврейский вопрос, балканский вопрос и вообще, что такое "вопросы"!

Очень хорошо представляют, возразим мы на это.  Терминаторы власти отлично понимают магическое влияние этих ученых терминов на массовое сознание.  Поэтому каждый, вырвавшийся на олимпийскую прямую, заказывает для себя экономическую доктрину, политическую концепцию, национальную идею и тому подобное.  Горбачев, например, заказал программу "500 дней" и нанял для этого целый отряд яйцеголовых интеллигентов.  Программа не подошла и была выброшена в корзину, но команда оставлена при Кремле, потому что складно излагают, собаки, и при случае могут пригодиться.  А, например, бывший член ЦК, ныне президент Азербайджана переоделся в галабею и совершил хадж.  Борис Ельцин в процессе борьбы с Горбачевым развалил пол-страны, а вторую половину продал Березовскому, чтобы переизбраться на второй срок, затем тоже совершил хадж в Иерусалим и объявил себя святым президентом.  Этнические царьки Боснии и Герцеговины продали на днях оружие Израилю, подаренное им Саудовской Аравией для борьбы с неверными, воплощением которых является для многомиллионого арабского Востока именно Израиль.

Кстати об Израиле.  Когда честолюбцы Бен-Гурион и Голда Меир задумались, как им реализовать себя в глобальных масштабах, они заказали у романтической еврейской интеллигенции идею "исторической родины".  В итоге сотни тысяч евреев из бывшего СССР бросили прекрасную российскую обитель и маются ныне, соблазненные и покинутые, в своих ульпанах и "Махане Руси" с фотографиями Бен-Гуриона на обшарпанной стене.  Автор сего порядочный человек и удерживается от соблазна процитировать выдержки из писем, поступивших к нему после его публикаций "Евреи и жиды" и "Русская проза Израиля".  Скажу только, что лейтмотивом всех этих писем было: "нас кинули".  Израильские Айсберг, Вайсберг и Рабинович, отзовитесь и подтвердите или опровергните!  Поскольку определенное количество евреев наблюдается и здесь, обращусь, пожалуй, и к ним, а заодно и ко всем интеллигентам:

Дорогие мои.  Вас кидали, кидают и будут кидать.  Там, "наверху", творится совершенно другая, неизвестная вам действительность.  Там все мощно дышит, преодолевает, пульсирует адреналином и не выбирает между парламентской трибуной или танком.  Там птицы не поют, деревья не растут и только слышен хруст перемалываемых костей и вопли растворяемых в углекислой ванной.  Участники этой борьбы черпают смысл и наслаждение в ней самой, жертвуя ради этого народами, религиями и царствами.  Самый православный в мире народ стал на целые полвека коммунистическим атеистом, а сегодня вновь становится отчаянно православным – почему так?  Израиль возник, пропал, возник, сегодня учит до посинения мертвый иврит - зачем ему это?  Cui prodest, как говорили циничные и, следовательно, мудрые римляне?

Интеллигент подобен лодочнику, несущемуся между двух скал.  На одной написано "власть", на другой - "народ".  Сверху хохочут и бросают в него палками.  В него, знающему обо всем всё, сочинившему Тору, "Феноменологию духа" и "Коммунистический манифест"!  В итоге рождается классический синдром интеллигентской обиженности, неприглашенности ко столу и всего того, что, сам того не подозревая, выразил один из новоиспеченных израильтян названием своей статьи "Я - полукровка".

Недавно, течением обстоятельств, интеллигентские полукровки оказались в России вхожими в коридоры Кремля.  Много ли их там осталось на данный момент?  Ни одного.  Все были вышвырнуты оттуда, как пробка из бутылки с домашним квасом, и по сей день залечивают синяки и шишки, полученные на ристалище, где нету ни Бога, ни отечества, ни "национального вопроса", а есть только беспощадная, яростная, языческая борьба за власть.

Интеллигент не понимает и не поймет этого никогда.  Изо всей могучей вертикали жизни ему открыта лишь ее книжная чепуха.  Неистовый израильский патриот Беркович, мечущийся по интернетовскому пространству – вот классический интеллигентский баран, которого употребляли, употребляют и будут употреблять подлинные терминаторы жизни.  Сами же они перейдут в еврейскую и какую угодно веру, если почувствуют исходящий от нее властный запах.  И более того: Иисус Христос, Магомет, Будда, Конфуций остались бы неизвестными, если бы тогда, на заре цивилизаций, не оказались полезными очередному терминатору.  Мир управляется волей, точнее, параллелограммом воль, а не какими-нибудь Торами иди гегельянскими законами разумного развития – да посетит, наконец, сия мудрость пикейных жилетов, любящих говорить за еврейские и прочие вопросы.

***
- Но позвольте.  Вы говорите не об интеллигенции, а каких-то образованцах, к которым сами же и адресуетесь.
- Согласен. Я этого не писал, а вы не читали.  Толкущиеся здесь цицероны однажды изменят мир.  Хотелось бы лишь меньшего блудословия от них, ошивающихся с утра до вечера в Интернете за счет благодушия их непосредственного служебного начальства.

В. Сердюченко


Источник
Осторожно: российская интеллигенция

Евангелия свидетельствуют: самое жестокая, уничижительная критика из уст Христа звучала в адрес книжников и фарисеев – самых ярких представителей интеллигенции той древней цивилизации. Один из их непростительных, смертных грехов состоял в том, что служением Господу лицемерно покрывали личное безмерное своекорыстие. Сами же ведали, что творят непотребное. Им внимали, их примеру следовали многие. Тем самым эти «просветители» сбивали с пути истинного множество прочих людей, делая этим собственный грех неискупимым. Предрасположенность к подобному блуду и вовлечение в него множеств прочих людей оказалось неустранимым родовым свойством определенной породы интеллектуалов всех времен и цивилизаций. Не погружаясь в пучину рассуждений по поводу определения понятия «интеллигенция», представляется допустимым полагать интеллигентами всех, кто таковым полагает себя сам, имея к тому некие формальные основания: сертификат о соответствующем образовании, литературную речь, некоторый объем знаний в какой-либо сфере и т.п.
В этой обширной общественной страте содержится набор всех видов интеллектуалов, в том числе и тех, кто творит, множит истинную человеческую культуру, охраняет и воспроизводит в поколениях нравственную чистоту.
О последней категории здесь не речь. Их мало, они малоприметны, при жизни обращены больше вовнутрь своего духовного мира и почти не возмущают жизнь окружающих людей. Исполняют свою великую социальную функцию вопреки всему и всем. Замечают и ценят их деятельность спустя десятилетия и столетия после них.
Тема разговора посвящена той 9/10 части интеллигенции, что напористо пробивает себе пути к карьерам, обретениям, почестям, званиям, благам, сообразуясь исключительно со своими личными, корыстными интересами. Пренебрегая во имя успеха всем тем, что проповедует, поучая уму-разуму всех прочих.
Удивительного в этом человеческом племени много. Прежде всего, повадки, устремления, наборы приемов борьбы за личный жизненный успех – примерно одни и те же во всех культурах, цивилизациях, этносах – с ними можно ознакомиться уже в полном наборе по письменным источникам времен ранних династий египетских фараонов.
Присмотримся, однако, ко временам, что к нам поближе.
Ныне только клинический олигофрен не доставляет себе удовольствия поглумиться над агитпропом КПСС с его тупостью, якобы неодолимо-свинцовым, тотальным идеологическим контролем. Со всеми вытекающими сокрушительными последствиями. Тему обьективности и справедливости уничижительной критики оставим, обратим внимание пока только на одну существенную деталь – на все сто партийно-советский агитпроп был укомплектован интеллигентами-гуманитариями: философами, журналистами, литераторами, врачами, режиссерами итп. Причем отбирали всегда из множества желавших попасть в престижную структуру власти. Можно согласиться, что яркие, даровитые гуманитарии от таких предложений, как правило, отказывались. Но не следует тогда и забывать, что яркие даровитые в своей собственной творческой среде травились и угнетались всячески во все времена. В целом же агитпроп КПСС формировался исключительно среднестатистическим (по профессионально-этическим качествам) российско-советским интеллигентом, который ну абсолютно ничем принципиально не отличается в худшую сторону от нынешнего российско-демократического типажа. Последний только тем и хорош, что менее нуждается в идейной мимикрии, потому более пригоден в качестве анатомического пособия.
Гуманитарии-интеллигенты были достаточно представлены и в других структурах партийного аппарата КПСС. Остальную часть которого, к слову, составляла исключительно инженерно-техническая и научная интеллигенция. Рабочий класс и трудовое крестьянство были представлены половиной членов КПСС и избирались в соответствующей пропорции в совещательные партийные органы, делегатами конференций, съездов, пленумов и др.
То есть, если и принимали голосованием партийные решения, то исключительно те, что были подготовлены партийным аппаратом и консультантами из привлеченных специалистов. Эти же две последние категории состояли из интеллигенции только. Основной отряд российско-советской партийной элиты составлял потомственная московская интеллигенция. Чем она наполнила реальное социалистическое строительство в СССР – известно. Как она «разрулила» и продолжает Великие Демокрастические Реформы в России – зримо всему миру воочию.
Общий закон современных обществ прост и понятен: чем мощнее, многочисленнее собственная научно-техническая, да и «творческая» интеллигенция, тем мощнее, развитее техносфера, тем производительнее жизнеобеспечивающие технологии. Тем более мощным является государство, доминируя над другими и в силе армии, и в ее вооружении. Простого, прямого однако, соотнесения между численностью интеллигенции и всевозможными преуспеяниями общества не существует. Всякого вида интеллектуалов должно быть в меру, и фронт занятости для них должен быть, и подобающее материальное возмещение за их квалифицированный труд надо обеспечить. Можно, к примеру, представить, что половина людей в обществе по образованию педагоги, вторая врачи. Ну и что тогда бы получилось? Хуже могло бы быть только в случае, если бы все в обществе были журналистами-папарацци. Диспропорции в численности и воспроизводстве основных разновидностей интеллигенции, их недостаточная подкормка, «недопеченность» в мировоззренческом, духовном плане чревата серьезными деформациями, напряжениями в обществах, задержкой развития экономики, другими недугами. А перекормленная, заласканная интеллигенция даже в ее некоторых фрагментах порождает отклонения иного свойства. Так получилось исторически, что лучше, ярче всего это воплотилось в российской действительности.
Говорят, что истинным интеллигентам свойственно обостренное чувство социальной справедлиовости. Применительно к основной массе российской интеллигенции это справедливо с поправкой: здесь если и присутствует это обостренное социальное чувство, то по отношению только лично к себе, интеллигенту, несправедливо обойденному достойной оплатой, карьерой, незаслуженно обделенному благами, почестями. При неколебимом убеждении, что он этого заслуживает уже только фактом своего существования. И неистовое, исступленное желание это исправить любыми способами, средствами – любой ценой. Магистральный путь известен – во власть, в структуры, обслуживающие властных. «Входной билет» здесь – традиционное угодничество, прославление любых вождишек, откровенное бесстыдное холуйство.
Те, кому удалось это в нынешней России, и составили ударный отряд нынешних казнокрадов и мздоимцев – самой устойчивой, ничем не вразумляемой, кроме как расстрелами, модификации госслужащих. С неутолимыми аппетитами вывезли уже почти все из страны, что только возможно, а оторваться не могут.
Кроме того, укоренившись во власти на любых уровнях ее иерархии, без колебаний и каких-либо сомнений прибегают к преступным средствам, любым подлостям и гнусностям, чтобы удержаться, укрепиться в этом статусе, отбить любые попытки привлечения к ответственности. С готовностью вступают в сговор со структурами организованной преступности, иностранными спецслужбами, сбиваются в разнообразные кодлы-ложи, изо всех сил стремятся использовать разнообразных «правоохранителей» в качестве карателей. С аппетитом принимают услуги пиара любой степени черноты и гнусности, обильными проплатами нанимают орды деятелей СМИ для постановки нерассеиваемой ничем густейшей дымовой завесы дезинформации так называемого «общественного мнения».
Орды же тех интеллигентов, которым не повезло с властной карьерой, никогда тем не менее не оставляют этих своих попыток, наполняя собой многочисленные политические партии с надеждой с их помощью протиснуться хотя бы куда, хоть на какой-то срок. Те же из них, кто изредка порывается к кормушкам, и ведут себя в точном соответствии с вышеописанной моделью поведения «интеллектуалов» во власти.
Тем, кому не хватило мест в «респектабельных», близких к элите и неплохо оплачиваемых партиях, приходится довольствоваться членством в непримиримо оппозиционных режиму образованиях с весьма скудной подкормкой, но опять же с надеждой, что будут в нужный момент востребованы кем-то. Здесь их сколь угодно ядовитая оппозиционность мгновенно заканчивается, как только позовут на приличную должность. Бесспорно, в этой категории обретаются малым числом и искренние, глубоко убежденные в правоте своего дела истинные интеллектуалы, которым еще Некрасов определил образом Добролюбова их традиционный удел: «Судьба ему готовила/Путь славный, имя громкое народного заступника/Чахотку и Сибирь». Образами которых статисты-оппозиционеры поныне размахивают как именитой торговой маркой для своей саморекламы. Кроме означенного множества интеллигентов, постоянно инициирующих в поисках мало-мальски хлебной политической функции на любом секторе этого поприща, существует не меньшее число тех, кто счастлив, если будет востребован хоть в каком-то качестве любыми властвующими, богатыми, независимо от природы происхождения их власти и богатства. То есть, являясь по сути избыточным резервом живой квалифицированной силы для реализации любых разрушительных, хищнических целей должностных лиц правящего ныне в России режима.
С учетов выверенных, справедливых характеристик этого режима как воровского, коррумпированного, роль интеллектуалтных статистов российского общества очевидно непривлекательна. Но самих этих статистов это нимало не смущает: получаемое ими личное благополучие делает ничтожными соображения нравственности, социальной справедливости, законности, соображения национальных интересов и тому подобного идейного «вздора». Даже когда на это настойчиво обращают внимание «коллег» нормалные интеллигентные люди.
Присмотримся-ка повнимательней к некоторым чертам типичного, среднестатистического портрета массовой российской интеллигенции.
Наиболее огорчительным, пожалуй, является извечное избыточное количество в среде «образованщины» лиц, готовых угождать, холуйстовать перед любым властвующим сословием, режимом, сильным лидером, любым мало-мальски значимым начальником. Естественно, небескорыстно. Неумеренное, непрестанное «высокохудожественное» и не очень восхваление здравствующих вождей, вождят разных калибров – дело вполне привычное для всех и едва ли не главная функция большинства из так называемой творческой интеллигенции во все российские времена. Занятие это отнюдь не такое уж безобидное для социума: в болшой мере именно благодаря откровенному, интенсивному угодничеству известных стране актеров, эстрадных кумиров, публицистов, писателей, художников обеспечивается устойчивость и длительность господства часто недостойных, невзрачных личностей на всех уровнях разнообразных властных иерархий.
Причем, никакие увещевания, даже публичные оскорбления, звучащие из уст нормальных людей, не в состоянии даже в малой степени снизить интенсивность этого извечного холуйского неистовства – поистине про это племя сказано: «Мочись в глаза – все божья роса». Ибо льстецы-«интеллигенты» прекрасно знают – не удалось быть услышанными, замеченными властвующими - не будут и обласканы и выдвинуты. Без чего творческой посредственности никогда не состояться как яркому дарованию, «таланту» о котором гомонят повсюду. А то, что шансы быть замеченным у оборотистых и алчущих благ «интеллигентов» очень велики, проверенно многократно временем: властвующие тем более нуждаются в именитых холуях – сладкопевцах, чем более убогими, ущербными, гнусными, являются сами. Поэтому именно эта излюбленная и благодатная функция «образованщины» остается ее самой востребованной родовой, фамильной чертом на все грядущие времена. К малоприятному родовому свойству российского образованного сословия относится и его неразборчивость: неважно, из чьих рук получать подкормку – лишь бы повкусней, пообильнее. Юрий Богомолов с прискорбием константирует это свойство и в среде нынешней генерации «мастеров культуры» а иже с ними, ярко проявившееся в случае со скандалом с криминальным авторитетом Тайванчиком и четко выраженное одним из известных в стране исполнителей: «… Моей семье его очень жаль, мы его любим. И все, кто его знает, спортсмены … художники, балетные звезды, и масса людей, которые с ним с удовольствием общаются, его любят». («Не отрекаются, любя», Известия, 10.08.2002).
Действительно, для множеств из российской творческой интеллигенции совершенно безразлично, из каких источников происходят обильные средства господина Тохтахунова и ему подобных – от наркотиков ли, современной работорговли ли, порноиндустрии ли. Тем самым выказывается самая действенная, решающая поддержка со стороны людей, в чем-то значимых, заметных профессиональной преступности, происходит ее публичное освящение, признание.
Чем очень сильно поддерживается ее «расширенное воспроизводство», несмотря даже на неплохую местами работу правоохранительных органов.
Очередная «фамильная» малопривлекательная черта российских гуманитариев-интеллигентов – какая-то клиническая предрасположенность к предельной жестокости при расправах с теми, кто угрожает их достигнутому благополучию, сытости, высокому социальному статусу.
Отчетливо помнится, как яркие представители московской творческой интеллигенции в канун расстрела оппозиции в 1993 году истошно верещали: «раздавите гадину!».
«Гадиной» были в основном нищие русские люди, обобранные и обманутые ельцинским воровским режимом, демонстративно расстрелянные из танковых орудий наемными убийцами в форме старших офицеров Российской Армии. А чего стоит опубликованная в прошлом году интеллигентами-известинцами статья яркого гуманиста и демократа Войновича покарать из-за терактов в США арабские страны по примеру Хиросимы и Нагасаки? Именно нынешняя генерация российской интеллигенции, наполнившие собой все «коридоры власти» во всех ее ветвях, породила политический режим коррупции, казнокрадства и воровства, запустивший процессы регулярного многомиллионного вымирания русских, их алкогольно-наркотической деградации, вышвырнувшей из жизни вымирающей страны миллионы беспризорных детей и подростков. Продолжающий сгнаивать миллионы обездоленных людей в тюрьмах за любые малозначительные правонарушения.
Почти единственная форма иногда проявляемого милосердия к собственным врагам – скорый расстрел с контрольным выстрелом, чтобы не продлять мучения жертве. Но это случается так редко, что этим отклонением легко можно пренебречь без ущерба для «имиджа» живописуемой породы.
Особо выдающимся качеством, так же ярко отражающим самую суть российской «образованщины», является ее непревзойденная способность к политической мимикрии с кукишем в кармане. Ее инстинктивные способности, развитые и усовершенствованные вековой практикой почти до уровня талантливого лицедейства, совершать поступки и произносить слова, которые всегда можно толковать к выгоде текущего момента, какой бы оборот ни принимали обстоятельства. К примеру, руководитель всех политработников Советской Армии, генерал армии, доктор философских наук от марксизма, самый пламенный, естественно, ленинец вдруг одномоментно, вместе со сменой режима превращается в писателя, пламенного разоблачителя коммунизма и стяжает на этом поприще еще более высокие дивиденды, чем при «проклятых коммунистах», вознесших его на вершину той власти. Генерал КГБ, утыканный боевыми орденами, с переменой режима мгновенно оборачивается сокрушительным разоблачителем советских спецслужб, публикующим роман за романом в добровольном, комфортном изгнании в цитадели бывшего врага - США.
Профессор, доктор каких-то там видов юридических наук, с громадным трудом после множества публичных славословий в адрес партийных вождей ставший членом КПСС, с ее крушением мгновенно становится пламенным демократом и оплотом всей российской демократии, без партийного контроля быстро прибравшим мздоимством, казнокрадством и мошенничеством к рукам целое состояние от бывшей госсобственности.
Исполнитель ролей вождей мирового пролетариата, пламенных борцов-коммунистов в СССР, обвешанный премиями, орденами, желанный член президиумов партийных конференций, сьездов, после запрета компартии становится во главе демократических колонн, форумов, поливает грязью, помоями тех, кому был всегда готов публично целовать зад. Попутно талантливо живописует в новых фильмах образы теперь уже преуспевших казнокрадов, бандитов в качестве отцов и спасителей нации.
При Гитлере подобная публика находит в своей родословной сплошное арийство, в банковских столицах мира они – дальние потомки древних родов Рокфеллеров и Ротшильдов. Теперь в России – сплошь наследники прежней титулованной знати Империи. Случись победное нашествие марсиан – среди этой публики найдутся во множестве их тамошние многочисленные родственники.
И таким метаморфозам особей этого слоя несть числа ни в прошлом, ни в настоящем. Подобное состоится с гарантией и в будущем. Обьективно это родовое свойство образованной публики создает весьма прочную социальную базу любому клану, любому победившему политическому режиму, включая оккупационный.
Древний принцип «Разделяй и Властвуй» реализуется любыми Новыми Господами Жизни, прежде всего в этой среде. Чего оказывается вполне достаточно для безопасного властвования над всем обществом.
Современная российская образованная публика коммерциализировалась подле всевозможных барышников от политики и финансов едва ли не второй. Потребности политического рынка находят всегда в этой среде быструю адекватную реакцию: «Идут, скажем, поиски национальной идеи – на которые литература отвечает «Имперским Романом». Происходит «укрепление президентской вертикали», разгорается «борьба с коррупцией» - литература старается «соответствовать»» (Виктор Топоров, «Квазиответы на квазивопросы», Известия, 22.06.2002).
Другие – в сфере образования – тоже действуют соответственно: «Кто сейчас может позволить себе роскошь преподавания в отечественном ВУЗе? – тот, кто зарабатывает хлеб в другом месте, тот, кто, грубо говоря, пилит деньги на входе, соучаствуя в экзаменационной и репетиторской мафии.» (Александр Архангельский, «С расходом свесть приход», Известия, 22.06.2002).
И этим несть числа, они заполнят собою любые выморочные пространства, корысти ради имитируя бурный процесс высшего образования в стране, производящего благодаря имитаторам во все больших количествах муляжи образованности. В академической науке этот слой представлен тоже весьма впечатляюще: «… К сожалению, не изжиты традиции «пожирания» академическим сообществом своих самых одаренных и независимо мыслящих членов …Если уж Ломоносова не пощадили – до конца жизни преследовали, знать сильна Академия Наук. Она и сегодня не ослабла: все финансовые потоки, связанные с научными исследованиями, стремится подмять под себя; старается единолично влиять на формирование у руководства страны нужного мнения по поводу приоритетности тех или иных научных направлений» (Савелий Кашницкий, «Академики сожрали Ломоносова», Московский Комсомолец, 25.07.2002).
Слой образованных людей, составляющий основную часть российской интеллигенции, в силу вышеописанных свойств традиционно – благодарнейшая среда для спецслужб, политического сыска, так как панически боятся выглядеть в глазах власть предержащих нелояльными режиму. Потому многие стремятся быть упреждающе полезными. Лучше всего это получается, когда налаживаются устойчивые негласные отношения с органами политической разведки. Заодно появляется возможность тайным доносом сломать карьеру более преуспевающего и независимого коллеги и занять его место. В этой среде всегда демонизируются, окошмариваются силы сыска, что прямо-таки подталкивает многих искать дружбы со стоголовым, тысячеглазым всевидящим драконом. И множествам из числа научной, творческой интеллигенции удавалось таким путем сделать нешуточные карьеры, не имея к тому никаких объективных качеств.
Доподлинно известно, что первоисточниками трагедии с великими советскими учеными всегда являлись их «бдительные соратники», друзья, иногда и родственники.
Доносы, кляузы по начальству, злоречия, сплетни в собственной среде – банальная мелочь, естественный будничный фон жизни.
Вся внешняя культура общения в образованной среде, политкорректность в одночасье разлетаются вдребезги, если дело доходит до дележа хоть сколько-нибудь значимых жизненных благ. Прямо по Маяковскому: «На что уж кадеты, люди лояльные/Били в морду, крыли матюгом».
Высокохудожественно, точно это проиллюстрировано фильмом Эльдара Рязанова «Гараж». Эта среда – и благодатнейший неиссякаемый источник разнообразных дисциплинированных начальников. Которые, как правило, одномоментно, легко трансформируется в сословие «небожителей», когда все, кто внизу – неразумные букашки. Вполне по популярному афоризму этой среды: «Я начальник - ты дурак».
Метаморфозы людей даже с вполне приличным образованием, даже с впечатляющей гуманитарной подготовкой при удачном «хождении во власть» в абсолютном большинстве случаев похожи до банальности, являя собой только более бледные вариации на колоритный исторический пример: «Известный автор, именуемый в просторечии «бесноватым фюрером», судя по всему, тоже был способным литератором, к тому же имел задатки и живописца, любил Вагнера, знал толк в архитектуре и представлял собой вполне утонченную художественную натуру, что в конце концов не помешало его назвать зверем из ада» (Юрий Богомолов, «Наше Kampf», Известия, 13.06.2002). Кроме того, бездонная, безмерная потребительская «емкость» этого сословия всего, что можно присвоить, урвать деформирует до неузнаваемости, до издевательства любую систему социального распределения, в которой подобная интеллигенция обязательно участвует. Воспроизводя, усиливая из века в век напряжение в обществах, порождаемое хищничеством властвующих элит. Даже многие из тех интеллектуалов, которые посвятили свою жизнь вооруженной борьбе за справедливое общество и победили в своей стране оборзевшую политическую элиту, с охотой и удовольствием присваивали себе богатство изгнанных богачей, оставляли себе их уровень потребления, комфорта. Чему наследовали и их дети, возрождая, по сути, ту же систему несправедливости, против которой боролись их отцы.
И только единицы действительно великих людей не подвержены были этой исступленной, необуздываемой страсти, вроде Ганди, Сталина, немногих подвижников церкви.
Нельзя обойти еще одну интереснейшую особенность большинства наших интеллигентов: глубокая убежденность, что верно только собственное суждение, собственные решения, выводы – каких бы сфер жизни, природы и общества это ни касалось. Отсюда – неистребимая, фатальная критика, несогласие со всем, что делают другие люди. Особенно неистовствуют иные гуманитарии, на практике не умеющие организовать работу даже бригады на лесоповале, тем более строительство школы, больницы. Из их среды-то и «выдвигались» по преимуществу номенклатурные работники отделов пропаганды и агитации аппаратов КПСС, которые с аппетитом и неистовством определяли, что должно, что не должно делать во всех сферах человеческой жизнедеятельности, с удовольствием «казнили и миловали», поощряя и обласкивая холуев, отодвигая разумных и способных.
У любого политического режима с «образованщиной» в России всегда возникают серьезные проблемы примерно одного и того же свойства:
- Отобранные в структуры власти, ее лучшие представители с одной стороны, все тянут к себе без меры, обустраивая всячески только свой быт, развивая только свое потребление. Но с другой стороны, очень неряшливо и небрежно исполняют должностные обязанности, злоупотребляют в корыстных целях должностными возможностями. За все, что им пожаловано «высочайшей милостью» платят либо весьма посредственным качеством управления, либо чаще вообще никудышным. Исключение – только эпоха И.В. Сталина, когда интеллектуалам была обеспечена по тем временам весьма обустроенная жизнь, но с нерадивых, вороватых нещадно драли шкуру. Только в этот период российская экономика являла миру настоящие чудеса. Похожая ситуация сейчас в Китае.
- Обслуживающая власть творческая, научная интеллигенция в своем рвении по части реализации «планов партии» любого толка начинает нести отчаянный бред, вызывая в других слоях общества хохот, издевательства. Отчего режим теряет всякую популярность и с целью укрепления позиций начинает «закручивать гайки» на разный манер и с разной интенсивностью.
- Внутри прибившегося к власти и инфильтрованного во власть интеллектуального сообщества всегда возникают интриги, противоборства по известным множественным поводам такого накала, что это почти полностью поглощает внимание, силы управленцев-интеллектуалов, снижая и без того низкую отдачу этого «менеджмента». Снизить уровень, интенсивность интриг, противоборств внутри и между ведомствами возможностей нет никаких у любого режима, кроме как только пытаться ужесточить административный, дисциплинарный спрос за ненадлежащее исполнение своих обязанностей. Но, организованные в разнообразные кодлы, ложи управленцы легко нейтрализуют усилия любых государственных контролеров, если только это – не следователи НКВД. Таким образом, интеллектуальная опора режима из «образованщины» опять же обьективно (без умысла, естественно) работает против него. А в целом – и против общества тем, к примеру, что снижает его жизненный уровень до критических величин, увеличивая дистанцию в обеспечении благами между элитой и остальным населением до неприемлемых размеров.
- Те же российские интеллигенты, которым по разным причинам не удалось пробиться в слой «баловней судьбы», составляют вечную, ощутимую, глухую, скрытую угрозу политическому режиму многообразными путями: от «изготовления» и распространения ядовито-издевательских анекдотов, публицистических произведений до откровенно небрежного, никудышного исполнения многообразных гражданских повинностей, служебных обязанностей. Проблема «инакомыслящих», мощно и умело раздуваемая зарубежными оппонентами, обеспечиваемыми к тому же громадными финансовыми ресурсами, стала непереваримой для высшей партийной номенклатуры КПСС и органов КГБ. Изрядная часть этой публики тучей навозных мух норовит облепить со всех сторон не только всякого нового начальника, но и его заместителей, друзей, знакомых. И в особенности – членов его семьи. С единственной уныло-однообразной целью: прилепиться к потенциальному источнику благосостояния любой ценой, раз уже не повезло с официальной карьерой.
Дети же из преуспевшего ныне племени угодников теперь носятся как им заблагорассудится по дорогам и тротуарам России на дорогих иномарках, давя и калеча людей и животных.


(Продолжение в следующем посте)
(Продолжение)

Совсем уж невезучие из этого племени, кому не удалось прилепиться даже к пахучим местам, либо которых «отбраковали», сбиваются в кодлы разнообразной «оппозиции» и начинают всеми возможными путями и способами оттирать от кормушек власти преуспевших. Правда, оппозиционность мгновенно испаряется, как только фрондеру нарезают приличный кусок. А общественности предстает облик новообращенного яростного сторонника «конституционности и порядка». Непрерывная свалка кланов преуспевшей «образованщины» со стаями «лишенцев» из этой же породы, во-первых, поглощает девять десятых их и без того их незначительного продуктивного времени и сил. Во-вторых, становятся почти единственным истинным смыслом их существования.
Именно «околотронная образованщина» и те из ее среды, что лелеют надежду в это окружение попасть, не просто ретранслируют по пространствам премудрости своих «вождей», но, что гораздо опаснее, любое паскудное человеконенавистническое измышление, намерение предводителей режима живописуют на все лады как величайшее откровение гуманизма, справедливости, мудрости и т.п.
В среде российской образованщины, привычно исполняющей и роль чуткого гулкого эха, воспроизводящего многократно, на все лады в лесах и долах слово, сказанное местным или всероссийским вождем, существует еще и вечная, неистребимая прослойка наиболее активных, инициативных. Которые не просто ретранслируют «высочайшее мнение», но и убедительно, высокохудожественно обосновывают их прямо-таки нечеловеческую мудрость, прозорливость, провидчество. Высвечивают пороки предшественников, глумятся над портретами прошлых вождей. Там, где коллеги только еще неистово рукоплещут стоя, эти успевают уже воздвигнуть памятники, написать портреты, картины, создать киноэпопеи, стремительно пробиваясь в члены Политбюро ЦК, гауляйтеры, руководители правительств и министерств, и т.п.
У этой извечной российской проблемы нет, похоже, приемлемого решения, кроме как резкого увеличения доли национального дохода во всех его видах, направляемого на образование, духовно-мировоззренческое развитие каждого ребенка. В том числе и путем сокращения космического разрыва уровня жизнеобеспечения новой «господствующей элиты» и основной массы населения. Но преуспевшая «образованщина» этого делать никогда и не может, и не хочет: как же тогда с премией Судьбы «небожителям»?
Потуги нормальных, здравых русских интеллигентов сконструировать и заставить работать хоть какие-то механизмы гражданского контроля чиновничества, элиты вряд ли будут реализованы до Страшного Суда: ресурсы и «строительные механизмы» – в руках «образованщины». А ее позиция – понятна, известна, неколебима. Царя-реформатора или его аналог, способный помочь этому, у которого было бы все в порядке с головой и психикой, в России, похоже, появиться неоткуда. А появись – долго не протянет.
Несуразности, творимые Российской «образованщиной» – не кара Господня. Сам факт неистребимого наличия в обществе громадного числа сильно «недопеченной» интеллигенции – свидетельство лишь незрелости, ущербности технологий воспроизводства самого общества. Взрастить полноценного духовного человека – тяжелейший долгий труд родителей, семей, школ, всего культурного общества. Человеческий же чертополох вырастает в изобилии сам по себе.
Его всегда множество среди тех, кто страстно стремится к материальному, вещному успеху. И, чутко улавливая потребность общества в высокообразованных специалистах, массы подобных людей устремляются к получению сертификатов о высшем образовании. Нравственная ущербность, культурное невежество не мешают ничуть человеку стать толковым инженером, строителем, электронщиком, специалистом по компьютерным технологиям. Сертификат о полученном высшем техническом образовании традиционно толкуется его обладателем в самом расширительном смысле: обладатель по праву теперь пожизненно принадлежит к наилучшей, ценнейшей части общества. О том, что сертификат получен за знания в сфере канализационных и очистительных систем традиционно умалчивается по причине полной незначительности такой «детали».
Первый этап такой самоидентификации в качестве члена «образованного слоя» неизбежно подводит и ко второму: к неколебимо устойчивому олицетворению самого себя с образом Булгаковского профессора Преображенского, по праву пользующегося бытовыми условиями наивысшей бытовой комфортности, которых нет даже «… у Айседоры Дункан». И, кроме того, обладающего мировоззрением, позволяющим верно и широко судить по множеству сложнейших социальных проблем. А вжившись в образ, можно уже не утруждать себя изнурительной внутренней духовной работой – достаточно сколь-нибудь внешне похожей имитации свойств присвоенной по собственному произволу легко узнаваемой в обществе маски какой-либо именитости. Массовое лицедейство, мимикрия во множестве сфер человеческой жизнедеятельности, только имитирующие ценные гражданские, нравственные качества как ничто другое снижают духовность, нравственное здоровье человеческих сообществ. Вместо того, чтобы способствовать их прирастанию в поколениях. Именно здесь во многом истоки всех современных мировых кризисов.
Духовное же развитие человека мало связано с какими-либо ощутимыми дивидентами, но требует вечных, непрекращающихся усилий. Массовые примеры тому в среде российской интеллигенции отсутствуют, но в изобилии присутствуют противоположные.
Именно в силу этого, «образованщина» предпочитает идти только энергоэкономным путем, ведущим к скорым имущественным ощутимым обретениям. И в громадной массе своей придает своей жизненной практикой социуму, российскому в особенности, весьма малосимпатичные черты, поощряет его членов на многие непотребные, недостойные дела.
В массовом нежелании людей развивать свою духовность, следовать ее нравственным императивам, нет попустительства Господа, есть лишь использование людьми своего права вести по преимущественному необременительный до поры животный образ жизни. И купаться потом всем вместе, сообща в совместно производимых нечистотах. Множествам это не только не претит, даже нравится: «На миру и смерть красна!». Пусть даже в помойных, выгребных ямах!
Период неизбежных страданий за удовольствия подобной жизни и буйное сумасшедшее веселье всегда, как правило, короче отрезка жизни с наслаждениями. И строго индивидуален, скрыт стенами квартир, больничной палатой, потому – не поучителен всем остальным прочим, еще благоденствующим.
«А может, так и надо? Может, в этом и есть великая сермяжная правда?». Что ж, для кого подобное действительно – великая сермяжная правда, тому так и надо!
Им грести вековым путем перепроизводства бездуховности, интеллектуального убожества, неизбежно приводящего к все более кровавым, масштабным социальным катаклизмам, мировым войнам. И даже благостная идея создания глобальной цивилизации никогда не может быть реализованной и обращенной к добру такими исполнителями.
Описанный набор типичных «черт характера» российской «образованщины» в практике жизни общества трансформируется в такие массовые социальные роли, которые приводят к тотальном деградациям и разрушениям, противостоять которым если и удается высшей политической власти, то прибегая к самому жестокому администрированию: как при батюшке-царе, так и при проклятых коммунистах. Чем наша образованщина была всегда крайне недовольна.
Будучи в любых должностях всегда предрасположенная заботиться только о своих корыстных интересах – «образованщина» всегда погрязает в коррупции. В демократической России, где в условиях устранения механизма сдерживания это произошло обвально, сплошь превратив все управленческие механизмы государства в совершенно непригодные структуры, вроде бакалейной лавки по торговле колониальными товарами для любых заезжих богатых туристов.
Забота исключительно о своем интересе при полном небрежении к общественным, государственным проблемам делает из «образованщины» беспринципных, безрезультативных для дела карьеристов, набивающихся в любую политическую партию любого толка, если это помогает пробиться к должности и преуспеть в продвижении по службе. Такой аппарат управления, если отсутствует жесткий административный, партийный, общеуголовный спрос за плохую работу, ошибки управления неизбежно низводит качество управления в государстве до критического уровня. Как это и наличествует в нынешней России.
Пробившись же в высшие уровни власти, где практически отсутствует уже всякий правоохранительный контроль, типичные представители образованщины обязательно становятся самыми сокрушительными казнокрадами страны, расхитителями ее национальных достояний, природных ресурсов. В современной России именно семья Ельцина, высшие чины его администрации, правительства и стали самыми крупными за всю историю страны казнокрадами и ворами. Процесс продолжается их преемниками. Конца этому пока не видно – видно только уже дно залежей нефти и газа, хищнически растаскиваемых по европам и азиям.
Будучи людьми с несформированными образованием, воспитанием нормальными естественными потребностями, «образованщина» никогда не ограничивает осознанно своего потребления – хавает всегда столько, сколько удается ухватить. Может подавиться от жадности, но корыта не оставит. Делиться с населением не будет никогда, по справедливости – в особенности. Обирать всегда будет людей своей страны до последней нитки, пока все не передохнут с голоду, от болезней.
Эта особенность массы бессовестных алчных «руководителей» известна от веку: потому и приходилось царям, властителям держать в полной боевой готовности пыточные Приказы, тайные канцелярии, позднее – учреждать Гестапо, НКВД. Где занимались и вполне успешно еще одной проблемой, создаваемой «образованщиной»: предательством интересов государства и общества, «спеканием» негодяев – вельмож – в какой-нибудь международный негласный интернационал.
«Образованщина» во власти и в структурах управления без жесткого, карающего за нерадение контроля, как сейчас в нашей стране, в силу критически низкого уровня нравственности всегда срастается в биомассу, спаянную родством, кумовством, блатом до такой степени, что становится самым опасным видом организованной преступности, неподвластные никаким «правоохранителям» только потому, что сами они – ее основная часть. Всегда – непримиримо враждебная интересам общества, нации, государственнообразующих этносов, которые для этого коллективного паразита – только питательная среда. Который либо сжирает нацию, либо бывает сам физически истреблен в результате переворотов, революций, чисток.
Если же жизненный цикл существования паразитического конгломерата по каким-то причинам затягивается, то множеством своих лучших «представителей» эта агрессивная биомасса прочно срастается с такими же образованиями, но уже международного, наднационального уровня. Претендующего разными своими фрагментами на роль мирового правительства.
Будучи в своих групповых действиях полностью освобождена от «химеры совести», «образованщина», нисколько не сообразуясь с наличием способностей руководить, обязательной целью всегда ставит влезть любой ценой на любую достижимую должность, что бы пользуясь ее преимуществами и благами, неистово лезть «выше и выше». Коллективные нерерывные усилия этих мелких и вонючих социальных клещей всегда венчаются успехом. Если этому не противостоит жестко работающий механизм личной ответственности за злоупотребления, за нерадивость: тюрьма, расстрел, немедленное удаление от должности – как во времена И.В. Сталина. Только тогда исчезает неистовый карьерный победный напор орд паразитов на все институты власти и управления государства.
Но этот обученный грамоте прожорливый паразитический слой и можно и должно не только удерживать в безопасных для общества границах поведения, но и зачастую успешно понуждать приносить хоть небольшую, но пользу. Исторически на Руси для этого применялись разные технологии:
1. Извечную готовность преуспевшей образованщины первыми сдаться без боя, без рисков любому сильному агрессору, чтобы принять его верование, ценности и получить за это хорошо оплачиваемые должности, синекуры всегда самодержцы стремились нейтрализовать политическим сыском, пыточным Приказом, конфискациями состояний. И.В. Сталин весьма эффективно использовал для этого НКВД.
2. Способность и извечную, не сдерживаемую никакой совестью, нравственностью по причине их практического отсутствия приверженность к любой социальной, политической мимикрии во имя обретений, карьеры российской образованщины умерялась всегда только реальной возможностью отправки на действующие фронты гражданской, отечественной войны. Среди этой публики добровольцев для этого практически никогда не было. Случались, правда, хорошие специалисты по танкам, авиации, ракетам, которым давали гарантии от призыва в действующую армию – так называемую «бронь».
В мирные периоды адекватных фильтров не было и лавина политических хамелеонов погребала под собой все институты государства с обязательным последующим крахом – как это случилось, к примеру, с СССР.
3. Стремление к неограниченной личной свободе от любых законных ограничений и процедур на основе личного убеждения в своей богоизбранности, интеллектуального превосходства над «толпой», всегда имеющие следствием создание различных должностных кодл, кланов, совершающих разнообразные должностные преступления, разрушающих любое нормальное управление, любое национальное единство наиболее эффективно нейтрализовалось в России технологией доносов по известной истории схеме «слово и дело», позже – в НКВД, КГБ, в партийные органы. Ныне – некуда, потому и идет гробовой чиновный пир во время всеобщей чумы.
4. Патологическое стремление образованщины к ничем не ограниченной свободе слова безо всякой цензуры, когда безнаказанно можно нести все обо всех, дающее в настоящее время неограниченные преимущества негодяям, клевещущим и лгущим повсеместно, на Руси изрядно умерялось вызовами на дуэли, кулачные поединки. Ныне же хорошо защищены от хулителей и безответственных болтунов только «братки» – они быстро и убедительно объясняют этой говорливой публике ее неправоту. Их аргументы срабатывали прекрасно. Общество же и государство от разрушительных вакханалии лжи, словоблудия не защищено никак: суды – карикатура на законность. Отсюда вывод: бороться со свободой клеветников следует только по методе «братков», используя ее как можно массовей. Других средств пока нет.
5. В виду своей неистребимой лени, связанного с ней невысокого уровня профессионализма российской образованщиной всегда неодолимо владеет тяга влиться в благоустроенное «цивилизованное европейское общество» или американское, на худой конец. Только чтоб у себя ничего не пришлось строить, напрягая все силы. И прийти на чужое готовенькое. Потому каждую очередную украденную сотню тысяч долларов в России с судорожной торопливостью вывозят туда, собственность приобретают там же. Да и прятать наворованное так надежнее. Лучшего средства, нежели те же пыточная камера в Тайном Приказе, НКВД, Гестапо против этого паскудного свойства нет. Действует безотказно. В России использовать его обязательно придется.
6. Неистребимое спесиво-высокомерное отношение «образованщины» к «быдлу», принимающее всегда опасные формы, грозящие полным истреблением русского этноса, когда российская «элита» забирает для своего роскошного потребления практически все у людей, обрекая их даже на голодное вымирание, всегда «регулировалось» крестьянскими восстаниями, бунтами служивых людей. Когда изрядное число расплодившихся неумеренных хищников – небожителей попросту истребляли. Иногда это делали цари, которые, чтобы избежать худшего, проводили реформы, вроде отмены крепостничества. В Китае не так давно свою «образованщину» почти поголовно отправляли в деревни, чтобы прочистить мозги трудом, обеспечивающим пропитание всей нации. И показать ей её истинную – ничтожную – общественную ценность. Вроде помогло – судя по ситуации в китайской экономике.
Ныне взбесившаяся в своем неуемном потребительстве российская «образованщина» в лице новых собственников и новой многомиллионной бюрократии в натуральном виде сживает нацию. Никто ей в этом не помеха к безмерной радости многочисленных «друзей», всячески поощряющих этот процесс.
Надо бы сделать так, чтобы подавились и те и другие, если не ядерными боеголовками, то хотя бы боевыми отравляющими веществами или еще чем-нибудь столь же несваримыми. Возможности для этого пока есть.
7. Своей неодолимой тягой к греховному, непотребному сладострастию, когда считается , что вполне позволительно и простительно малость попаскудничать, понегодяйствовать, а потом раздать конфетки беспризорным деткам, заскочить в церковь и поставить свечу и все образуется, «образованщина» и сама превращает общество в отхожее место и всем прочим подает увлекающий пример: «Подчиненный народ приывык смотреть на поведение своих начальников, как на некий образец и подражать им. Посему грехи людей незначительных губят только согрешающих, а грехи человека значительного и многим известного наносят всем общий вред, делая падших еще более нерадивыми о добрых делах » (Св. Иоанн Златоуст, «О священстве»).
Во времена КПСС под страхом отлучения от членства и карьеры удерживали начальников хотя бы от пьянства и откровенного блуда и хищиничества. Ныне – это лишь забавные и увлекательные темы для СМИ. Шабаш разрастается. Если и дано нам будет остановить эту гангрену общества – то только беспощадной хирургией, отсечением переродившихся тканей социума. По известным истории технологиям.
8. Убогое бытовое мировоззрение российской «образованщины» намертво зацикливает их действия только на сиюминутные личные обретения, не сообразуясь ни с другими людьми, ни с тем более интересами социума. В силу этого она сама является всегда идеальным вспомогательным средством для любых интервентов – предпринимателей, служа им за малую мзду отличным проводником к любым жизненно важным политическим, экономическим, финансовым центрам государства. Всегда в периоды опасности государству приходилось уничтожать эту пятую колонну. Придется это делать вновь.
9. Преуспевшая воровская многомиллионная «образованщина» столицы и Санкт-Петербурга, оставленная без всякого присмотра и контроля, в который раз в истории России своим вселенским непомерным обжорством, роскошеством, беспутством превратила эти мегаполисы в две гигантские инфернальные воронки, в которых исчезает и уродуется российское население.
Тем, что здесь безостановочно действуют вулканы коррупции и казнокрадства, залившие своим смрадными «извержениями» страну, разложившими и переродившими в ненасытных паразитов весь аппарат государственной власти и управления. Который практически уже сожрал весь ресурс даже для простого воспроизводства численности населения. Здесь, в роскошных ресторанах, казино проматываются целые бюджеты, высосанные из России. Здесь же – столицы проституции, гомосексуализма, педофилии. И их естественных спутников: сифилиса, СПИДа, туберкулеза, гепатита.
Здесь же центры растления, разложения десятков миллионов детских и подростковых душ похабенью столичного телевидения, книгопечатания, журналистики. Сюда стекается и гибнет от наркотиков, нищенской грязи вся российская беспризорщина.
Нечем завалить, заморозить эти две гигантские черные воронки истории. Разве что теми, кто сотворил и содержит их в работающем режиме. То есть, прибегнуть к высшей мере социальной защиты, практиковавшейся еще Спартаком в древнем Риме.
Откуда же эта вековая темная напасть на Россию?
Обстоятельств, способствовавших тому немало: от географии и «размеров» отечества до кажущейся недалекости , никчемности русского человека – недотепы.
Здесь возможно частично повинен и институт царизма, когда российские владыки для успешного противоборства с боярством и прочей титулованной знатью во множестве нанимали инородцев в свою охрану, спешно крестили в православие. Потом жаловали за службу во множестве поместья с «людишками». Выкресты всегда оставались в поколениях в глубинной своей сути инородцами в русской земле, относясь к своим крепостным только как к рабочему скоту, даже – чаще намного хуже, именуя их «подлыми людьми».
И поныне эти множественные «духовные наследники» этого губительного психологического стереотипа составляет большую часть московской элиты, полностью на генетическом уровне восприняв у своих предков отношение к русскому человеку исключительно только как к подлецу, которого не только не нужно кормить, но следует всячески гнобить и травить, чтоб не слишком плодился.
Эта их теперь уже инстинктивная внутренняя мотивационная установка копируется массово бесчисленными обезьянами – чиновниками, обезьянами – сценаристами, обезьянами – публицистами и прочими разнообразными угодниками, обслуживающими властвующее московское паразитическое сословие.
Естественно, что русский люд, помещенный этим чужеродным сословием в наихудшее из всех возможных в нынешнем мире скотское существование, стремительно деградирует и вымирает через алкоголь, наркотики, туберкулез, СПИД, тюрьмы.
Причастен к воспроизводству мощного слоя ядовитой обществу российской «образованщины» последних десятилетий прошлого века и механизм селекции управленческого сословия, сложившейся в практике КПСС, когда ее членом легко становился любой карьерист, делец, воспевавший по всякому поводу и без «мудрую политику родной коммунистической партии». И благодаря только этому и диплому о высшем образовании мог делать вполне приличную карьеру. Без всякой оглядки уже не социальные цели партии власти, пренебрегая во имя личной корысти «чаяниями и надеждами широких народных масс».
Здесь сказалось и то обстоятельство, что в СССР широчайшее распространение получили примитивизированные заочная и вечерняя формы обучения в высших учебных заведениях. Когда честолюбцы из «низов» рвались к сертификатам о высшем образовании всеми правдами, но чаще – неправдами. И получив их, наполняли во множестве сельские, провинциальные и иные структуры власти и управления, оставаясь по своей сути глубоко невежественными и непрофессиональными людьми. Многие из них, наиболее оборотистые и услужливые, делали и неплохие карьеры в столицах со всеми вытекающими последствиями для всего общества и государства.
Именно генерация низших руководителей в России, оказывающихся по каким-либо обстоятельствам хоть в какой-то власти по технологии «из грязи – в князи» всегда является первой, самой ядовитой линией разделения общества на «быдло» и «небожителей».
В нынешней «реформированной» России сертификат (любой) об образовании без проблем покупается даже без всяких там ухищрений прежних «заочников». А обладатели таких сертификатов, являясь продуктом похабной маскультуры, ориентированной только на получение физиологических удовольствий, являют собой сплошь издевательскую карикатуру даже на традиционную российскую образованщину. Ибо закономерность весьма проста и безыскусна: трансформироваться, развиться в глубоко образованного, истинно культурного человека удается ценой усилий не менее чем трех поколений высокообразованных родителей. Деградировать во вполне скотское состояние обычному человеку «удается» всего-то в несколько лет или того раньше. Нынешняя агрессивная российская «образованщина» – сама во главе этого «великого исхода» нации в никуда, по пути с аппетитом сжирая саму эту нацию, а заодно – и друг друга.
Смогут ли истинные русские интеллигенты обуздать в очередной раз это взбесившееся скотское племя, загнать их в хлева – места их постоянного пребывания по праву и положению – зависит теперь целиком и полностью от благосклонности к нам нашей исторической судьбы. Во имя сохранения разумности, справедливости и нравственности как основ социумов грядущего эта задача должна быть решена.

Геннадий Водолеев


Источник

Окуджава и памятник

[Изображение: 15115_o11.jpg]

Очень и очень меня удивляет, когда в наше время восхищаются некими деятелями искусства, известными и в постсоветский период мнениями совершенно противоположными тем, которые они же высказывали в советское еще время. Если человек говорил одно, а теперь – другое – все – он подлец, перевертыш. Противны табаковы, евтушенки, басилашвили, ахмадуллины и прочие и прочие. Дело, кстати, не только в том, что само по себе омерзительно их перекрашивание и предательство страны, которая их вырастила и привела к славе и успеху, но и в самом факте такой быстрой и массовой смене политической ориентации. Как говорится, единожды солгав – кто ж тебе поверит? А если еще лгал в угоду случаю, в надежде на квартирки, дачки, местечко под солнышком… Тут поймут и простят одни либералы и соцдарвинисты. Впрочем, в некоторых случаях не прощают даже либералы.

Ниже - текст об Окуджаве, написанный одним из либералов. В нем речь идет о том, как Окуджава защищал Басаева и призывал поставить ему памятник. Это, напомню, тот самый Басаев, который тогда уже был повинен в гибели сотен наших солдат, а через пять лет он же убил десятки детей в Беслане. Сейчас памятника Басаеву нет, зато есть памятник его союзнику и защитнику – Окуджаве. Он стоит на Арбате. Этот памятник – предателю и подлецу, союзнику убийцы – не должен там стоять. Его надо поставить там, где каждый честный человек сможет в него плюнуть. Но не на Арбате, на Арбате Пушкин жил.

Собственно, тот самый текст от  scottishkot:

Прочитал "Булата Окуджаву" Дмитрия Быкова, серия ЖЗЛ (Жизнь замечательных людей).
Для осмысления и написания большой биографии чаще всего нужна веревка и два столба, между которыми ее надлежит тянуть на письме. У Быкова первый столб - столп: Александр Блок, с которым Быков Окуджаву сравнивает постоянно. Второй столб - потоньше, но весьма ярко окрашен: "письмо 42-х" с подписью Окуджавы, 05.10.1993. По этой дате и по этому документу Быков поверяет Окуджаву много реже, чем по Блоку, но тоже часто. Этот прием - веревка, два столба - удобен, и потому правилен. Особенно при смещении, долженствующем показать превосходство личности над датировкой на ее памятнике: чуть до рождения героя, чуть до его смерти.
Откуда тянуть веревку - не вопрос. Точнее, вопрос, но лишь допущений и художественного замысла автора биографии. В случае Окуджавы эту веревку можно тянуть хоть от Блока, хоть от Вийона, коему Окуджава для избежания проблем с цензурой приписал свою "Молитву". Любое сравнение - при наличии должных аргументов - пляшет и хромает примерно в одну цену. У Быкова, ИМХО, оно скорее пляшет, хотя мне известны и другие мнения.
Вопрос - куда, к чему ее тянуть. "Письмо 42-х" в октябре 93-го - это вещь мировоззренческая. Человек вполне может не понимать, что расстреливать законно избранный парламент из танков - это преступление. Особенно по горячим следам - 5 октября, когда расстреливали 4-го.  В конце концов, человек Окуджава Б.Ш. в своей стране за жизнь видел не так много законно избранных парламентов. Кроме Верховного совета РФ - буквально Первый съезд народных депутатов СССР. Один грохнули, другой не грохнули; 50 процентов, вполне вменяемая цифра. По крайней мере, есть, о чем говорить и спорить.
В отличие от того, что произошло с Окуджавой в августе 95-го. А произошло с ним вот что.
Цит. по: Булат Окуджава / Дмитрий Быков. - М.: Молодая гвардия, 2009; с 742-743:

<...> В августе 1995 года Окуджава был гостем программы "Поверх барьеров", выходящей на радио "Свобода" <...> Расспрашивали его Марк Дейч, Марина Тимашева и автор этих строк. Разговор зашел о Шамиле Басаеве, который в мае 1995 [на самом деле в июне, за два месяца до эфира. - SK.] захватил больницу в Буденновске и держал в заложниках беременных женщин и медперсонал, пока не получил гарантий прекращения войны в Чечне.
- На ваш взгляд, кто такой Шамиль Басаев: новый Робин Гуд или террорист-убийца? спрашивает Дейч.
- То, что он совершил, конечно, печально и трагично. Но я думаю,что когда-нибудь ему поставят большой памятник. Потому что он единственный, кто смог остановить бойню.
- Но погибли в больнице мирные люди.
- Но перед этим погибли пятьдесят тысяч мирных людей.
- Но ведь всем известно, что Шамиль Басаев стоял за многими терористическими акциями...
- Вы судите Шамиля Басаева вообще или говорите об этом конкретном поступке? Если говорить о Шамиле Басаеве вообще, я не юрист, я недостаточно информирован... Если говорить о том, что случилось в Буденновске, - это печально и трагично, но война трагичнее, чем этот поступок. И поэтому я думаю, что когда-нибудь ему памятник поставят. <...>
Так получилось, что об этом эпизоде я не знал. Слава богу, второй свидетель, необходимый по всем нормам - Марина Тимашева, хозяйка той программы на РС - каждый день доступна в курилке.
- Это был первый мой эфир, который я не смогла завершить какими-то своими словами. При всем уважении к гостю, к такому гостю эфира. Я не нашла, что сказать, - сказала Марина. Вчера, через 14 лет.

У меня, у большинства из вас и у Окуджавы - при всех разницах, которые лично мне понятны и без возможных любезных указаний комментаторов - в данном случае есть кое-что общее. Даже две вещи: большинство из нас не были в Буденновске, и мы все - скорее всего - видели по телевизору оттуда примерно одно и то же. И мы, и Окуджава. То, что много позже обобщил Парфенов в "Намедни"; тех кадров без позднейших комментов не нашел. Окуджава видел то же, что и мы. И при этом сказал то, что он сказал. В конце жизни, за два года до смерти - после почти уже всего, что он сделал. И того, что он отменил сказанным в эфире.
"Виноградную косточку в теплую землю зарою..." написал тот, кто много позже захотел увидеть на теплой земле памятник Шамилю Басаеву.
"Возьмемся за руки, друзья" написал тот, кто в августе 95-го - через два месяца после Буденновска, по размышлении зрелом - взялся за руки с Шамилем Басаевым.
"Ель моя, ель, словно Спас на крови" написал тот, кто назвал кровь, пролитую Шамилем Басаевым, обстоятельством печальным и трагичным. А самого Басаева - человеком. Достойным памятника. Большого.
Иметь на руках это и апеллировать к "письму 42-х" как к опоре биографии - авторский выбор Димы Быкова. Выбор между человеческой трагедией октября 93-го и трагедией сверхчеловеческой - самого Окуджавы и тех, кого он повел за собой: со своих ли первых песен и записей, позже ли - к этому августу 95-го. Вне зависимости от того, когда те, кого он повел, узнали об этих его словах - и от того, узнали ли вообще. Трагедия, вполне доступная перу Быкова: он мог бы - и может. Может, не захотел; если придет - может, скажет, почему.
А я теперь вижу трагедию еще и в другом.
Если бы Булат Окуджава после произнесения данного текста был застрелен на крыльце Радио Свобода, - то я бы этого не одобрил. Но я бы это понял.
Если бы Булат Окуджава после произнесения данного текста был привлечен к суду - с любым (!) результатом, которого данный суд счел бы возможным достичь, но именно в результате разбирательства по существу, максимально гласного, - то я бы это и понял, и одобрил.
А то, что произошло с Окуджавой после произнесения данного текста - а именно: ничего не произошло - я не понимаю.

Источник
MALIK54 - http://forum.17marta.ru/index.php?topic=...9#msg13239

[Изображение: 31207.jpg]
Шестерка Прохорова" Олег Байбаков рассказал Ксении Собчак страшную правду о телках шефа

© "GQ", сентябрь 2009, Олигарх и коллекционер Олег Байбаков рассказал колумнисткам GQ страшную правду о фрейдизме, современном искусстве и телках Михаила Прохорова.
Диалоги вагины
Compromat.Ru

Собчак. Поздравляю, дорогая, по-моему, мы наконец нашли интерьер, достойный нас — всем известных красавиц и умниц.

Соколова. Пожалуй, на этом апокалиптическом фоне бледнеют даже наши стати.

Собчак. А по-моему, наоборот - предстают в самом выгодном свете.

Соколова. Ладно мы! А вот за хозяина этой спальни я реально беспокоюсь. Мне кажется, человек слегка не в себе.

Собчак. Да ладно, просто Байбаков любит современное искусство.

Байбаков. Так я и думал, что мы затронем эту глубокую тему.

Собчак. Не хотите про искусство, можем обсудить пизду.

Соколова. Редкий случай, когда эти понятия тождественны. Так зачем вы вывесили в спальне женский половой орган?

Байбаков. Я люблю современное искусство и считаю, что секс - двигатель прогресса в современном мире. Мне интересна сексуальность - в жизни, в искусстве. Эта работа не шедевр, просто достаточно оригинальная, концептуальная вещь. Девушка засунула себе в одно место журнал Priz. Эта работа о двойственности современного искусства.

Соколова. И в чем же трагический дуализм?

Байбаков. С одной стороны, это у всех висит на стенах, а с другой, это все в одно место засовывают.

Собчак. А давайте-ка подойдем к делу сточки зрения дядьки Фрейда. Представим, что я — Байбаков и я просыпаюсь в своей прекрасной кровати и каждый божий день обречен тупить на не очень приятную...

Байбаков. Во-первых, не обречен, я могу ее перевесить, что я периодически делаю...

Соколова. То есть медитация на пизду вместо утреннего кофе.

Байбаков. Поверьте, это гораздо полезнее для здоровья! Кофе вредит, а газеты вообще лучше не читать. Это еще профессор Преображенский говорил.

Соколова. Ну, раз у нас пошли литературные аллюзии, я вспомню сказку «Буратино». Там на стене у папы Карло висел кусок старого холста, на котором был нарисован котелок с супом. А почему он там висел? Потому что у папы Карло не было супа настоящего, и он себе нарисовал суп, чтобы смотреть на него.

Байбаков. Вряд ли Ричард Филлипс, который нарисовал эту картину, голодает...

Собчак. Не сбивайте нас с толку! Давно доказано, что мужчины, которые подчеркивают свою гиперсексуальность, например, богато декорируя спальню вагиной три на четыре, имеют серьезные сексуальные проблемы.

Байбаков. У меня кроме вагины висят и другие работы.

Собчак. Там тоже все какие-то голые.

Байбаков. Я же вам сказал, что для меня секс является двигателем прогресса. Во время Великой Отечественной войны на плакатах рисовали сексуальных девушек с сиськами.

Соколова. Вы это про Родину-мать?

Байбаков. Да! И про нее! И прочих колхозниц с крестьянками. Почему их рисовали? Потому что все равно подсознательно у мужчины всегда существует образ женщины. За это всю жизнь воевали и будут воевать.

Соколова. И опять вы точно подметили! У солдата был плакат, потому что у него не было живой женщины.

Собчак. Короче говоря, нам кажется, что такими доказательствами собственного плейбойства, как вагина во всю стену или эскорт телочек, мужчины маскируют свою сексуальную несостоятельность.

Байбаков. Вам правда доводилось встречать таких мужчин?

Собчак. И вам. В зеркале например. Но не будем о присутствующих. Возьмем вашего ближайшего друга, секс-гиганта, плейбоя всея Руси олигарха Прохорова. Всем известно, что у него пониженное либидо.

Байбаков. Кому это всем?

Собчак. Огромное количество женщин, которые с ним сталкивались, открыто об этом говорят.

Байбаков. Вы Михаила совсем не знаете — в отличие от меня.

Соколова. В сексуальном смысле — нет.

Байбаков. Я в сексуальном смысле тоже нет. Но во всех остальных смыслах знаю очень хорошо. Вы говорите полный бред. Это как современное искусство. Вы видите то, что вам показывают.

Собчак. Давайте по логике. Если человек самодостаточный, нужно ли ему все время доказывать свое мужество?

Байбаков. Абсолютно не нужно.

Собчак. Если у него все в порядке с женщинами, с потенцией, нужно ли ему иметь много телочек вокруг себя?

Байбаков. У меня абсолютно такая же логика!

Соколова. Тогда зачем вывешивать в спальне эту заявку на успех?

Байбаков. Но это моя спальня! Я же ее не в гостиной повесил. Вы здесь находитесь, потому что вы избранные люди.

Соколова. Так у избранных столбняк.

Байбаков. Это потому, что вы закрепощены, а я нет.

Собчак. А я бы хотела продолжить начатую Олегом логическую цепочку. Итак, вы сказали, что самодостаточному мужчине нет смысла доказывать свою состоятельность. Между тем ваш друг Михаил Прохоров...

Байбаков. Да что вы к нему пристали, в самом деле! Мы же про современное искусство вроде говорили. Прохоров никому ничего не хочет доказать. Он просто гак живет. Вы ищете какие-то знаки, а их нет. Это его жизнь. Он от этого получает удовольствие.

Собчак. Олег, я хочу вам задать деликатный вопрос. Я к вам очень тепло отношусь. Но часто слышала, как о вас говорят: «Он у Миши Прохорова шестерка». Это очень обидное определение, тем не менее ваше имя всегда связывается с ним. Знаете ли вы об этом и как вы к этому относитесь?

Байбаков. Конечно знаю! Меня даже во Франции арестовали вместе с Прохоровым! Об этом писали все газеты. В день, когда арестовали Мишу, я спустился в ресторан пообедать. Я до сих пор помню эти лица и выпавшие из рук вилки, потому что все сказали, что меня тоже забрали. Я Мишу уважаю за определенные качества, и поэтому я с ним работаю. Что говорят остальные, мне наплевать. Мне просто завидуют.

Собчак. Так сказать проще всего. Вот про меня говорят «скандальная личность», и я знаю почему - я действительно скандалю время от времени. Что касается вас, я лично была свидетелем одной не очень красивой сцены. О других говорят общие знакомые. Михаил иногда очень некрасиво ведет себя в отношении близких людей. Зачем вы это терпите?

Байбаков. Никогда в жизни я не слышал от Прохорова грубостей в свой адрес. Никогда не терплю таких вещей и именно поэтому не общался с Потаниным — его бывшим партнером. Я с Мишей стал общаться, когда у меня уже было все хорошо. И сейчас мне нет смысла размениваться.

Собчак. А я слышала, что Прохоров подчеркнуто унижает людей из своей свиты, делает это специально, нарочито. Пошел вон, принеси то...

Байбаков. Я даже не представляю себе, чтобы Миша мог так сказать! Я не могу себе представить человека, которому он бы так сказал, хотя некоторые люди этого заслуживают. Он может подколоть, сказать что-то с юмором. Он жесткий человек в плане бизнеса, но то, что он оскорбляет людей — неправда. Такая же, как разговоры про его сексуальную несостоятельность.

Собчак. А что, про автобус телок тоже выдумывают?

Байбаков. Девушки, поверьте, Прохорову наплевать, что вы о нем думаете. У него фотографическая память. Он помнит все: где, что, когда было. Он живет в собственном мире, и этот мир с вашим очень слабо коррелирует.

Соколова. А вы знаете, какой у нас мир?

Собчак. В Москве сегодня осталось только два настолько одиозных человека из 90-х. Умар Джабраилов, который приходит с никелированным «стечкиным» в любое место, и Прохоров со своим автобусом телок.

Байбаков. «Стечкин» — все-таки не девушки.

Соколова. В каком-то смысле это одно и то же. Меч - продолжение руки самурая. С Джабраиловым как раз понятно. Он невысокого роста, чеченец. Но зачем Михаилу Прохорову, человеку огромного роста, форбсу номер один автобус телок - это загадка природы.

Байбаков. А вы попробуйте пройти один раз кастинг, появиться за столом и узнаете.

Собчак. Ну, мы уже как-то не в том возрасте. Да, кстати, и Михаил не молод...

Байбаков. Для мужчины это самый расцвет сил! Мужчины вообще стареют медленнее.

Собчак. Это правда. Но согласитесь, Олег, все же это как-то смешно, с седыми практически гениталиями, а все в тот же автобус...

Байбаков. У меня не седые! У меня там... вообще нет волос!

Соколова. Мы ценим вашу искренность.

Собчак. Но я все же закончу о своем, девичьем. По-моему, все эти автобусы телок от неуверенности в себе. Я заметила, если мужчина сразу подарки покупает или трахнуть хочет, он просто комплексует, потому что не умеет с женщиной общаться...

Байбаков. Ну да, конечно, мои юные психологи, Миша Прохоров, форбс номер один в стране, сидит, краснеет и очень комплексует, потому что не знает, как трахнуть телочку...

Соколова. А вы знаете?

Байбаков. Я, конечно, могу сейчас предложить продемонстрировать, но не буду.

Соколова. Это интересный поворот нашего интервью. Как сказано в одном популярном секс-руководстве: «Понятия не имею, о чем мне тут с вами разговаривать, давайте разденемся и ляжем».

Байбаков. У меня была пара случаев в жизни. Например, сидим с девушками в комнате, чай пьем, и кто-то из компании просто заходит голый. На девушек это производило сильное впечатление.

Соколова. И все доставалось ему.

Байбаков. Да, бывают в жизни такие вещи. У каждого свои комплексы.

Собчак. Вы правильно говорите. Это комплексы. По-моему, и ваш дом, и эта картина, и ваша полузастегнутая на три пуговицы рубашка — все это комплексы. Вы для нас пример такого мужского самовыпячивания, попытка изобразить мега-альфа-самца.

Байбаков. Вы удивитесь, но принципиально я с вами согласен. То, что я показываю, не соответствует тому, что у меня внутри.

Соколова. А что у вас внутри?

Байбаков. Знаете, почему я люблю современное искусство? Я считаю, что человек должен жить в своем времени и пытаться его опередить. Человеческая жизнь коротка. Это самая дикая несправедливость, которая существует. Я с этим борюсь. Это отдельная тема. Но поскольку я хочу жить здесь и немножко там — в завтра, я пытаюсь создать вокруг себя архитектуру и дизайн из будущего. При этом у меня масса друзей, которые просто строят себе дом-версаль и считают, что главное, чтобы дома было богато.

Собчак. У вас дом очень красивый, но какой-то... неживой. В таких домах кажется, что сейчас заиграет страшная музыка и начнет происходить какой-нибудь «хичкок».

Соколова. А самое ужасное во всем этом, что ничего такого не происходит. Скучно...

Байбаков. Да нет, даже очень весело.

Собчак. Ну конечно, спросят у вашей какой-нибудь знакомой, ну и как с Байбаковым-то было? А она скажет: «Как выглядит Байбаков — не помню, зато какая пизда на стене!»

Байбаков. Единственная картина, которая затронула двух русских девушек!

[…]

Собчак. Возьмем, например, ваш дом. Барвиха, дорогое дерево, посуда Hermes, вагина на стене, но за забором-то скука, нищета и помойка. Вас не смущает такая жизнь? Это как квартирка с антиквариатом в зассанном подъезде.

Байбаков. Я стремлюсь себя как-то оградить. Я считаю, мы сами себя наказали. Почему у нас зассанный подъезд?

Собчак. Потому что лично вы, Прохоров, Абрамович и многие другие богатые люди, вместо того чтобы ремонтировать подъезды, строите никому не нужные хрустальные замки а-ля Фостер.

Байбаков. Сколько бедному Роме сейчас приписывают? Девять миллиардов? А Мише, который у нас самый богатый?

Соколова. Сейчас побольше, чем у Ромы. Двенадцать, кажется.

Байбаков. То есть вместе 21. Если остальных олигархов приплюсовать, сколько получится? 50 наберем, как думаете? А сколько золотовалютные запасы в России составляли до кризиса? 560 миллиардов. Зассанные подъезды должны ремонтировать те, у кого есть деньги, а именно государство. Вся инфраструктура должна ремонтироваться государством. Когда оно будет это делать, тогда частные люди, такие как Рома, будут приходить и докрашивать стеночку. Подъезд глобально даже Рома отремонтировать не в состоянии. Хотя он отремонтировал все зассанные подъезды на Чукотке. Но это не только вопрос экономики, это наше наказание. Это наказание за то правительство, которое мы выбираем, которое распоряжается нашими деньгами, потому что деньги, которые у них — это не их деньги, а наши.

Соколова. Мне кажется, у нас зассанный подъезд и плохое правительство, потому что мы сами никак не манифестируем, что нам не нравится.

Байбаков. У нас один уже отманифестировал.

Соколова. Ну да, и все остальные зассали.

Байбаков. Если такие умные, начните мыть подъезд сами.

Соколова. Ага, Соколова и Собчак — главные борцы с режимом. А вы в Америку поедете.

Байбаков. Да, потому что в зассанном подъезде не повесишь картины. Разве что слово «хуй» можно на стенке написать. Поэтому искусства здесь и нет.

Соколова. На самом деле вы сформулировали главную проблему подъезда. Это не примитивная эстетика и даже не вонь: здесь просто АБСОЛЮТНО НЕ ИНТЕРЕСНО. Бизнес делать - неинтересно, журналистику — неинтересно. Понятно, что из подъезда надо выходить.

Байбаков. Абсолютно правильное ощущение.

Соколова. Как вы для себя этот вопрос решаете?

Байбаков. Выхожу из зассанного подъезда и в самолет сажусь.

Собчак. А не хочется его чуть-чуть переделать?

Байбаков. Президентом стать? Неинтересно. Заниматься политикой в нашей стране — мало того что неинтересно, небезопасно, но и бесперспективно.

Соколова. Вот мы и подошли к главному русскому вопросу: либо потратить жизнь, чтобы вымыть зассанный подъезд, что невозможно, либо просто уехать в Нью-Йорк.

Собчак. А я смотрю на наших многих друзей. Они здесь и хабарик на улицу кинут, и правила дорожного движения нарушат. А за границей, что ты! Кидать хабарик нельзя, мою Нюсю на исправительные работы за это дело отправили. Давай по встречке! Какая встречка, здесь же правила... Ощущение, что у нас не просто зассанный подъезд, а еще мы сами регулярно в него ссым.

Соколова. Более того, по законам подъезда, самый крутой тот, кто больше всего нассал.

Байбаков. Не просто больше, но и дальше!

Соколова. Я хочу господам транслировать, которые читают наш журнал: ребята, хватит тут ссать на дальность, а то действительно никого не останется.

Байбаков. Ну вот, с темы искусства съехали в политику.

Собчак. Просто я считаю, что если подъезд упорно мыть, то в какой-то момент ссать перестанут.

Байбаков. Я лично Индирой Ганди в этой стране не готов становиться. Уезжать навсегда тоже не хочу. Если совсем нестерпимо будет вонять, поеду подышу.

Собчак. Господа, вернемся к искусству! Глядя на нашу прекрасную картину, я позволю себе резюмировать дискуссию - учитесь дышать жопой!

---------------------------------------------------------------------------------------------------
у этой твари и нынешнего министра один отец: анатолий собчак
Цитата:Собчак. Не хотите про искусство, можем обсудить пизду.
Соколова. Редкий случай, когда эти понятия тождественны.

Случай как раз не редкий - а типичный для этого блядского времени - что пизда и искусство - ныне понятия тождественные! Всё активнее прорывается пидарьё, правда, так что скоро пизду вытеснет очко рабочего ануса какого-нить борьки моисеева или элтона джона...
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26